×

Ми використовуємо файли cookie, щоб зробити LingQ кращим. Відвідавши сайт, Ви погоджуєтесь з нашими cookie policy.


image

Беларусь 2020 после выборов, Светлана Тихановская на "Эхо Москвы" (4)

Светлана Тихановская на "Эхо Москвы" (4)

Так что все-таки у вас есть премия и Сахаровская. Тоже хорошо.

В этой связи, может быть, последний вопрос. Вы знаете, это вопрос скорее даже этический, а не политический. Политический тут по-разному можно. Вот смотрите, есть две линии поведения. У нас в России есть Алексей Навальный, который вернулся, сел (он знал, что он сядет) и стал символом. Был лидером, а стал еще и символом. У вас есть Мария Колесникова – и я ей передаю привет, – которая тоже не уехала. И она там сидит. Это ее выбор.

Вы уехали. Не хочу, чтобы это воспринималось как упрек. Во-первых, я не знаю, как я бы себе повел, давайте так. Не берусь судить. Вот что эффективнее, спрошу я цинично: из-за границы создавать вот эти структуры, встречаться с людьми, организовывать санкции, быть лидером сопротивления или быть мучеником, сидеть там, и народ все время о вас помнит и должен помнить, что вы отдали, как минимум, свою свободу и здоровье (как ваш муж, кстати, между прочим, потому что у вас там еще муж сидит в заложниках? Вот как вам кажется цинично, что эффективнее?

С. Тихановская― Те люди, которые пожертвовали своей свободой, а некоторые и жизнями, в этой ситуации они определенно герои. Я не уверена также, что я могла бы поступить, как Маша. Это должна быть очень большая внутренняя сила. Как мой Сергей. Как тот же Виктор Бабарико, который понимал, чем это закончится, но он хотел изменить Беларусь и поэтому пошел на это осознанно. Но эффективнее, наверное, продолжать бороться, иметь возможность бороться. И, конечно, Маша – она невероятная. Она своим примером даже в тюрьме вдохновляет миллионы просто белорусов, что она не сдается, она пишет позитивные очень письма оттуда. Она даже оттуда поддерживает нас.

И именно Маша, именно Виктор Дмитриевич, именно Сергей Тихановский, Максим Знак (и тысячи имен могла бы перечислить) – это гарантия того, что остальные белорусы не остановятся.

А. Венедиктов― Спасибо большое. Это была Светлана Тихановская в программе «Тузы». Я все-таки надеюсь в скором времени увидеть вас в Москве или вы меня – в Минске, Светлана, все-таки. Но мы можем и где-то в другом месте встречаться. Но давайте все-таки наметим Москву и Минск, с тем чтобы вы свободно могли приезжать и заниматься, наконец, тем, чем вы хотите заниматься, чем вам нравится заниматься. Кстати, а вам нравится заниматься политикой? Слово «нравится».

С. Тихановская― Вы знаете, политика, наверное, может быть интересна, когда ты в свободной стране, где тебя за твои политические взгляды не преследуют. Но так называемая политика, как в Беларуси, мне определенно не нравится.

А. Венедиктов― Спасибо большое, Светлана. Я надеюсь, до следующих встреч. А может, и не будем ждать, пока вы сможете приехать. Мы всегда готовы вас если не видеть, то слышать в нашей студии.

С. Тихановская― Спасибо, Алексей Алексеевич.

А. Венедиктов― Спасибо. До встречи.

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ


Светлана Тихановская на "Эхо Москвы" (4) Svetlana Tikhanovskaya on "Echo of Moscow" (4) Svetlana Tikhanovskaya sur Ekho Moskvy (4)

Так что все-таки у вас есть премия и Сахаровская. So you still have the Sakharov Prize. Тоже хорошо. Also good.

В этой связи, может быть, последний вопрос. In that regard, maybe a final question. Вы знаете, это вопрос скорее даже этический, а не политический. You know, this is an ethical rather than political question. Политический тут по-разному можно. Political here is possible in different ways. Вот смотрите, есть две линии поведения. Look, there are two lines of behavior. У нас в России есть Алексей Навальный, который вернулся, сел (он знал, что он сядет) и стал символом. We have Alexei Navalny in Russia, who returned, sat down (he knew that he would sit down) and became a symbol. Был лидером, а стал еще и символом. He was a leader, but he also became a symbol. У вас есть Мария Колесникова – и я ей передаю привет, – которая тоже не уехала. You have Maria Kolesnikova - and I say hello to her - who also did not leave. И она там сидит. And she sits there. Это ее выбор. This is her choice.

Вы уехали. You have left. Не хочу, чтобы это воспринималось как упрек. I don't want this to be perceived as a reproach. Во-первых, я не знаю, как я бы себе повел, давайте так. First, I don't know how I would behave, let's do it. Не берусь судить. I don’t presume to judge. Вот что эффективнее, спрошу я цинично: из-за границы создавать вот эти структуры, встречаться с людьми, организовывать санкции, быть лидером сопротивления или быть мучеником, сидеть там, и народ все время о вас помнит и должен помнить, что вы отдали, как минимум, свою свободу и здоровье (как ваш муж, кстати, между прочим, потому что у вас там еще муж сидит в заложниках? This is what is more effective, I ask cynically: to create these structures from abroad, to meet with people, to organize sanctions, to be a leader of the resistance or to be a martyr, sit there, and the people remember you all the time and must remember that you gave as at least, your freedom and health (how is your husband, by the way, by the way, because your husband is still held hostage there? Вот как вам кажется цинично, что эффективнее? How cynical does it seem to you, which is more effective?

С. Тихановская― Те люди, которые пожертвовали своей свободой, а некоторые и жизнями, в этой ситуации они определенно герои. S. Tikhanovskaya - Those people who sacrificed their freedom, and some of their lives, in this situation they are definitely heroes. Я не уверена также, что я могла бы поступить, как Маша. I am also not sure if I could have done like Masha. Это должна быть очень большая внутренняя сила. It must be a very great inner strength. Как мой Сергей. Like my Sergei. Как тот же Виктор Бабарико, который понимал, чем это закончится, но он хотел изменить Беларусь и поэтому пошел на это осознанно. Like the same Viktor Babariko, who understood how it would end, but he wanted to change Belarus and therefore went for it deliberately. Но эффективнее, наверное, продолжать бороться, иметь возможность бороться. But it is probably more effective to continue to fight, to be able to fight. И, конечно, Маша – она невероятная. And, of course, Masha - she is incredible. Она своим примером даже в тюрьме вдохновляет миллионы просто белорусов, что она не сдается, она пишет позитивные очень письма оттуда. By her example, even in prison, she inspires millions of simply Belarusians that she does not give up, she writes very positive letters from there. Она даже оттуда поддерживает нас. She even supports us from there.

И именно Маша, именно Виктор Дмитриевич, именно Сергей Тихановский, Максим Знак (и тысячи имен могла бы перечислить) – это гарантия того, что остальные белорусы не остановятся. And it is Masha, it is Viktor Dmitrievich, it is Sergei Tikhanovsky, Maxim Znak (and she could list thousands of names) - this is a guarantee that the rest of the Belarusians will not stop.

А. Венедиктов― Спасибо большое. A. Venediktov - Thank you very much. Это была Светлана Тихановская в программе «Тузы». Я все-таки надеюсь в скором времени увидеть вас в Москве или вы меня – в Минске, Светлана, все-таки. I still hope to see you soon in Moscow or you me - in Minsk, Svetlana, after all. Но мы можем и где-то в другом месте встречаться. But we can meet somewhere else. Но давайте все-таки наметим Москву и Минск, с тем чтобы вы свободно могли приезжать и заниматься, наконец, тем, чем вы хотите заниматься, чем вам нравится заниматься. But let's still outline Moscow and Minsk so that you can freely come and do, finally, what you want to do, what you like to do. Кстати, а вам нравится заниматься политикой? By the way, do you like to be involved in politics? Слово «нравится». The word "like".

С. Тихановская― Вы знаете, политика, наверное, может быть интересна, когда ты в свободной стране, где тебя за твои политические взгляды не преследуют. S. Tikhanovskaya - You know, politics can probably be interesting when you are in a free country, where you are not persecuted for your political views. Но так называемая политика, как в Беларуси, мне определенно не нравится. But I definitely don't like the so-called politics, as in Belarus.

А. Венедиктов― Спасибо большое, Светлана. A. Venediktov - Thank you very much, Svetlana. Я надеюсь, до следующих встреч. А может, и не будем ждать, пока вы сможете приехать. Or maybe we won't wait until you can come. Мы всегда готовы вас если не видеть, то слышать в нашей студии. We are always ready to hear you, if not see, then hear in our studio.

С. Тихановская― Спасибо, Алексей Алексеевич. S. Tikhanovskaya Thank you, Alexey Alekseevich.

А. Венедиктов― Спасибо. До встречи.

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ