×

Nós usamos os cookies para ajudar a melhorar o LingQ. Ao visitar o site, você concorda com a nossa política de cookies.


image

Рим в 3D

Рим в 3D

Валентин Дьяконов

Итальянцы весьма скептически относятся к попыткам построить что-нибудь современное в своих городах-музеях. Незадолго до открытия MAXXI мэр итальянской столицы Джованни Алемано объявил о планах либо снести, либо перенести куда-нибудь самую авангардную постройку Рима, павильон, в котором находится римская святыня эпохи императора Августа — алтарь, известный как Ara Pacis. Работу американского архитектора Ричарда Мейера не назовешь иначе как скромной: белый мрамор, стекло, лестница, похожая на руину. Но павильон с момента открытия в 2006 году подвергался суровой критике. Мейера обвиняли в том, что он предпочел не вписывать здание в окружающую среду. Его постройку сравнивали с фашистской архитектурой Италии эпохи Муссолини (что, надо сказать, является комплиментом, ибо эпоха дуче породила несколько стопроцентных шедевров).

Но MAXXI как будто окружен магическим меловым кругом. Эта постройка намного более безжалостна к городской среде Рима, чем павильон Мейера. Тем не менее яростных критиков Захи Хадид немного.

Смелости римских властей мы можем только позавидовать. Еще свежа в памяти история с Мариинским театром в Санкт-Петербурге. Несколько лет назад директор Мариинки Валерий Гергиев выбрал проект Эрика Мосса, который, как и MAXXI, абсолютно не вписывался в историческую ткань города. Прогрессивные питерцы возликовали, но после государственных конкурсов и проектных согласований все закончилось проектом, похожим на супермаркет средней руки, а о Моссе забыли, как о страшном сне.

Рим же пошел до конца. И судя по всему, горожане приобрели очередной повод для гордости. По крайней мере, отзывы международной критики всецело положительные. Критик New York Times, например, приветствовал MAXXI такими словами: «Вера Рима в Заху Хадид и новый мир, который она представляет, полностью оправдалась… Целое поколение римлян теперь может выходить из дома с чувством, что диалог с прошлым в городе не будет больше односторонним». Он считает, что MAXXI пришелся бы по вкусу папе Урбану VIII, покровителю римского барокко, и яркому представителю этого направления скульптору и архитектору Джанлоренцо Бернини.

За свои 150 миллионов евро итальянцы получили архитектурное чудо, иррациональный кунштюк с неповторимым характером. Но не только. С открытием MAXXI связываются самые радужные надежды на перемены в консервативной культурной политике страны. Для тех, кто не готов жить в музее под открытым небом площадью 300 тысяч квадратных километров, MAXXI площадью 29 квадратных километров символизирует ветер перемен. Открытие музея совпало с презентацией нового крыла римского музея современного искусства (MACRO) и ярмаркой под девизом «Дорога к современному искусству». Архитектор MACRO Одиль Дек радостно возвестила в интервью влиятельной газете Corriere della Sera: «Город наконец-то пробудился от долгого сна и решил стать актуальным».

Местечковый глобализм

Итак, полдела сделано. Построен очередной шедевр международного класса. А как обстоят дела с самим музеем? Ведь он не может быть просто зданием. Должны быть коллекция, выставки, посещаемость. И вот тут-то MAXXI сталкивается с целым рядом проблем, решение которых отложено на неопределенный срок.

С посещаемостью пока все отлично — спасибо архитектору. За три дня с момента открытия музей посетило 74 тысячи человек, как сообщила газета La Repubblica. Сотрудник министерства культуры Италии Марио Росси сравнивает MAXXI с недавно открытым Музеем Акрополя в Афинах, который за год посетило полтора миллиона человек. Если приток посетителей, интересующихся первой за несколько столетий архитектурной диковиной Италии, не иссякнет, у MAXXI есть шанс повторить успех греческого музея.

Однако долгосрочной стратегии у MAXXI нет. Коллекция музея пока состоит всего из 298 предметов — это до смешного мало, иные частные фонды Испании, Франции или Германии владеют в несколько раз большим количеством вещей. Из них 169 приобретены в коллекцию, 95 подарены, остальные пришли из других источников (например, перемещены из других государственных собраний). Главные хиты MAXXI преподнесены в дар миланской галеристкой Клаудией Джан Феррари, что неудивительно: Милан, в отличие от Рима, может похвастаться более или менее развитым арт-рынком. Джан Феррари была большим энтузиастом постройки музея современного искусства в Милане, но проект Даниэля Либескинда столкнулся с кризисом и временно отодвинулся. Галеристка передала MAXXI легендарное видео Мэтью Барни Cremaster 5, огромное полотно немца Ансельма Кифера, инсталляцию французской звезды Кристиана Болтански «Вероника» и другие работы, чья общая стоимость выше, чем цена всей остальной коллекции. Есть в музее и Уорхол, правда, поздний, не самый известный, есть и Билл Виола — ранний и не самый дорогой.

Станет ли MAXXI доказательством того, что Италия вошла в глобальный мир, это еще вопрос. Но блистательная авантюра Захи Хадид уже вписалась в сложную и неоднозначную историю Вечного города и выступила очередным примером гениальной показухи в политически сомнительные времена.

Источник: http://www.expert.ru/printissues/expert/2010/33/rim_v_3d/ Дата: 2010-08-30


Рим в 3D

Валентин Дьяконов

Итальянцы весьма скептически относятся к попыткам построить что-нибудь современное в своих городах-музеях. Italians are quite skeptical about trying to build something modern in their museum cities. Незадолго до открытия MAXXI мэр итальянской столицы Джованни Алемано объявил о планах либо снести, либо перенести куда-нибудь самую авангардную постройку Рима, павильон, в котором находится римская святыня эпохи императора Августа — алтарь, известный как Ara Pacis. Shortly before the opening of MAXXI, the mayor of the Italian capital, Giovanni Alemano, announced plans to either demolish or move somewhere the most avant-garde building in Rome, the pavilion that houses the Roman shrine of the era of Emperor Augustus - the altar known as Ara Pacis. Работу американского архитектора Ричарда Мейера не назовешь иначе как скромной: белый мрамор, стекло, лестница, похожая на руину. The work of the American architect Richard Meyer can only be called modest: white marble, glass, a staircase that looks like a ruin. Но павильон с момента открытия в 2006 году подвергался суровой критике. But the pavilion has been heavily criticized since it opened in 2006. Мейера обвиняли в том, что он предпочел не вписывать здание в окружающую среду. Meyer was accused of choosing not to fit the building into its environment. Его постройку сравнивали с фашистской архитектурой Италии эпохи Муссолини (что, надо сказать, является комплиментом, ибо эпоха дуче породила несколько стопроцентных шедевров). Its construction was compared with the fascist architecture of Italy of the Mussolini era (which, I must say, is a compliment, because the Duce era gave rise to several absolute masterpieces).

Но MAXXI как будто окружен магическим меловым кругом. But MAXXI seems to be surrounded by a magical chalk circle. Эта постройка намного более безжалостна к городской среде Рима, чем павильон Мейера. This building is much more ruthless to the urban environment of Rome than the Meyer pavilion. Тем не менее яростных критиков Захи Хадид немного.

Смелости римских властей мы можем только позавидовать. We can only envy the courage of the Roman authorities. Еще свежа в памяти история с Мариинским театром в Санкт-Петербурге. The story of the Mariinsky Theater in St. Petersburg is still fresh in my memory. Несколько лет назад директор Мариинки Валерий Гергиев выбрал проект Эрика Мосса, который, как и MAXXI, абсолютно не вписывался в историческую ткань города. A few years ago, director of the Mariinsky Theater Valery Gergiev chose the project of Eric Moss, which, like MAXXI, absolutely did not fit into the historical fabric of the city. Прогрессивные питерцы возликовали, но после государственных конкурсов и проектных согласований все закончилось проектом, похожим на супермаркет средней руки, а о Моссе забыли, как о страшном сне.

Рим же пошел до конца. И судя по всему, горожане приобрели очередной повод для гордости. По крайней мере, отзывы международной критики всецело положительные. Критик New York Times, например, приветствовал MAXXI такими словами: «Вера Рима в Заху Хадид и новый мир, который она представляет, полностью оправдалась… Целое поколение римлян теперь может выходить из дома с чувством, что диалог с прошлым в городе не будет больше односторонним». Он считает, что MAXXI пришелся бы по вкусу папе Урбану VIII, покровителю римского барокко, и яркому представителю этого направления скульптору и архитектору Джанлоренцо Бернини.

За свои 150 миллионов евро итальянцы получили архитектурное чудо, иррациональный кунштюк с неповторимым характером. Но не только. С открытием MAXXI связываются самые радужные надежды на перемены в консервативной культурной политике страны. Для тех, кто не готов жить в музее под открытым небом площадью 300 тысяч квадратных километров, MAXXI площадью 29 квадратных километров символизирует ветер перемен. Открытие музея совпало с презентацией нового крыла римского музея современного искусства (MACRO) и ярмаркой под девизом «Дорога к современному искусству». Архитектор MACRO Одиль Дек радостно возвестила в интервью влиятельной газете Corriere della Sera: «Город наконец-то пробудился от долгого сна и решил стать актуальным».

Местечковый глобализм

Итак, полдела сделано. Построен очередной шедевр международного класса. А как обстоят дела с самим музеем? Ведь он не может быть просто зданием. Должны быть коллекция, выставки, посещаемость. И вот тут-то MAXXI сталкивается с целым рядом проблем, решение которых отложено на неопределенный срок.

С посещаемостью пока все отлично — спасибо архитектору. За три дня с момента открытия музей посетило 74 тысячи человек, как сообщила газета La Repubblica. Сотрудник министерства культуры Италии Марио Росси сравнивает MAXXI с недавно открытым Музеем Акрополя в Афинах, который за год посетило полтора миллиона человек. Если приток посетителей, интересующихся первой за несколько столетий архитектурной диковиной Италии, не иссякнет, у MAXXI есть шанс повторить успех греческого музея.

Однако долгосрочной стратегии у MAXXI нет. Коллекция музея пока состоит всего из 298 предметов — это до смешного мало, иные частные фонды Испании, Франции или Германии владеют в несколько раз большим количеством вещей. Из них 169 приобретены в коллекцию, 95 подарены, остальные пришли из других источников (например, перемещены из других государственных собраний). Главные хиты MAXXI преподнесены в дар миланской галеристкой Клаудией Джан Феррари, что неудивительно: Милан, в отличие от Рима, может похвастаться более или менее развитым арт-рынком. Джан Феррари была большим энтузиастом постройки музея современного искусства в Милане, но проект Даниэля Либескинда столкнулся с кризисом и временно отодвинулся. Галеристка передала MAXXI легендарное видео Мэтью Барни Cremaster 5, огромное полотно немца Ансельма Кифера, инсталляцию французской звезды Кристиана Болтански «Вероника» и другие работы, чья общая стоимость выше, чем цена всей остальной коллекции. Есть в музее и Уорхол, правда, поздний, не самый известный, есть и Билл Виола — ранний и не самый дорогой.

Станет ли MAXXI доказательством того, что Италия вошла в глобальный мир, это еще вопрос. Но блистательная авантюра Захи Хадид уже вписалась в сложную и неоднозначную историю Вечного города и выступила очередным примером гениальной показухи в политически сомнительные времена.

Источник: http://www.expert.ru/printissues/expert/2010/33/rim_v_3d/ Дата: 2010-08-30