×

我們使用cookies幫助改善LingQ。通過流覽本網站,表示你同意我們的 cookie policy.


image

ОТКРЫВАШКА - 2014 - Эхо Москвы, 003 - 19 ЯНВАРЯ 2014

003 - 19 ЯНВАРЯ 2014

С.БУНТМАН: Так, ну что же, мои дорогие друзья, сейчас займемся птицами. Вот Ярослав Редькин у нас в гостях. Здравствуйте, Ярослав, добрый день.

Я.РЕДЬКИН: Здравствуйте.

С.БУНТМАН: Не первый раз. Мы сейчас будем говорить о птицах, которые у нас зимой живут. Правильно я понимаю, да?

Я.РЕДЬКИН: Да.

С.БУНТМАН: Ну, вот сразу всем приходит – сделали кормушку, слетелись синички. Синичек много.

Я.РЕДЬКИН: Да, действительно, у нас зимует довольно большое количество птиц, гораздо больше, чем мы себе представляем. На самом деле, в норме в нашей полосе зимует около 70-ти видов различных. Но зимовка некоторых из них – это явление естественное. И это лесные птицы, которые живут у нас круглый год. Какое-то количество видов связано с населенными пунктами, они прекрасно проводят зиму в условиях поселков, в условиях города. Так что довольно много.

С.БУНТМАН: Но самые распространенные у нас – кто? Синицы у нас есть, да?

Я.РЕДЬКИН: Синицы. Более того, у нас синиц в европейской части по меньшей мере семь видов зимует регулярно. Дятлы – тоже восемь видов разных. Большое количество зерноядных птиц в основном семейства вьюрковых, к которым относятся и снегири, и чижи, чечетки, клесты. Клесты, более того, зимой в норме и размножаются, поскольку на зимние месяцы приходится урожай семян хвойных деревьев.

С.БУНТМАН: Ну, как питается кто, это мы еще разберемся. Потому что урожай хвойных деревьев – что же, они из шишек выгрызают?

Я.РЕДЬКИН: Да.

С.БУНТМАН: Которые висят еще? Потому что тут же снег может быть.

Я.РЕДЬКИН: Созревшие шишки, которые еще висят. У клестов же самая замечательная особенность – это клюв с перекрещенными острыми концами, таким клювом очень удобно раздвигать чешуи, чтобы доставать оттуда семена. Ну, также еще какое-то количество птиц в нашей полосе появляется зимой, которые гнездятся севернее, это свиристели общеизвестные, это щуры, тоже вьюрковые птицы семенноядные, которые живут значительно севернее. Ну, кроме лесных птичек большое количество птиц в населенных пунктах на водоемах, не замерзающих по тем или иным причинам. Около 30-ти видов различных. Это различные виды уток, чайки остаются на зиму.

С.БУНТМАН: А где ж они, если замерзают? Серая Шейка у нас сразу.

Я.РЕДЬКИН: Да, это классический пример. На самом деле, в условиях Москвы и ближайшего Подмосковья довольно много водоемов, которые всю зиму остаются незамерзшими.

С.БУНТМАН: Даже когда минус двадцать?

Я.РЕДЬКИН: Да, потому что большое количество теплых стоков, так или иначе, и открытая вода, как правило, сохраняется. Там концентрируются все эти утки. Ну, естественно, что в условиях города еще и плюс подкормка водоплавающих позволяет существовать очень многим.

С.БУНТМАН: Еще не забудем, классические наши птицы все – вороны…

Я.РЕДЬКИН: Два вида воробьев – домовый и полевой. Сизые голуби. Вороны. В городе, опять-таки, зимуют и грачи, которые в норме перелетные, но в городе, в Москве их довольно много.

С.БУНТМАН: То есть «грачи прилетели» - в условиях города, может, и не прилетели, а там всегда были.

Я.РЕДЬКИН: Да.

То же самое и со скворцами. Начали относительно недавно зимовать еще и дрозды-рябинники, которые тоже перелетные птицы. Но теперь они большими стаями проводят в нашей полосе зиму, по крайней мере, в годы, когда хороший урожай рябины, яблоками могут питаться, в общем, какими-либо плодами.

С.БУНТМАН: Вопросов здесь уже довольно много, сейчас будем отвечать на них. +7 985 9704545 – это смски присылайте. Вот здесь спрашивают про синиц сразу – а сколько живет синица? Илья из Екатеринбурга спрашивает.

Я.РЕДЬКИН: Ну, в природе живет где-то в среднем 3-4 года. В неволе могут жить и 10, и 12 лет синицы, то есть довольно долго. Но в природе, действительно, смена поколений довольно быстро происходит, потому что, так или иначе, зиму переживает небольшое общее количество птиц.

С.БУНТМАН: Просто из-за холода и недостатка еды?

Я.РЕДЬКИН: Да, и из-за недостатка еды, и из-за хищников, и болезням подвержены.

С.БУНТМАН: А кто враги синиц?

Я.РЕДЬКИН: Враги синиц – и хищные птицы. Ну, в наших условиях самый злейший враг синиц – это ястреб-перепелятник, маленький ястреб, который у нас в большом количестве зимует, в том числе и в Москве они довольно часто попадаются. Птицы это относительно скрытные, так их заметить, бывает, нечасто удается, но, в общем, их довольно много.

С.БУНТМАН: В Подмосковье у соседей большое гнездо каких-то хищников. Кто это, даже не знаю.

Я.РЕДЬКИН: Ну, это может быть, скорее, даже какая-то крупная птица. Это может быть и ястреб-стервятник крупный, больше вороны по размеру.

С.БУНТМАН: Да, судя по всему.

Я.РЕДЬКИН: И каюк может быть, это хищник, питающийся грызунами преимущественно.

С.БУНТМАН: А, тут летал как-то так кругами и к моей собаке присматривался. Но, судя по всему, оценил размеры, что не очень как-то это то, и улетел. Но так несколько кругов сделал, приглядывался, кого бы там поймать. А вот здесь проблемы сразу. Ярослав пишет: «Сколько делал кормушек, птицы не едят. Видимо, принципиально». Не знаю, Ярослав считает, что его не любят.

Я.РЕДЬКИН: Ну, тут, смотря что будет в этой кормушке. Потому что, как правило, подсолнечные семечки очень охотно будут синицы есть.

С.БУНТМАН: Но нежареные, да?

Я.РЕДЬКИН: Нежареные, да. Сало несоленое. Ну, если в кормушку просто хлеб насыпать, то, возможно, и да, она будет пустовать довольно долго.

С.БУНТМАН: Но есть всякий корм еще, продают.

Я.РЕДЬКИН: Да, разные семенные смеси. Но синицы овес, просо не будут трогать практически. Для воробьев.

С.БУНТМАН: Ну да.

А зависит от того, где кормушка? Просто, может, какое-нибудь нехорошее место для кормушки выбрано.

Я.РЕДЬКИН: Ну, птицы, если в парках где-то, они концентрируются в каких-то местах зимой, где скопление кормушек, и там действительно плотность птиц больше, там они и держатся большую часть зимы. Если повесить где-то одиночную кормушку, естественно, посещать ее будут реже.

С.БУНТМАН: А если у себя, ну, понятно, что можно повесить на дереве или где-то еще…

Я.РЕДЬКИН: На балконе в условиях города. Как правило, самые распространенные у нас большие синицы, самые многочисленные в городе, они кочуют по городским кварталам, иногда могут в условиях одного двора жить, и вот они облетают, обследуют окна, балконы методично в течение дня. В некоторых условиях, если открыто окно и что-то съедобное птица видит на столе, могут залетать и в комнаты вполне спокойно.

С.БУНТМАН: Ну, я бы не сказал, что спокойно. Они залетают спокойно, а потом начинается паника такая, поиски выхода.

Я.РЕДЬКИН: Ну, это когда как. Какие-то неопытные особи – да. А мне доводилось видеть там, где я работаю, на столе остались на тарелке остатки кокосового торта, крошки, в комнате никого не было, открыта форточка, и я наблюдаю, две синицы залетают совершенно спокойно, без паники, склевывают все и улетают в ту же форточку на улицу.

С.БУНТМАН: Ну, это уж какие-то такие, это не первый налет был у них, наверное. Ну а там, особенно если кошка живет…

Я.РЕДЬКИН: Да, если кошка, конечно.

С.БУНТМАН: Я помню, старый-престарый кот, который уже просто лежал и спал, ему было сто пятьдесят лет, и влетела синица – господи, подменили животное, он тут же заскакал по всем столам мгновенно.

Я.РЕДЬКИН: Да, инстинкт.

С.БУНТМАН: Да-да. А когда птицу быстренько выпустили мы, пошел дальше спать. Так. «У мамы в детстве жили снегири, а потом на волю выпустили».

Я.РЕДЬКИН: Да, действительно, снегири, как и многие другие зерноядные птицы, очень хорошо живут в неволе, их достаточно просто кормить и они прекрасно себя чувствуют, прожив до 15-ти лет в неволе.

С.БУНТМАН: Вот здесь пишут, Юля: «В Самаре сто лет не вижу скворцов. Поехала в Карловы Вары – там очень много. Почему у нас нет скворцов, почему исчезли?» - спрашивает Юля.

Я.РЕДЬКИН: Ну, сложно сказать. На самом деле, я думаю, что они есть, просто не так часто попадаются на глаза, как, допустим, повезло в Карловых Варах, где они летали стаями.

С.БУНТМАН: Они на воды прилетели. Они потом прилетят назад в Самару. Дальше. «На Пахре очень много ястребов и дятлов, а однажды видела удода».

Я.РЕДЬКИН: Да, летом, конечно, но удоды – да, есть у нас в средней полосе удоды, размножаются.

С.БУНТМАН: «А сойки любят арахис, а воронам и сорокам – мясные обрезки». Это правда?

Я.РЕДЬКИН: Это правда, но сойки, в общем, питаются практически всем – от семян и заканчивая мясом.

С.БУНТМАН: Это не специальные арахисовые сойки. Вороны с сороками – ну да, это мы знаем. А вот здесь спрашивают – где птицы ночуют, где скрываются от холода? Или они сразу обречены?

Я.РЕДЬКИН: Нет, абсолютно. Для птиц, в принципе, холод не так страшен, потому что те, кто остается зимовать, имеют адаптацию – пушистое оперение. Но им важно укрыться от ветра бывает ночью. В разных укромных уголках, что называется. Может быть, среди густых ветвей ели. Это могут быть дупла, могут быть какие-то береговые обрывы со свисающими корнями, которые не заметает снегом, где они могут спрятаться. В условиях города это, естественно, огромное число разных ниш, иногда даже отапливаемых. Куриные птицы, которые живут у нас круглый год – глухари, тетерева, рябчики, куропатки – ночуют под снегом, то есть они ныряют в снег, там вытаптывают себе полость, такую комнатку, и прекрасно ночуют даже в самые лютые морозы. И не только у нас, но и значительно севернее – в Якутии, например, где температура может в течение нескольких недель держаться около 40 градусов мороза. Прекрасно там они перезимовывают, в пушистом снегу. Потому что там, под снегом, оказывается теплее. Если распушиться в этой воздушной камере и спокойно переночевать.

С.БУНТМАН: Ну да.

Я.РЕДЬКИН: Мелкие птички при наличии мелкого снега могут ночевать в различных норах мышей, например, полевок. Ухолить тоже под снег.

С.БУНТМАН: А что дятлы едят зимой, как они питаются? Наверное, бессмысленно что-то искать?

Я.РЕДЬКИН: По-разному. Разные виды дятлов специализируются на разном. Например, большой пестрый дятел, самый обычный, многие его видели, вероятно, он питается в условиях хвойных лесов всю зиму семенами сосны, ели.

С.БУНТМАН: Тоже шишки?

Я.РЕДЬКИН: Да, ну, в небольшом количестве может еще и доставать из стволов деревьев насекомых. Другие виды дятлов – малый пестрый дятел, например, совсем маленькая, с воробья птичка, он питается насекомыми почти всю зиму. Ну, практически только насекомыми и совсем немножко семенами. Белоспинный дятел, довольно крупный, всю зиму питается насекомыми, выдалбливая их из древесины из-под коры. Зеленый дятел, есть у нас такой, очень красивый…

С.БУНТМАН: Есть, его, правда, редко можно увидеть, а в некоторых местах он просто такой житель.

Я.РЕДЬКИН: Он скрытный. Он интересен тем, что специализируется на питании муравьиными. Он раскапывает муравейники, причем делает это даже зимой, выкапывает нору иногда, добирается до муравейника, его раскапывает и питается муравьями или их личинками.

С.БУНТМАН: А как он узнает, где муравейник? Какими способами?

Я.РЕДЬКИН: Сложный вопрос.

С.БУНТМАН: Он же не нюхом.

Я.РЕДЬКИН: Ну, поскольку птица оседлая, она просто может на определенном участке знать, где муравейники.

С.БУНТМАН: Так, муравейник – все, отметили в навигаторе. Поставьте булавку, здесь муравейник. Вообще, конечно, ужасно интересно, когда прилетают они, за ними смотреть и наблюдать. Даже не научным людям. А правда ли, что синички возвращаются к своим кормушкам ежегодно? – спрашивает Саша из Самарской области.

Я.РЕДЬКИН: Да, очень часто, особенно большие синицы, лазоревки могут жить вблизи от этих кормушек, и одни и те же особи пользуются этими же кормушками не один год.

С.БУНТМАН: «Скворцы, пишет Алексей, самые неблагодарный птицы. Заселились, вывели птенцов и улетели. Скворечник был заселен всего месяц». Ну и что ж, господи? Так и полагается. А вы хотите, чтобы одни скворцы улетели, другие прилетели и круглый год это все было. Нет, это все на месяц. Вы, наверное, специально так и делали скворечник. Надо понимать, что мы его делаем ненадолго.

Я.РЕДЬКИН: Для размножения.

С.БУНТМАН: Да-да. «Скворцов было много, пока было много скворечников», - считает Вова из Москвы.

Я.РЕДЬКИН: Их, в общем-то, и сейчас немало в некоторых парках.

С.БУНТМАН: «А сколько лет живут черные вороны?» Как мы знаем, ребята, ворон – это не муж вороны.

Я.РЕДЬКИН: Да, это самостоятельный вид, который заметно крупнее вороны. Живут они несколько десятков лет в норме. Ну, чтобы до ста лет, по-моему, таких точно установленных фактов нет, но лет до 70-ти – вполне возможно.

С.БУНТМАН: Ну да, у нас ведь есть вороны тоже.

Я.РЕДЬКИН: Да, причем довольно много. Причем в Москве тоже они гнездятся.

С.БУНТМАН: Мы привыкли, что те, кого видно, это кто у нас – ну, бесчисленные голуби, это одно дело.

Я.РЕДЬКИН: Голуби, воробьи и вороны серые на улицах попадаются на глаза.

С.БУНТМАН: Да, иногда подлетают маленькие птицы. Но когда на подоконник голубь, как бомбардировщик, садится, начинает топать по металлу всегда и заглядывать… Так. Нина из Саратова живет «на берегу Волги, в двух километрах город, а на крыльце в кормушки кто только ни прилетает – синички, лазоревки, поползни, дятлы, малый пестрый и седой».

Я.РЕДЬКИН: Есть такой.

С.БУНТМАН: «Весной даже не брезгует дубонос». А кто такой дубонос?

Я.РЕДЬКИН: Это вьюрковая птица с очень массивным клювом, благодаря чему специализируется на том, что разгрызает косточки – вишневые, сливовые, другие.

С.БУНТМАН: А вреда нет? Как нас всегда учили, вишневую косточку нельзя, там синильная кислота!

Я.РЕДЬКИН: Нет. Он прекрасно ими питается. Больше того, именно ему доступны ресурсы, которые никто другой…

С.БУНТМАН: Вишневую косточку – это же мощно.

Я.РЕДЬКИН: Да, у него очень массивный клюв, почему он и называется дубонос.

С.БУНТМАН: А как он закрепляет косточку?

Я.РЕДЬКИН: Просто ее раскусывает.

С.БУНТМАН: Он просто давит ее.

Я.РЕДЬКИН: Да, у него просто очень мощный клюв.

С.БУНТМАН: А ведь можно, ребята и взрослые, посчитать усилия, которые он делает.

Я.РЕДЬКИН: Да, а, например, украинское народное название дубоноса – костогрыз.

С.БУНТМАН: Отлично. Ну, это понятнее гораздо. Сейчас мы прервемся и продолжим говорить о птицах. Тут много всего интересного вы спрашиваете, и много всего интересного мы узнаем. Через пять минут мы продолжим.

НОВОСТИ

С.БУНТМАН: Мы продолжаем говорить о птицах, которые у нас зимуют. Ярослав Редькин у нас здесь, и вопросы вы задаете на +7 985 9704545. Из Санкт-Петербурга Андрей нам пишет: «Расскажите про майну – я просто влюбился в эту птицу!» Это что за птица? Я ее не знаю.

Я.РЕДЬКИН: Майна – это скворец, в основном живущий в Южной Азии. Ну, тоже есть несколько видов майн. Обыкновенная майна – это такой скворец, распространенный в основном в Средней Азии, у нас на юге и местами акклиматизированный немножко севернее, в Забайкалье, на Кавказе есть майны. Майн довольно много содержат в неволе, они прекрасно живут. Это такая коричнево-черная птица в основном с белым брюшком и с желтыми боками головы, лишенными перьев. Ну, поскольку видов много, некоторые из них выглядят по-разному – есть с хохолками, без хохолков, покрупнее, помельче, есть очень красивая священная майна, живет в Индии и Юго-Восточной Азии. Ну, у нас более всего обычно, в том числе и в содержании, была обыкновенная майна. И эти замечательные скворцы жили несколько лет в диком состоянии в окрестностях Москвы, когда несколько десятков птиц выпустили, которые были завезены в зоомагазины. Они жили в диком состоянии. Но для них было главным условием возможность теплых ночевок, то есть зимовали они нормально, но на ночь они должны были слетаться куда-то, где объективно тепло. И, пока функционировали животноводческие комплексы, куда они могли через форточку проникать, популяция существовала устойчивая, они размножались в природе. Потом, с моментом как закрыли животноводческие комплексы, они исчезли, фактически вымерли.

С.БУНТМАН: Да, их принципиально меньше стало, этих помещений, комплексов. Охо-хо, да. Смешно пишет Юля из Махачкалы: «Вышла на балкон, а над головой топот птиц, которые живут на крыше балкона как раз – дятлы, синицы, большие и маленькие». «Куда ушли все воробьи из городов?» - Шура из Ярославской области.

Я.РЕДЬКИН: Ну, не знаю, у меня как-то не сложилось впечатления, что они куда-то ушли. Просто в отдельные годы численность может ниже становится. Потом, допустим, в удачные для размножения годы численность поднимается. Так что, в общем-то, они есть.

С.БУНТМАН: Есть. Про воробьев у меня всегда был вопрос вопросов с самого детства – а правда, что с черным галстучком – это мальчик, а с серой грудкой – это девочка?

Я.РЕДЬКИН: Да.

Домовый воробей, действительно, самец и самка очень хорошо отличаются. А полевой воробей, тоже обычный для нас вид, там абсолютно одинаковые самец и самка.

С.БУНТМАН: А как отличить домового от полевого?

Я.РЕДЬКИН: Полевой поменьше, с коричневой полностью шапочкой и черными точками на щеках. И под клювом небольшое темное пятнышко. А у домового воробья – самки с серой головой, такие невзрачные, с серой грудкой, а самцы – с черной манишкой, светлыми щеками, серая шапочка и коричневые брови широкие.

С.БУНТМАН: Да, очень элегантные. За ними очень интересно наблюдать, даже сидя на скамейке где-нибудь в парке. Особенно если у тебя булка какая-нибудь есть. Они такие разные, все-таки видно, что по-разному себя ведут.

Я.РЕДЬКИН: Разный темперамент, разный жизненный опыт у птиц, разный возраст.

С.БУНТМАН: Там есть, как те синицы, которые деловито доедали торт, есть такие воробьи, совершенно прожженные. Есть ужасно робкие.

Я.РЕДЬКИН: Есть, да, молодые, предыдущего года рождения.

С.БУНТМАН: Да, бросаешь ему – он пока посмотрит, уже пять других прилетят и все разъедят, а он стоит и смотрит на крошку, которая когда-то здесь была. Вот Илья спрашивает, насколько сейчас сложнее птицам в городах выживать. Сложнее стало? Или, в общем-то, все равно? Вот про воробья из знаменитого стихотворения, когда меньше стало лошадей, он плачет по этому поводу, это правда?

Я.РЕДЬКИН: Да, действительно, какие-то условия время от времени меняются для птиц в городе. Большое количество лошадей – большое количество сена, семян на улицах, в конском навозе – это, естественно, хорошо. Большое количество помоек открытых на улицах города, а в Москве сейчас помойки в основном закрытые, и меньше ворон стало. Так что… А в целом, условия в любом случае благоприятные. Где-то хуже, где-то в каких-то отношениях лучше.

С.БУНТМАН: В общем, это не то что в какую-то сторону все движется – или в лучшую, или в худшую. Масса всяких условий есть. «Часто вижу, как вороны устраивают полеты с фигурами высшего пилотажа. И, по-моему, совместно с галками», Игорь пишет.

Я.РЕДЬКИН: Да, в общем, они действительно так могут развлекаться.

С.БУНТМАН: Они правда развлекаются?

Я.РЕДЬКИН: Да, они могут гоняться друг за другом, выполнять буквально фигуры высшего пилотажа. Вороны на куполах церквей, покрытых золотом, иногда катаются, как с горки.

С.БУНТМАН: И на жестяных крышах. Я помню, дивное видео, когда ворона катается. Это было очень популярно в интернете. Это никакой не монтаж, это все была абсолютная правда. Но вообще, они злющие бывают, вороны, особенно когда у них гнезда, они охраняют птенцов.

Я.РЕДЬКИН: Да, когда птенцы покидают гнезда, они действительно могут, и если этот слеток с недоросшими крыльями и недоросшим хвостом, молодая птица, если она где-то поблизости сидит, мы ее даже можем не замечать, а родители нападают и могут, в принципе, ударить и в спину, и по голове, сзади часто подлетают.

С.БУНТМАН: Причем групповая тактика у них очень развита. Там есть – один заходит на собаку, другой на тебя, с тыла, довольно серьезно.

Я.РЕДЬКИН: Как правило, это две птицы, чаще всего, родители конкретных птенцов. Но, в принципе, если к такой подлетающей сзади вороне повернуться лицом, то она, как правило, отвернет, потому что… То есть отбиться от них легко, ничего в этом страшного нету.

С.БУНТМАН: А многие считают наоборот, что надо отворачиваться.

Я.РЕДЬКИН: Нет, потому что если она видит лицо…

С.БУНТМАН: Вот, ребят, запомните, что отворачиваться бывает хуже. То есть – не бойтесь. А что вот с голубями? Вороны, вообще, они и хищные, и суровые бывают. Голубей-то они бьют.

Я.РЕДЬКИН: Вороны – вполне себе всеядные птицы, на голубей могут нападать, особенно на ослабленных, которые не в состоянии отбиться легко.

С.БУНТМАН: Ольга нам отмечает: «Сейчас во дворе стая каких-то довольно крупных птиц облепила рябины с ягодами, теперь сидят на проводах». Наверное, наелись.

Я.РЕДЬКИН: Это могут быть либо свиристели, либо дрозды-рябинники. Свиристели с хохолками, с довольно короткими хвостиками, а дрозды-рябинники немножко покрупнее, постройнее, более длиннохвостые, с рыжей грудью.

С.БУНТМАН: Вот, кстати говоря, были же хорошие книжки, можно с этими книжками в руках наблюдать за птицами летом и зимой. И есть ли сейчас такие книжки?

Я.РЕДЬКИН: Есть определители птиц, да. Сейчас их становится все больше. Есть какие-то совсем примитивные, есть очень хорошие, где подробно нарисовано все. Действительно, есть. Ну, к сожалению, нечасто они в широкой продаже встречаются, но можно в интернете найти, в зоологическом музее, в университетах продаются.

С.БУНТМАН: Это хорошо. Это очень полезная штука, если хороший и удобный определитель, это страшно интересно – наблюдать за птицами с определителем в руках. «А куда подевались ласточки?»

Я.РЕДЬКИН: Ну, сейчас, понятно. А в целом, в общем-то, никуда не подевались. Другое дело, что в условиях города могут складываться неблагоприятные для них условия. Допустим, стенку, на которой гнездились городские ласточки, отшлифовали или подштукатурили, где они прилепляли свои гнезда, они уже не могут их прилепить. Такое бывает. Вообще, ласточек в городах не очень много. Больше где-то в сельской местности.

С.БУНТМАН: Да, и по мелким городам.

Я.РЕДЬКИН: Да, то есть должны быть условия для размещения гнезда и возможность найти большое количество летающих насекомых поблизости, луга, поля должны быть.

С.БУНТМАН: Здесь из Петербурга жалуются: «В Питере воробьев практически нет уже года два».

Я.РЕДЬКИН: В общем-то, я был относительно недавно. Может быть, да, в условиях зимовок последних лет снизилось их количество, но есть.

С.БУНТМАН: Спрашивают нас, занимаетесь ли вы бердвотчингом?

Я.РЕДЬКИН: Я этим, можно сказать, профессионально занимаюсь. Это наблюдение за птицами, то есть наблюдать, определять тех птиц, которых ты видишь, фотографировать их, куда-то ездить целенаправленно, чтобы посмотреть какие-то виды. Это и есть бердвотчинг.

С.БУНТМАН: И даже иногда посчитать. Есть способы – не ворон считать, как говорится…

Я.РЕДЬКИН: Да, и посчитать, соответственно, кого больше, выезжать в какие-то места в разные периоды, во время миграций. В общем, очень интересное занятие.

С.БУНТМАН: И, по-моему, к нему привлекают и как-то обучают.

Я.РЕДЬКИН: Ну, как правило, те, кому это интересно, сами обучаются. Есть рассылка. Такая программа была организована в конце 90-х годов, «Птицы Москвы и Подмосковья» для привлечения именно любителей, и в итоге в ней поучаствовало уже несколько сот человек, масса замечательных фотографов, отчасти, может, даже фотографов-анималистов выросло на этой программе. Уже издавался бюллетень вот этой программы со всеми наблюдениями, с обсуждением результатов, интернет-рассылка. И т.д. и т.п. Ну, достаточно набрать в интернете «Птицы Москвы и Подмосковья», можно попасть на сайт этой программы.

С.БУНТМАН: Я знаю, что парки у нас достаточно здорово развиваются, и в Москве тоже, но была такая затея, как во всех приличных местах делается – и растения, и птиц, животных, кто тут может жить. И в Сокольниках бывало это, и в Нескучном, на Воробьевых Горах была последняя очень хорошо сделана.

Я.РЕДЬКИН: Да, ну, это очень полезно, действительно.

С.БУНТМАН: Это здорово. Мне кажется, во всех странах, где как раз к этому хорошо относятся, это делают, и в больших парках всегда можно увидеть, кто здесь живет, кто здесь растет, кто сюда прилетает и даже приходит иногда. Спрашивает Алексей: «Есть ли у нас какие-нибудь краснокнижные птицы?»

Я.РЕДЬКИН: Есть, конечно. Красная Книга есть общероссийская, федеральная, есть Красная Книга каждого из регионов, субъектов федерации, как документ. Ну, если взять по России в целом, туда попадает большинство видов – либо в региональные Красные Книги в каких-то частях страны. Допустим, обыкновенный скворец наш есть в Красной Книге Якутии, куда он проник недавно. Краснокнижные птицы, естественно, везде есть. Есть и Красная Книга Москвы, Санкт-Петербурга. Туда попадают даже какие-то виды, обычные в области. Так что…

С.БУНТМАН: Хорошо. А вот очень важную вещь под конец просят сказать: «Будьте добры, скажите, пожалуйста, громко, чем нельзя кормить птиц? Повсеместно вижу плесневелый черный хлеб».

Я.РЕДЬКИН: Ну, это им не особенно вредит. А вот сало с солью и с перцем – это не очень хорошо.

С.БУНТМАН: То есть они могут есть, но себе во вред. Будут клевать, да?

Я.РЕДЬКИН: Да.

С.БУНТМАН: Вот с солью и с перцем нельзя. А есть еще что-нибудь? Потому что, например, когда кормят белок в парках, объясняют, там есть специальные люди, как в Павловске это сделано очень хорошо, и когда они продают, то объясняют, что можно, а что нельзя им давать.

Я.РЕДЬКИН: В общем-то, то, что категорически нельзя, животное само есть не будет. Естественно, целенаправленно навредить животным и заведомо давать им что-то такое тоже вряд ли кто-то будет. А таких жестких ограничений для диких птиц… ну, кроме…

С.БУНТМАН: Вряд ли. Ну, другое дело – домашние. Вот у многих, увы, есть плохой опыт с домашними птицами, которых держат в неволе. Но это не всегда от корма бывает. Это целое сочетание бывает.

Я.РЕДЬКИН: Да.

Опять же, в домашних условиях часто бывает, что из корма, из зерновой смеси попугайчик или канарейка выбирает то, что нравится, и только этим и питается, какой-то один вид семян. Ну, и это на здоровье может сказываться очень отрицательно. В природе ничего подобного нет.

С.БУНТМАН: Ну конечно, там другое. Спасибо, Ярослав, большое, будем встречаться в «Открывашке». Как я вам обещал, сейчас мы отправимся в музей смотреть игрушки из Богородского, того, что под Сергиевым-Посадом, а мы сейчас зададим вопрос для «Говорим по-русски». Зимующие птицы оставили следы и у Гоголя, например. В «Вечерах на хуторе близ Диканьки» по снеговым кучам прогуливается кто? Ярослав, не отвечайте. Синичка, свиристель или снегирь? Кто прогуливается? Можно смски посылать на +7 986 9704545, и во время передачи вам еще предложат и позвонить по телефону, и получите призы, естественно. Так просто никто ничего делать не будет. Все, спасибо, до свидания.

Я.РЕДЬКИН: Всего доброго.


003 - 19 ЯНВАРЯ 2014 003 - 19 JANUAR 2014

С.БУНТМАН: Так, ну что же, мои дорогие друзья, сейчас займемся птицами. Вот Ярослав Редькин у нас в гостях. Здравствуйте, Ярослав, добрый день.

Я.РЕДЬКИН: Здравствуйте.

С.БУНТМАН: Не первый раз. Мы сейчас будем говорить о птицах, которые у нас зимой живут. Правильно я понимаю, да?

Я.РЕДЬКИН: Да.

С.БУНТМАН: Ну, вот сразу всем приходит – сделали кормушку, слетелись синички. Синичек много.

Я.РЕДЬКИН: Да, действительно, у нас зимует довольно большое количество птиц, гораздо больше, чем мы себе представляем. На самом деле, в норме в нашей полосе зимует около 70-ти видов различных. Но зимовка некоторых из них – это явление естественное. И это лесные птицы, которые живут у нас круглый год. Какое-то количество видов связано с населенными пунктами, они прекрасно проводят зиму в условиях поселков, в условиях города. Так что довольно много.

С.БУНТМАН: Но самые распространенные у нас – кто? Синицы у нас есть, да?

Я.РЕДЬКИН: Синицы. Более того, у нас синиц в европейской части по меньшей мере семь видов зимует регулярно. Дятлы – тоже восемь видов разных. Большое количество зерноядных птиц в основном семейства вьюрковых, к которым относятся и снегири, и чижи, чечетки, клесты. Клесты, более того, зимой в норме и размножаются, поскольку на зимние месяцы приходится урожай семян хвойных деревьев.

С.БУНТМАН: Ну, как питается кто, это мы еще разберемся. Потому что урожай хвойных деревьев – что же, они из шишек выгрызают?

Я.РЕДЬКИН: Да.

С.БУНТМАН: Которые висят еще? Потому что тут же снег может быть.

Я.РЕДЬКИН: Созревшие шишки, которые еще висят. У клестов же самая замечательная особенность – это клюв с перекрещенными острыми концами, таким клювом очень удобно раздвигать чешуи, чтобы доставать оттуда семена. Ну, также еще какое-то количество птиц в нашей полосе появляется зимой, которые гнездятся севернее, это свиристели общеизвестные, это щуры, тоже вьюрковые птицы семенноядные, которые живут значительно севернее. Ну, кроме лесных птичек большое количество птиц в населенных пунктах на водоемах, не замерзающих по тем или иным причинам. Около 30-ти видов различных. Это различные виды уток, чайки остаются на зиму.

С.БУНТМАН: А где ж они, если замерзают? Серая Шейка у нас сразу.

Я.РЕДЬКИН: Да, это классический пример. На самом деле, в условиях Москвы и ближайшего Подмосковья довольно много водоемов, которые всю зиму остаются незамерзшими.

С.БУНТМАН: Даже когда минус двадцать?

Я.РЕДЬКИН: Да, потому что большое количество теплых стоков, так или иначе, и открытая вода, как правило, сохраняется. Там концентрируются все эти утки. Ну, естественно, что в условиях города еще и плюс подкормка водоплавающих позволяет существовать очень многим.

С.БУНТМАН: Еще не забудем, классические наши птицы все – вороны…

Я.РЕДЬКИН: Два вида воробьев – домовый и полевой. Сизые голуби. Вороны. В городе, опять-таки, зимуют и грачи, которые в норме перелетные, но в городе, в Москве их довольно много.

С.БУНТМАН: То есть «грачи прилетели» - в условиях города, может, и не прилетели, а там всегда были.

Я.РЕДЬКИН: Да.

То же самое и со скворцами. Начали относительно недавно зимовать еще и дрозды-рябинники, которые тоже перелетные птицы. Но теперь они большими стаями проводят в нашей полосе зиму, по крайней мере, в годы, когда хороший урожай рябины, яблоками могут питаться, в общем, какими-либо плодами.

С.БУНТМАН: Вопросов здесь уже довольно много, сейчас будем отвечать на них. +7 985 9704545 – это смски присылайте. Вот здесь спрашивают про синиц сразу – а сколько живет синица? Илья из Екатеринбурга спрашивает.

Я.РЕДЬКИН: Ну, в природе живет где-то в среднем 3-4 года. В неволе могут жить и 10, и 12 лет синицы, то есть довольно долго. Но в природе, действительно, смена поколений довольно быстро происходит, потому что, так или иначе, зиму переживает небольшое общее количество птиц.

С.БУНТМАН: Просто из-за холода и недостатка еды?

Я.РЕДЬКИН: Да, и из-за недостатка еды, и из-за хищников, и болезням подвержены.

С.БУНТМАН: А кто враги синиц?

Я.РЕДЬКИН: Враги синиц – и хищные птицы. Ну, в наших условиях самый злейший враг синиц – это ястреб-перепелятник, маленький ястреб, который у нас в большом количестве зимует, в том числе и в Москве они довольно часто попадаются. Птицы это относительно скрытные, так их заметить, бывает, нечасто удается, но, в общем, их довольно много.

С.БУНТМАН: В Подмосковье у соседей большое гнездо каких-то хищников. Кто это, даже не знаю.

Я.РЕДЬКИН: Ну, это может быть, скорее, даже какая-то крупная птица. Это может быть и ястреб-стервятник крупный, больше вороны по размеру.

С.БУНТМАН: Да, судя по всему.

Я.РЕДЬКИН: И каюк может быть, это хищник, питающийся грызунами преимущественно.

С.БУНТМАН: А, тут летал как-то так кругами и к моей собаке присматривался. Но, судя по всему, оценил размеры, что не очень как-то это то, и улетел. Но так несколько кругов сделал, приглядывался, кого бы там поймать. А вот здесь проблемы сразу. Ярослав пишет: «Сколько делал кормушек, птицы не едят. Видимо, принципиально». Не знаю, Ярослав считает, что его не любят.

Я.РЕДЬКИН: Ну, тут, смотря что будет в этой кормушке. Потому что, как правило, подсолнечные семечки очень охотно будут синицы есть.

С.БУНТМАН: Но нежареные, да?

Я.РЕДЬКИН: Нежареные, да. Сало несоленое. Ну, если в кормушку просто хлеб насыпать, то, возможно, и да, она будет пустовать довольно долго.

С.БУНТМАН: Но есть всякий корм еще, продают.

Я.РЕДЬКИН: Да, разные семенные смеси. Но синицы овес, просо не будут трогать практически. Для воробьев.

С.БУНТМАН: Ну да.

А зависит от того, где кормушка? Просто, может, какое-нибудь нехорошее место для кормушки выбрано.

Я.РЕДЬКИН: Ну, птицы, если в парках где-то, они концентрируются в каких-то местах зимой, где скопление кормушек, и там действительно плотность птиц больше, там они и держатся большую часть зимы. Если повесить где-то одиночную кормушку, естественно, посещать ее будут реже.

С.БУНТМАН: А если у себя, ну, понятно, что можно повесить на дереве или где-то еще…

Я.РЕДЬКИН: На балконе в условиях города. Как правило, самые распространенные у нас большие синицы, самые многочисленные в городе, они кочуют по городским кварталам, иногда могут в условиях одного двора жить, и вот они облетают, обследуют окна, балконы методично в течение дня. В некоторых условиях, если открыто окно и что-то съедобное птица видит на столе, могут залетать и в комнаты вполне спокойно.

С.БУНТМАН: Ну, я бы не сказал, что спокойно. Они залетают спокойно, а потом начинается паника такая, поиски выхода.

Я.РЕДЬКИН: Ну, это когда как. Какие-то неопытные особи – да. А мне доводилось видеть там, где я работаю, на столе остались на тарелке остатки кокосового торта, крошки, в комнате никого не было, открыта форточка, и я наблюдаю, две синицы залетают совершенно спокойно, без паники, склевывают все и улетают в ту же форточку на улицу.

С.БУНТМАН: Ну, это уж какие-то такие, это не первый налет был у них, наверное. Ну а там, особенно если кошка живет…

Я.РЕДЬКИН: Да, если кошка, конечно.

С.БУНТМАН: Я помню, старый-престарый кот, который уже просто лежал и спал, ему было сто пятьдесят лет, и влетела синица – господи, подменили животное, он тут же заскакал по всем столам мгновенно.

Я.РЕДЬКИН: Да, инстинкт.

С.БУНТМАН: Да-да. А когда птицу быстренько выпустили мы, пошел дальше спать. Так. «У мамы в детстве жили снегири, а потом на волю выпустили».

Я.РЕДЬКИН: Да, действительно, снегири, как и многие другие зерноядные птицы, очень хорошо живут в неволе, их достаточно просто кормить и они прекрасно себя чувствуют, прожив до 15-ти лет в неволе.

С.БУНТМАН: Вот здесь пишут, Юля: «В Самаре сто лет не вижу скворцов. Поехала в Карловы Вары – там очень много. Почему у нас нет скворцов, почему исчезли?» - спрашивает Юля.

Я.РЕДЬКИН: Ну, сложно сказать. На самом деле, я думаю, что они есть, просто не так часто попадаются на глаза, как, допустим, повезло в Карловых Варах, где они летали стаями.

С.БУНТМАН: Они на воды прилетели. Они потом прилетят назад в Самару. Дальше. «На Пахре очень много ястребов и дятлов, а однажды видела удода».

Я.РЕДЬКИН: Да, летом, конечно, но удоды – да, есть у нас в средней полосе удоды, размножаются.

С.БУНТМАН: «А сойки любят арахис, а воронам и сорокам – мясные обрезки». Это правда?

Я.РЕДЬКИН: Это правда, но сойки, в общем, питаются практически всем – от семян и заканчивая мясом.

С.БУНТМАН: Это не специальные арахисовые сойки. Вороны с сороками – ну да, это мы знаем. А вот здесь спрашивают – где птицы ночуют, где скрываются от холода? Или они сразу обречены?

Я.РЕДЬКИН: Нет, абсолютно. Для птиц, в принципе, холод не так страшен, потому что те, кто остается зимовать, имеют адаптацию – пушистое оперение. Но им важно укрыться от ветра бывает ночью. В разных укромных уголках, что называется. Может быть, среди густых ветвей ели. Это могут быть дупла, могут быть какие-то береговые обрывы со свисающими корнями, которые не заметает снегом, где они могут спрятаться. В условиях города это, естественно, огромное число разных ниш, иногда даже отапливаемых. Куриные птицы, которые живут у нас круглый год – глухари, тетерева, рябчики, куропатки – ночуют под снегом, то есть они ныряют в снег, там вытаптывают себе полость, такую комнатку, и прекрасно ночуют даже в самые лютые морозы. И не только у нас, но и значительно севернее – в Якутии, например, где температура может в течение нескольких недель держаться около 40 градусов мороза. Прекрасно там они перезимовывают, в пушистом снегу. Потому что там, под снегом, оказывается теплее. Если распушиться в этой воздушной камере и спокойно переночевать.

С.БУНТМАН: Ну да.

Я.РЕДЬКИН: Мелкие птички при наличии мелкого снега могут ночевать в различных норах мышей, например, полевок. Ухолить тоже под снег.

С.БУНТМАН: А что дятлы едят зимой, как они питаются? Наверное, бессмысленно что-то искать?

Я.РЕДЬКИН: По-разному. Разные виды дятлов специализируются на разном. Например, большой пестрый дятел, самый обычный, многие его видели, вероятно, он питается в условиях хвойных лесов всю зиму семенами сосны, ели.

С.БУНТМАН: Тоже шишки?

Я.РЕДЬКИН: Да, ну, в небольшом количестве может еще и доставать из стволов деревьев насекомых. Другие виды дятлов – малый пестрый дятел, например, совсем маленькая, с воробья птичка, он питается насекомыми почти всю зиму. Ну, практически только насекомыми и совсем немножко семенами. Белоспинный дятел, довольно крупный, всю зиму питается насекомыми, выдалбливая их из древесины из-под коры. Зеленый дятел, есть у нас такой, очень красивый…

С.БУНТМАН: Есть, его, правда, редко можно увидеть, а в некоторых местах он просто такой житель.

Я.РЕДЬКИН: Он скрытный. Он интересен тем, что специализируется на питании муравьиными. Он раскапывает муравейники, причем делает это даже зимой, выкапывает нору иногда, добирается до муравейника, его раскапывает и питается муравьями или их личинками.

С.БУНТМАН: А как он узнает, где муравейник? Какими способами?

Я.РЕДЬКИН: Сложный вопрос.

С.БУНТМАН: Он же не нюхом.

Я.РЕДЬКИН: Ну, поскольку птица оседлая, она просто может на определенном участке знать, где муравейники.

С.БУНТМАН: Так, муравейник – все, отметили в навигаторе. Поставьте булавку, здесь муравейник. Вообще, конечно, ужасно интересно, когда прилетают они, за ними смотреть и наблюдать. Даже не научным людям. А правда ли, что синички возвращаются к своим кормушкам ежегодно? – спрашивает Саша из Самарской области.

Я.РЕДЬКИН: Да, очень часто, особенно большие синицы, лазоревки могут жить вблизи от этих кормушек, и одни и те же особи пользуются этими же кормушками не один год.

С.БУНТМАН: «Скворцы, пишет Алексей, самые неблагодарный птицы. Заселились, вывели птенцов и улетели. Скворечник был заселен всего месяц». Ну и что ж, господи? Так и полагается. А вы хотите, чтобы одни скворцы улетели, другие прилетели и круглый год это все было. Нет, это все на месяц. Вы, наверное, специально так и делали скворечник. Надо понимать, что мы его делаем ненадолго.

Я.РЕДЬКИН: Для размножения.

С.БУНТМАН: Да-да. «Скворцов было много, пока было много скворечников», - считает Вова из Москвы.

Я.РЕДЬКИН: Их, в общем-то, и сейчас немало в некоторых парках.

С.БУНТМАН: «А сколько лет живут черные вороны?» Как мы знаем, ребята, ворон – это не муж вороны.

Я.РЕДЬКИН: Да, это самостоятельный вид, который заметно крупнее вороны. Живут они несколько десятков лет в норме. Ну, чтобы до ста лет, по-моему, таких точно установленных фактов нет, но лет до 70-ти – вполне возможно.

С.БУНТМАН: Ну да, у нас ведь есть вороны тоже.

Я.РЕДЬКИН: Да, причем довольно много. Причем в Москве тоже они гнездятся.

С.БУНТМАН: Мы привыкли, что те, кого видно, это кто у нас – ну, бесчисленные голуби, это одно дело.

Я.РЕДЬКИН: Голуби, воробьи и вороны серые на улицах попадаются на глаза.

С.БУНТМАН: Да, иногда подлетают маленькие птицы. Но когда на подоконник голубь, как бомбардировщик, садится, начинает топать по металлу всегда и заглядывать… Так. Нина из Саратова живет «на берегу Волги, в двух километрах город, а на крыльце в кормушки кто только ни прилетает – синички, лазоревки, поползни, дятлы, малый пестрый и седой».

Я.РЕДЬКИН: Есть такой.

С.БУНТМАН: «Весной даже не брезгует дубонос». А кто такой дубонос?

Я.РЕДЬКИН: Это вьюрковая птица с очень массивным клювом, благодаря чему специализируется на том, что разгрызает косточки – вишневые, сливовые, другие.

С.БУНТМАН: А вреда нет? Как нас всегда учили, вишневую косточку нельзя, там синильная кислота!

Я.РЕДЬКИН: Нет. Он прекрасно ими питается. Больше того, именно ему доступны ресурсы, которые никто другой…

С.БУНТМАН: Вишневую косточку – это же мощно.

Я.РЕДЬКИН: Да, у него очень массивный клюв, почему он и называется дубонос.

С.БУНТМАН: А как он закрепляет косточку?

Я.РЕДЬКИН: Просто ее раскусывает.

С.БУНТМАН: Он просто давит ее.

Я.РЕДЬКИН: Да, у него просто очень мощный клюв.

С.БУНТМАН: А ведь можно, ребята и взрослые, посчитать усилия, которые он делает.

Я.РЕДЬКИН: Да, а, например, украинское народное название дубоноса – костогрыз.

С.БУНТМАН: Отлично. Ну, это понятнее гораздо. Сейчас мы прервемся и продолжим говорить о птицах. Тут много всего интересного вы спрашиваете, и много всего интересного мы узнаем. Через пять минут мы продолжим.

НОВОСТИ

С.БУНТМАН: Мы продолжаем говорить о птицах, которые у нас зимуют. Ярослав Редькин у нас здесь, и вопросы вы задаете на +7 985 9704545. Из Санкт-Петербурга Андрей нам пишет: «Расскажите про майну – я просто влюбился в эту птицу!» Это что за птица? Я ее не знаю.

Я.РЕДЬКИН: Майна – это скворец, в основном живущий в Южной Азии. Ну, тоже есть несколько видов майн. Обыкновенная майна – это такой скворец, распространенный в основном в Средней Азии, у нас на юге и местами акклиматизированный немножко севернее, в Забайкалье, на Кавказе есть майны. Майн довольно много содержат в неволе, они прекрасно живут. Это такая коричнево-черная птица в основном с белым брюшком и с желтыми боками головы, лишенными перьев. Ну, поскольку видов много, некоторые из них выглядят по-разному – есть с хохолками, без хохолков, покрупнее, помельче, есть очень красивая священная майна, живет в Индии и Юго-Восточной Азии. Ну, у нас более всего обычно, в том числе и в содержании, была обыкновенная майна. И эти замечательные скворцы жили несколько лет в диком состоянии в окрестностях Москвы, когда несколько десятков птиц выпустили, которые были завезены в зоомагазины. Они жили в диком состоянии. Но для них было главным условием возможность теплых ночевок, то есть зимовали они нормально, но на ночь они должны были слетаться куда-то, где объективно тепло. И, пока функционировали животноводческие комплексы, куда они могли через форточку проникать, популяция существовала устойчивая, они размножались в природе. Потом, с моментом как закрыли животноводческие комплексы, они исчезли, фактически вымерли.

С.БУНТМАН: Да, их принципиально меньше стало, этих помещений, комплексов. Охо-хо, да. Смешно пишет Юля из Махачкалы: «Вышла на балкон, а над головой топот птиц, которые живут на крыше балкона как раз – дятлы, синицы, большие и маленькие». «Куда ушли все воробьи из городов?» - Шура из Ярославской области.

Я.РЕДЬКИН: Ну, не знаю, у меня как-то не сложилось впечатления, что они куда-то ушли. Просто в отдельные годы численность может ниже становится. Потом, допустим, в удачные для размножения годы численность поднимается. Так что, в общем-то, они есть.

С.БУНТМАН: Есть. Про воробьев у меня всегда был вопрос вопросов с самого детства – а правда, что с черным галстучком – это мальчик, а с серой грудкой – это девочка?

Я.РЕДЬКИН: Да.

Домовый воробей, действительно, самец и самка очень хорошо отличаются. А полевой воробей, тоже обычный для нас вид, там абсолютно одинаковые самец и самка.

С.БУНТМАН: А как отличить домового от полевого?

Я.РЕДЬКИН: Полевой поменьше, с коричневой полностью шапочкой и черными точками на щеках. И под клювом небольшое темное пятнышко. А у домового воробья – самки с серой головой, такие невзрачные, с серой грудкой, а самцы – с черной манишкой, светлыми щеками, серая шапочка и коричневые брови широкие.

С.БУНТМАН: Да, очень элегантные. За ними очень интересно наблюдать, даже сидя на скамейке где-нибудь в парке. Особенно если у тебя булка какая-нибудь есть. Они такие разные, все-таки видно, что по-разному себя ведут.

Я.РЕДЬКИН: Разный темперамент, разный жизненный опыт у птиц, разный возраст.

С.БУНТМАН: Там есть, как те синицы, которые деловито доедали торт, есть такие воробьи, совершенно прожженные. Есть ужасно робкие.

Я.РЕДЬКИН: Есть, да, молодые, предыдущего года рождения.

С.БУНТМАН: Да, бросаешь ему – он пока посмотрит, уже пять других прилетят и все разъедят, а он стоит и смотрит на крошку, которая когда-то здесь была. Вот Илья спрашивает, насколько сейчас сложнее птицам в городах выживать. Сложнее стало? Или, в общем-то, все равно? Вот про воробья из знаменитого стихотворения, когда меньше стало лошадей, он плачет по этому поводу, это правда?

Я.РЕДЬКИН: Да, действительно, какие-то условия время от времени меняются для птиц в городе. Большое количество лошадей – большое количество сена, семян на улицах, в конском навозе – это, естественно, хорошо. Большое количество помоек открытых на улицах города, а в Москве сейчас помойки в основном закрытые, и меньше ворон стало. Так что… А в целом, условия в любом случае благоприятные. Где-то хуже, где-то в каких-то отношениях лучше.

С.БУНТМАН: В общем, это не то что в какую-то сторону все движется – или в лучшую, или в худшую. Масса всяких условий есть. «Часто вижу, как вороны устраивают полеты с фигурами высшего пилотажа. И, по-моему, совместно с галками», Игорь пишет.

Я.РЕДЬКИН: Да, в общем, они действительно так могут развлекаться.

С.БУНТМАН: Они правда развлекаются?

Я.РЕДЬКИН: Да, они могут гоняться друг за другом, выполнять буквально фигуры высшего пилотажа. Вороны на куполах церквей, покрытых золотом, иногда катаются, как с горки.

С.БУНТМАН: И на жестяных крышах. Я помню, дивное видео, когда ворона катается. Это было очень популярно в интернете. Это никакой не монтаж, это все была абсолютная правда. Но вообще, они злющие бывают, вороны, особенно когда у них гнезда, они охраняют птенцов.

Я.РЕДЬКИН: Да, когда птенцы покидают гнезда, они действительно могут, и если этот слеток с недоросшими крыльями и недоросшим хвостом, молодая птица, если она где-то поблизости сидит, мы ее даже можем не замечать, а родители нападают и могут, в принципе, ударить и в спину, и по голове, сзади часто подлетают.

С.БУНТМАН: Причем групповая тактика у них очень развита. Там есть – один заходит на собаку, другой на тебя, с тыла, довольно серьезно.

Я.РЕДЬКИН: Как правило, это две птицы, чаще всего, родители конкретных птенцов. Но, в принципе, если к такой подлетающей сзади вороне повернуться лицом, то она, как правило, отвернет, потому что… То есть отбиться от них легко, ничего в этом страшного нету.

С.БУНТМАН: А многие считают наоборот, что надо отворачиваться.

Я.РЕДЬКИН: Нет, потому что если она видит лицо…

С.БУНТМАН: Вот, ребят, запомните, что отворачиваться бывает хуже. То есть – не бойтесь. А что вот с голубями? Вороны, вообще, они и хищные, и суровые бывают. Голубей-то они бьют.

Я.РЕДЬКИН: Вороны – вполне себе всеядные птицы, на голубей могут нападать, особенно на ослабленных, которые не в состоянии отбиться легко.

С.БУНТМАН: Ольга нам отмечает: «Сейчас во дворе стая каких-то довольно крупных птиц облепила рябины с ягодами, теперь сидят на проводах». Наверное, наелись.

Я.РЕДЬКИН: Это могут быть либо свиристели, либо дрозды-рябинники. Свиристели с хохолками, с довольно короткими хвостиками, а дрозды-рябинники немножко покрупнее, постройнее, более длиннохвостые, с рыжей грудью.

С.БУНТМАН: Вот, кстати говоря, были же хорошие книжки, можно с этими книжками в руках наблюдать за птицами летом и зимой. И есть ли сейчас такие книжки?

Я.РЕДЬКИН: Есть определители птиц, да. Сейчас их становится все больше. Есть какие-то совсем примитивные, есть очень хорошие, где подробно нарисовано все. There are some completely primitive, there are very good ones, where everything is drawn in detail. Действительно, есть. Ну, к сожалению, нечасто они в широкой продаже встречаются, но можно в интернете найти, в зоологическом музее, в университетах продаются.

С.БУНТМАН: Это хорошо. Это очень полезная штука, если хороший и удобный определитель, это страшно интересно – наблюдать за птицами с определителем в руках. «А куда подевались ласточки?»

Я.РЕДЬКИН: Ну, сейчас, понятно. А в целом, в общем-то, никуда не подевались. Другое дело, что в условиях города могут складываться неблагоприятные для них условия. Допустим, стенку, на которой гнездились городские ласточки, отшлифовали или подштукатурили, где они прилепляли свои гнезда, они уже не могут их прилепить. Такое бывает. Вообще, ласточек в городах не очень много. Больше где-то в сельской местности.

С.БУНТМАН: Да, и по мелким городам.

Я.РЕДЬКИН: Да, то есть должны быть условия для размещения гнезда и возможность найти большое количество летающих насекомых поблизости, луга, поля должны быть.

С.БУНТМАН: Здесь из Петербурга жалуются: «В Питере воробьев практически нет уже года два».

Я.РЕДЬКИН: В общем-то, я был относительно недавно. Может быть, да, в условиях зимовок последних лет снизилось их количество, но есть.

С.БУНТМАН: Спрашивают нас, занимаетесь ли вы бердвотчингом?

Я.РЕДЬКИН: Я этим, можно сказать, профессионально занимаюсь. Это наблюдение за птицами, то есть наблюдать, определять тех птиц, которых ты видишь, фотографировать их, куда-то ездить целенаправленно, чтобы посмотреть какие-то виды. Это и есть бердвотчинг.

С.БУНТМАН: И даже иногда посчитать. Есть способы – не ворон считать, как говорится…

Я.РЕДЬКИН: Да, и посчитать, соответственно, кого больше, выезжать в какие-то места в разные периоды, во время миграций. В общем, очень интересное занятие.

С.БУНТМАН: И, по-моему, к нему привлекают и как-то обучают.

Я.РЕДЬКИН: Ну, как правило, те, кому это интересно, сами обучаются. Есть рассылка. Такая программа была организована в конце 90-х годов, «Птицы Москвы и Подмосковья» для привлечения именно любителей, и в итоге в ней поучаствовало уже несколько сот человек, масса замечательных фотографов, отчасти, может, даже фотографов-анималистов выросло на этой программе. Уже издавался бюллетень вот этой программы со всеми наблюдениями, с обсуждением результатов, интернет-рассылка. И т.д. и т.п. Ну, достаточно набрать в интернете «Птицы Москвы и Подмосковья», можно попасть на сайт этой программы.

С.БУНТМАН: Я знаю, что парки у нас достаточно здорово развиваются, и в Москве тоже, но была такая затея, как во всех приличных местах делается – и растения, и птиц, животных, кто тут может жить. S. BUNTMAN: I know that our parks are developing quite well, and in Moscow too, but there was such an idea as it is done in all decent places - both plants, birds, animals, who can live here. И в Сокольниках бывало это, и в Нескучном, на Воробьевых Горах была последняя очень хорошо сделана.

Я.РЕДЬКИН: Да, ну, это очень полезно, действительно.

С.БУНТМАН: Это здорово. Мне кажется, во всех странах, где как раз к этому хорошо относятся, это делают, и в больших парках всегда можно увидеть, кто здесь живет, кто здесь растет, кто сюда прилетает и даже приходит иногда. Спрашивает Алексей: «Есть ли у нас какие-нибудь краснокнижные птицы?»

Я.РЕДЬКИН: Есть, конечно. Красная Книга есть общероссийская, федеральная, есть Красная Книга каждого из регионов, субъектов федерации, как документ. Ну, если взять по России в целом, туда попадает большинство видов – либо в региональные Красные Книги в каких-то частях страны. Допустим, обыкновенный скворец наш есть в Красной Книге Якутии, куда он проник недавно. Краснокнижные птицы, естественно, везде есть. Есть и Красная Книга Москвы, Санкт-Петербурга. Туда попадают даже какие-то виды, обычные в области. Так что…

С.БУНТМАН: Хорошо. А вот очень важную вещь под конец просят сказать: «Будьте добры, скажите, пожалуйста, громко, чем нельзя кормить птиц? Повсеместно вижу плесневелый черный хлеб».

Я.РЕДЬКИН: Ну, это им не особенно вредит. А вот сало с солью и с перцем – это не очень хорошо.

С.БУНТМАН: То есть они могут есть, но себе во вред. Будут клевать, да?

Я.РЕДЬКИН: Да.

С.БУНТМАН: Вот с солью и с перцем нельзя. А есть еще что-нибудь? Потому что, например, когда кормят белок в парках, объясняют, там есть специальные люди, как в Павловске это сделано очень хорошо, и когда они продают, то объясняют, что можно, а что нельзя им давать.

Я.РЕДЬКИН: В общем-то, то, что категорически нельзя, животное само есть не будет. Естественно, целенаправленно навредить животным и заведомо давать им что-то такое тоже вряд ли кто-то будет. А таких жестких ограничений для диких птиц… ну, кроме…

С.БУНТМАН: Вряд ли. Ну, другое дело – домашние. Вот у многих, увы, есть плохой опыт с домашними птицами, которых держат в неволе. Но это не всегда от корма бывает. Это целое сочетание бывает.

Я.РЕДЬКИН: Да.

Опять же, в домашних условиях часто бывает, что из корма, из зерновой смеси попугайчик или канарейка выбирает то, что нравится, и только этим и питается, какой-то один вид семян. Ну, и это на здоровье может сказываться очень отрицательно. В природе ничего подобного нет.

С.БУНТМАН: Ну конечно, там другое. Спасибо, Ярослав, большое, будем встречаться в «Открывашке». Как я вам обещал, сейчас мы отправимся в музей смотреть игрушки из Богородского, того, что под Сергиевым-Посадом, а мы сейчас зададим вопрос для «Говорим по-русски». Зимующие птицы оставили следы и у Гоголя, например. В «Вечерах на хуторе близ Диканьки» по снеговым кучам прогуливается кто? Ярослав, не отвечайте. Синичка, свиристель или снегирь? Кто прогуливается? Можно смски посылать на +7 986 9704545, и во время передачи вам еще предложат и позвонить по телефону, и получите призы, естественно. Так просто никто ничего делать не будет. Все, спасибо, до свидания.

Я.РЕДЬКИН: Всего доброго.