×

Utilizziamo i cookies per contribuire a migliorare LingQ. Visitando il sito, acconsenti alla nostra politica dei cookie.


image

СВОИМИ ГЛАЗАМИ - 2014 - Эхо Москвы, 10 ДЕКАБРЯ 2014 - Что произошло за последний год в мире с ВИЧ и СПИДом? (2/3)

10 ДЕКАБРЯ 2014 - Что произошло за последний год в мире с ВИЧ и СПИДом? (2/3)

Салдана ― Вы знаете, любая страна, сталкиваясь с эпидемией СПИДа, начинает с ней бороться. И в сфере эпидемиологии России – вначале Советский Союз – сейчас Россия уже больше 20 лет очень четко осуществляет эпидемиологический надзор за ВИЧ-инфекции, но в плане профилактики здесь очень сильные есть недостатки. Потому что очень важно, чтобы не только говорили о ВИЧ, СПИДе в СМИ, в школах и все прочее, но чтобы профилактические программы были целенаправлены на так называемые уязвимые группы, группы, которые затронуты эпидемией.

О.Бычкова ― В России это какие группы?

В.Салдана ― Это разные группы населения. В первую очередь, как свидетельствуют все статистики, это потребители это потребители инъекционных наркотиков. Они всегда являлись, последние 15 лет и до сегодняшнего дня наиболее подверженные, более затронутые эпидемией. И среди этих групп регистрируются в большей степени новые случаи ВИЧ-инфекции.

О.Бычкова ― А вот я видела, что идет увеличение возраста Я вижу, например, информация из Ставрополья – я нашла на сайте yuga.ru – тут говорится, что во-первых, число выявленных носителей, например, на Ставрополье увеличилось за год на 85%. И при этом отмечается, что идет увеличение заражение людей в более старших возрастных группах. То есть сейчас больше всего – 30-39 лет.

В.Салдана ― Это, конечно, очень настораживает. Эпидемия не только растет, но и стареет. И люди, которые затронуты этой эпидемией, может быть, не самые молодые, подростковый возраст, более старший возраст. И мы видим такую тенденцию, которая не ограничивается только Россией, но в принципе все страны СНГ, когда под риском ВИЧ-инфекции находится так называемые мигранты Это не говорит о том, что эпидемия исчезла среди так называемых уязвимых групп, которых я раньше называл, но больше и больше регистрируется ВИЧ-инфекция среди временных мигрантов. Может быть, это граждане России, которые работают в других странах СНГ, но это даже в большей степени граждане других стран СНГ, которые приезжают на временный заработок на территорию России

О.Бычкова ― А почему это происходит?

В.Салдана ― Вы знаете, что независимо от связи с ВИЧ/СПИДом есть очень большой поток трудовой эмиграции, в который вовлечены все страны СНГ в первую очередь. И, конечно, с точки зрения, ВИЧ/СПИДа мы говорим о едином эпидемиологическом пространстве. Но если гражданин, допустим, Армении, когда он находится у себя в Ереване, имеет доступ ко всевозможным профилактическим, лечебным услугам, будучи гражданином Республики Армения, когда этот же гражданин приезжает на 3-6 месяцев в Москву, Санкт-Петербург и другие города, во-первых, он не обязан проходит тест на ВИЧ, поскольку безвизовый режим между Арменией и Россией. Но при установлении ВИЧ-инфекции при трудоустройстве – работодатель такое требует – ему грозит депортация.

О.Бычкова ― И не в его интересах лечиться, вообще, каким-то образом разбираться в этой проблеме И он выпадает просто из сети фактически.

В.Салдана ― И чаще всего он не будет депортирован, он просто исчезнет в тень, сменит работу…

О.Бычкова ― И останется ВИЧ-инфицированным.

В.Салдана ― И поэтому все эти очень жестокие попытки депортации, ограничения в отношении к ВИЧ-инфицированным, на самом деле, благодаря более 30 лет работы мы знаем, что они не работают.

О.Бычкова ― Не работают?

В.Салдана ― Не работают, потому что это только загоняет проблему в тень, где менее вероятно, что люди смогут иметь доступ к жизненно важному лечению, жизненно-важным профилактическим услугам. И таким образом, мы никогда не остановим эпидемию

О.Бычкова ― То есть нужно создавать такие условия, чтобы они добровольно были заинтересованы для того, чтобы идти проверяться и лечиться, в конечном счете.

В.Салдана ― Да, и это относится не только к иностранным гражданам, это в первую очередь относится ко всем группам граждан в России, которые затронуты эпидемией Если они уверенно себя чувствуют, и знают, что их не будут наказывать из-за того, что они обращаются за тестом на ВИЧ-инфекцию или хотят лечиться, а наоборот, их будут всячески поддерживать, им сочувствовать и заботиться, и помогать, - тогда быстрее они будут все выявлены с ВИЧ-инфекцией, тем быстрее они будут лечиться. И, по крайней мере, тогда в нынешних условиях в Российской Федерации Россия сможет остановить раз и навсегда эпидемию.

О.Бычкова ― Вы начали говорить о том, что одна из причин – это миграция людей, перемещение трудовых ресурсов в регионе России, Центральной Азии и вокруг нее. Это главная причина того, что в России так катастрофически увеличивается количество заболеваний СПИДом и ситуация выходит из-под контроля или есть еще какие-то другие?

В.Салдана ― Все-таки главная причина – это распространение ВИЧ-инфекции среди наркопотребителей и не просто в целом всех наркопотребителей, а именно инъекционные наркопотребители

О.Бычкова ― А мы знаем, что там действительно все совсем ужасно.

В.Салдана ― Ну не то, чтобы совсем ужасно, но очень важно, что ситуация не под контролем, потому что количество новых случаев, зарегистрированных даже официальной статистикой год за годом среди инфекционный наркопотребителей растет. Поэтому, может, доля или пропорция всех новых ВИЧ-инфицированных, она снижается, поскольку те же наркопотребители не только потребляют инъекционные наркотики, они еще половой жизнью продолжают заниматься, и чаще всего, к сожалению, без презерватива, поэтому мы видим значительный рост заражения половым путем ВИЧ-инфекцией В первую очередь среди половых партнеров те же наркопотребители. Но тоже это явление трудовой миграции – это тоже значительно настораживающий момент, который требует не только решения со стороны правительства России или на территории Российской Федерации; но я говорю, все эти страны: СНГ, ЕврАзЭС живут в едином эпидемиологическом пространстве, поэтому наверняка в связи с лидерством России есть возможность разрабатывать усиленно подход к этому вопросу, который будет распространяться не только на территории России, но, который бы помог и другим странам СНГ и другим странамЕврАзЭС тоже бороться коллективно и более сосредоточено с растущей угрозой ВИЧ-инфекции.

О.Бычкова ― Скажите, пожалуйста, что в России делается не так. Вот что неправильно Эпидемиологический контроль хороший, вы сказали. А что неправильно делается, что все-таки эта система борьбы не срабатывает?

В.Салдана ― Прежде, чем говорить, что не так делается в России, я хочу остановится на паре моментов, которые очень обнадеживают в России. Во-первых, очень грамотно поставлена работа по профилактике передачи ВИЧ от матери к ребенку. Если 15 лет назад почти 30% ВИЧ-инфицированные – беременные женщины родили ребенка с ВИЧ-инфекцией, сейчас эта проблема практически взята под контроль. И на территории России были единичные случаи, каждый беременные женщины рожают инфицированных детей – это чаще всего, поскольку они по какой-то причине не прошли обследование на ВИЧ-инфекцию во время беременности

О.Бычкова ― Я напомню, что в нашей студии Виней Салдана, региональный директор ЮНЭЙДС по странам Восточной Европы и Центральной Азии, если правильно говорить объединенных программ ООН по ВИЧ/СПИДу ЮНЭЙДС по странам Восточной Европы и Центральной Азии – во всем этом регионе Виней Салдана занимается этой проблемой, в том числе, и в России. Продолжим через пару минут.

НОВОСТИ

О.Бычкова ― Мы продолжаем наш разговор о том, как сегодня обстоит дело с борьбой с ВИЧ и СПИДом в России и в мире. 1 декабря отмечался, как мы знаем, всемирный день борьбы со СПИДом. Сегодня мой собеседник Виней Патрик Салдана, региональный директор ЮНЭЙДС по странам Восточной Европы и Центральной Азии. В современной ситуации в современных возможностях медицины можно сделать так, что если у матери ВИЧ-инфекция, то совершенно не обязательно, что ребенок тоже должен уже родиться с ВИЧ в крови.

В.Салдана ― Не только не обязательно, но мы считаем, что это наш общий долг – сделать так, чтобы вообще новое поколение рождалось свободным от ВИЧ-инфекции, чтобы не было ни одного ВИЧ-инфицированного ребенка от ВИЧ-инфицированной матери. И Российская Федерация очень близка к этому Мы очень надеемся, что к концу 2015 года Россия сможет заявить о том, что это очень важное достижение уже достигнуто. Это первый важный этап, чтобы остановить эпидемию в целом. Но важно здесь не только защитить ребенка от ВИЧ-инфекции даже, если ребенок рождается от ВИЧ-положительной матери или даже, если оба родители ВИЧ-инфицированы – это в научном плане очень даже возможно, делается каждый день Но очень важно, чтобы эти же родители остались живы и смогли заботится о своих детях.

О.Бычкова ― Вообще-то да.

В.Салдана ― Поэтому очень важный момент здесь - непрерывный доступ к лечению.

О.Бычкова ― Вы сказали, что с преодолением передачи от матери к ребенку вируса – с этим в России справляются. Это хорошо Что еще хорошо, и потом – что не так?

В.Салдана ― И здесь не только важно, что ВИЧ-инфицированные имели доступ к лечению, но во время беременности она начинает лечиться Мы очень надеемся и рекомендуем настоятельно, чтобы она дальше лечилась даже после родов. И как можно больше чтобы, таким образом, ВИЧ-инфицированные люди на территории России или любой страны в мире плавно переходили, просто имея ВИЧ-положительный статус, до статуса ВИЧ-инфицированного, который находится на лечении, очень хорошо себя чувствует и имеет так называемые неопределяемые вирусные нагрузки, когда концентрации вируса в организме совершенно подавлено. И тогда человек не может заразить другого человека ВИЧ-инфекцией. И мы очень надеемся, что рано или поздно все ВИЧ-инфицированные – и в Россия, и Восточной Европе, и Центральной Азии и во всем мире будут находится на лечение.

О.Бычкова ― Вы на это надеетесь.

Почти 50% всех нуждающихся имеют доступ к лечению при ВИЧ-инфекцииQ0

В.Салдана ― Не только надеемся, но мы и очень активно над этим работаем. И здесь, вы знаете, в 2015 году Россия принимает президентство над группой БРИКС И не только в России есть эпидемия ВИЧ/СПИДа, но в принципе во всех странах БРИКС тоже имеются очень большие эпидемии ВИЧ-инфекции Поэтому в рамках БРИКС тоже есть большая возможность для обмена опытом, особенно, что касается разработки новых методов лечение, менее дорогостоящих, более эффективных. Такие методы уже более-менее налажены не только при помощи Индии - фармацевтические фирмы уже много лет выпускают очень качественное, очень недорогостоящее лечение, – но это же лечение доступно для миллионов ВИЧ-инфицированных в Африке. Почему не сделать так, чтобы то же лечение было доступно не только для граждан с ВИЧ-инфекцией России, но и Китая и ЮАР и Бразилии – во всех странах БРИКС. И это одна из возможных очень перспективных тем для обсуждения при лидерстве России в БРИКС 2015 года.

Но, чтобы вернуться к вашему вопросу, что делается не так. В принципе практически все делается так, но не в том масштабе или в той интенсивности, которая сможет значительно повлиять на ход эпидемии.

О.Бычкова ― Это почему? Потому что мало вкладывается средств, например, государством и какими-то структурами в эту работу, мало внимания уделяется?

В.Салдана ― Я бы сказал, что больше и больше внимания уделяется, но не постоянного внимания. Конечно, очень приветствуется, что накануне и во время Всемирного дня борьбы со СПИДом все об этом говорят и в новостях, и в телевидении

О.Бычкова ― Мы знаем, как это бывает – завтра уже перестанут говорить.

В.Салдана ― Да, но эпидемия 2 декабря не исчезнут, и не исчезнут сотни тысяч ВИЧ-инфицированных на территории России или других стран. Они дальше живут с ВИЧ-инфекцией, они могут получить доступ к лечению или погибнуть от СПИДа. Поэтому здесь мы должны ввести, конечно, не только контроль над этим, с точки зрения эпидемиологического надзора, но значительно разворачивать профилактические программы. Это не только лечение, о котором я говорил, но и все программы по распространению презервативов, по жизненным навыкам среди соответствующего уровня школьного возраста можно, конечно, значительно усиливать. Конечно, необходимо здесь усиливать те профилактические программы, которые жизненно важны с учетом особенности эпидемии в России. Это программы так называемые снижения вреда – чрезвычайно важно, чтобы эти программы не только имели место быть в нескольких городах на территории России, но они были и поддержаны из государственных источников финансирования и имели последствия, достаточного уровня охват, чтобы они смогли действительно повлиять на исход эпидемии. Эти программы осуществляются уже 15 лет на территории России, и в общем, хорошо осуществляются, но недостаточный охват, недостаточна интенсивность, чтобы повлиять на исход эпидемии даже среди этих групп наркопотребителей

О.Бычкова ― Вы говорили, какие меры необходимо принимать в России В том числе, речь шла о презервативах. Я знаю, что разговоры о презервативах в России очень часто натыкаются на сопротивление разных людей, в том числе, религиозных деятелей, которые считают и говорят о том, что есть такие маленькие дырочки в презервативах, маленькие-маленькие, очень микроскопические, которые хотя они и очень микроскопические, они больше, чем сам вирус и поэтому призывать людей пользоваться презервативами – это, во-первых, ужасно аморально, а во-вторых, наоборот, производители презервативов наживаются, таким образом, на бедных, несчастных заболевших.

В.Салдана ― Я слышал такую критику. На самом деле эта критика выходит из-за недостаточно налаженной работы из-за тех же критиков. Мы не можем просто прийти в школу или на какое-то общее публичное мероприятие и начинать распространять презервативы. Конечно, общество должно быть готово к этому.

...


10 ДЕКАБРЯ 2014 - Что произошло за последний год в мире с ВИЧ и СПИДом? (2/3)

Салдана ― Вы знаете, любая страна, сталкиваясь с эпидемией СПИДа, начинает с ней бороться. И в сфере эпидемиологии России – вначале Советский Союз – сейчас Россия уже больше 20 лет очень четко осуществляет эпидемиологический надзор за ВИЧ-инфекции, но в плане профилактики здесь очень сильные есть недостатки. Потому что очень важно, чтобы не только говорили о ВИЧ, СПИДе в СМИ, в школах и все прочее, но чтобы профилактические программы были целенаправлены на так называемые уязвимые группы, группы, которые затронуты эпидемией.

О.Бычкова ― В России это какие группы?

В.Салдана ― Это разные группы населения. В первую очередь, как свидетельствуют все статистики, это потребители это потребители инъекционных наркотиков. Они всегда являлись, последние 15 лет и до сегодняшнего дня наиболее подверженные, более затронутые эпидемией. И среди этих групп регистрируются в большей степени новые случаи ВИЧ-инфекции.

О.Бычкова ― А вот я видела, что идет увеличение возраста Я вижу, например, информация из Ставрополья – я нашла на сайте yuga.ru – тут говорится, что во-первых, число выявленных носителей, например, на Ставрополье увеличилось за год на 85%. И при этом отмечается, что идет увеличение заражение людей в более старших возрастных группах. То есть сейчас больше всего – 30-39 лет.

В.Салдана ― Это, конечно, очень настораживает. Эпидемия не только растет, но и стареет. И люди, которые затронуты этой эпидемией, может быть, не самые молодые, подростковый возраст, более старший возраст. И мы видим такую тенденцию, которая не ограничивается только Россией, но в принципе все страны СНГ, когда под риском ВИЧ-инфекции находится так называемые мигранты Это не говорит о том, что эпидемия исчезла среди так называемых уязвимых групп, которых я раньше называл, но больше и больше регистрируется ВИЧ-инфекция среди временных мигрантов. Может быть, это граждане России, которые работают в других странах СНГ, но это даже в большей степени граждане других стран СНГ, которые приезжают на временный заработок на территорию России

О.Бычкова ― А почему это происходит?

В.Салдана ― Вы знаете, что независимо от связи с ВИЧ/СПИДом есть очень большой поток трудовой эмиграции, в который вовлечены все страны СНГ в первую очередь. И, конечно, с точки зрения, ВИЧ/СПИДа мы говорим о едином эпидемиологическом пространстве. Но если гражданин, допустим, Армении, когда он находится у себя в Ереване, имеет доступ ко всевозможным профилактическим, лечебным услугам, будучи гражданином Республики Армения, когда этот же гражданин приезжает на 3-6 месяцев в Москву, Санкт-Петербург и другие города, во-первых, он не обязан проходит тест на ВИЧ, поскольку безвизовый режим между Арменией и Россией. Но при установлении ВИЧ-инфекции при трудоустройстве – работодатель такое требует – ему грозит депортация.

О.Бычкова ― И не в его интересах лечиться, вообще, каким-то образом разбираться в этой проблеме И он выпадает просто из сети фактически.

В.Салдана ― И чаще всего он не будет депортирован, он просто исчезнет в тень, сменит работу…

О.Бычкова ― И останется ВИЧ-инфицированным.

В.Салдана ― И поэтому все эти очень жестокие попытки депортации, ограничения в отношении к ВИЧ-инфицированным, на самом деле, благодаря более 30 лет работы мы знаем, что они не работают.

О.Бычкова ― Не работают?

В.Салдана ― Не работают, потому что это только загоняет проблему в тень, где менее вероятно, что люди смогут иметь доступ к жизненно важному лечению, жизненно-важным профилактическим услугам. И таким образом, мы никогда не остановим эпидемию

О.Бычкова ― То есть нужно создавать такие условия, чтобы они добровольно были заинтересованы для того, чтобы идти проверяться и лечиться, в конечном счете.

В.Салдана ― Да, и это относится не только к иностранным гражданам, это в первую очередь относится ко всем группам граждан в России, которые затронуты эпидемией Если они уверенно себя чувствуют, и знают, что их не будут наказывать из-за того, что они обращаются за тестом на ВИЧ-инфекцию или хотят лечиться, а наоборот, их будут всячески поддерживать, им сочувствовать и заботиться, и помогать, - тогда быстрее они будут все выявлены с ВИЧ-инфекцией, тем быстрее они будут лечиться. И, по крайней мере, тогда в нынешних условиях в Российской Федерации Россия сможет остановить раз и навсегда эпидемию.

О.Бычкова ― Вы начали говорить о том, что одна из причин – это миграция людей, перемещение трудовых ресурсов в регионе России, Центральной Азии и вокруг нее. Это главная причина того, что в России так катастрофически увеличивается количество заболеваний СПИДом и ситуация выходит из-под контроля или есть еще какие-то другие?

В.Салдана ― Все-таки главная причина – это распространение ВИЧ-инфекции среди наркопотребителей и не просто в целом всех наркопотребителей, а именно инъекционные наркопотребители

О.Бычкова ― А мы знаем, что там действительно все совсем ужасно.

В.Салдана ― Ну не то, чтобы совсем ужасно, но очень важно, что ситуация не под контролем, потому что количество новых случаев, зарегистрированных даже официальной статистикой год за годом среди инфекционный наркопотребителей растет. Поэтому, может, доля или пропорция всех новых ВИЧ-инфицированных, она снижается, поскольку те же наркопотребители не только потребляют инъекционные наркотики, они еще половой жизнью продолжают заниматься, и чаще всего, к сожалению, без презерватива, поэтому мы видим значительный рост заражения половым путем ВИЧ-инфекцией В первую очередь среди половых партнеров те же наркопотребители. Но тоже это явление трудовой миграции – это тоже значительно настораживающий момент, который требует не только решения со стороны правительства России или на территории Российской Федерации; но я говорю, все эти страны: СНГ, ЕврАзЭС живут в едином эпидемиологическом пространстве, поэтому наверняка в связи с лидерством России есть возможность разрабатывать усиленно подход к этому вопросу, который будет распространяться не только на территории России, но, который бы помог и другим странам СНГ и другим странамЕврАзЭС тоже бороться коллективно и более сосредоточено с растущей угрозой ВИЧ-инфекции.

О.Бычкова ― Скажите, пожалуйста, что в России делается не так. Вот что неправильно Эпидемиологический контроль хороший, вы сказали. А что неправильно делается, что все-таки эта система борьбы не срабатывает?

В.Салдана ― Прежде, чем говорить, что не так делается в России, я хочу остановится на паре моментов, которые очень обнадеживают в России. Во-первых, очень грамотно поставлена работа по профилактике передачи ВИЧ от матери к ребенку. Если 15 лет назад почти 30% ВИЧ-инфицированные – беременные женщины родили ребенка с ВИЧ-инфекцией, сейчас эта проблема практически взята под контроль. И на территории России были единичные случаи, каждый беременные женщины рожают инфицированных детей – это чаще всего, поскольку они по какой-то причине не прошли обследование на ВИЧ-инфекцию во время беременности

О.Бычкова ― Я напомню, что в нашей студии Виней Салдана, региональный директор ЮНЭЙДС по странам Восточной Европы и Центральной Азии, если правильно говорить объединенных программ ООН по ВИЧ/СПИДу ЮНЭЙДС по странам Восточной Европы и Центральной Азии – во всем этом регионе Виней Салдана занимается этой проблемой, в том числе, и в России. Продолжим через пару минут.

НОВОСТИ

О.Бычкова ― Мы продолжаем наш разговор о том, как сегодня обстоит дело с борьбой с ВИЧ и СПИДом в России и в мире. 1 декабря отмечался, как мы знаем, всемирный день борьбы со СПИДом. Сегодня мой собеседник Виней Патрик Салдана, региональный директор ЮНЭЙДС по странам Восточной Европы и Центральной Азии. В современной ситуации в современных возможностях медицины можно сделать так, что если у матери ВИЧ-инфекция, то совершенно не обязательно, что ребенок тоже должен уже родиться с ВИЧ в крови.

В.Салдана ― Не только не обязательно, но мы считаем, что это наш общий долг – сделать так, чтобы вообще новое поколение рождалось свободным от ВИЧ-инфекции, чтобы не было ни одного ВИЧ-инфицированного ребенка от ВИЧ-инфицированной матери. И Российская Федерация очень близка к этому Мы очень надеемся, что к концу 2015 года Россия сможет заявить о том, что это очень важное достижение уже достигнуто. Это первый важный этап, чтобы остановить эпидемию в целом. Но важно здесь не только защитить ребенка от ВИЧ-инфекции даже, если ребенок рождается от ВИЧ-положительной матери или даже, если оба родители ВИЧ-инфицированы – это в научном плане очень даже возможно, делается каждый день Но очень важно, чтобы эти же родители остались живы и смогли заботится о своих детях.

О.Бычкова ― Вообще-то да.

В.Салдана ― Поэтому очень важный момент здесь - непрерывный доступ к лечению.

О.Бычкова ― Вы сказали, что с преодолением передачи от матери к ребенку вируса – с этим в России справляются. Это хорошо Что еще хорошо, и потом – что не так?

В.Салдана ― И здесь не только важно, что ВИЧ-инфицированные имели доступ к лечению, но во время беременности она начинает лечиться Мы очень надеемся и рекомендуем настоятельно, чтобы она дальше лечилась даже после родов. И как можно больше чтобы, таким образом, ВИЧ-инфицированные люди на территории России или любой страны в мире плавно переходили, просто имея ВИЧ-положительный статус, до статуса ВИЧ-инфицированного, который находится на лечении, очень хорошо себя чувствует и имеет так называемые неопределяемые вирусные нагрузки, когда концентрации вируса в организме совершенно подавлено. И тогда человек не может заразить другого человека ВИЧ-инфекцией. И мы очень надеемся, что рано или поздно все ВИЧ-инфицированные – и в Россия, и Восточной Европе, и Центральной Азии и во всем мире будут находится на лечение.

О.Бычкова ― Вы на это надеетесь.

Почти 50% всех нуждающихся имеют доступ к лечению при ВИЧ-инфекцииQ0

В.Салдана ― Не только надеемся, но мы и очень активно над этим работаем. И здесь, вы знаете, в 2015 году Россия принимает президентство над группой БРИКС И не только в России есть эпидемия ВИЧ/СПИДа, но в принципе во всех странах БРИКС тоже имеются очень большие эпидемии ВИЧ-инфекции Поэтому в рамках БРИКС тоже есть большая возможность для обмена опытом, особенно, что касается разработки новых методов лечение, менее дорогостоящих, более эффективных. Такие методы уже более-менее налажены не только при помощи Индии - фармацевтические фирмы уже много лет выпускают очень качественное, очень недорогостоящее лечение, – но это же лечение доступно для миллионов ВИЧ-инфицированных в Африке. Почему не сделать так, чтобы то же лечение было доступно не только для граждан с ВИЧ-инфекцией России, но и Китая и ЮАР и Бразилии – во всех странах БРИКС. И это одна из возможных очень перспективных тем для обсуждения при лидерстве России в БРИКС 2015 года.

Но, чтобы вернуться к вашему вопросу, что делается не так. В принципе практически все делается так, но не в том масштабе или в той интенсивности, которая сможет значительно повлиять на ход эпидемии.

О.Бычкова ― Это почему? Потому что мало вкладывается средств, например, государством и какими-то структурами в эту работу, мало внимания уделяется?

В.Салдана ― Я бы сказал, что больше и больше внимания уделяется, но не постоянного внимания. Конечно, очень приветствуется, что накануне и во время Всемирного дня борьбы со СПИДом все об этом говорят и в новостях, и в телевидении

О.Бычкова ― Мы знаем, как это бывает – завтра уже перестанут говорить.

В.Салдана ― Да, но эпидемия 2 декабря не исчезнут, и не исчезнут сотни тысяч ВИЧ-инфицированных на территории России или других стран. Они дальше живут с ВИЧ-инфекцией, они могут получить доступ к лечению или погибнуть от СПИДа. Поэтому здесь мы должны ввести, конечно, не только контроль над этим, с точки зрения эпидемиологического надзора, но значительно разворачивать профилактические программы. Это не только лечение, о котором я говорил, но и все программы по распространению презервативов, по жизненным навыкам среди соответствующего уровня школьного возраста можно, конечно, значительно усиливать. Конечно, необходимо здесь усиливать те профилактические программы, которые жизненно важны с учетом особенности эпидемии в России. Это программы так называемые снижения вреда – чрезвычайно важно, чтобы эти программы не только имели место быть в нескольких городах на территории России, но они были и поддержаны из государственных источников финансирования и имели последствия, достаточного уровня охват, чтобы они смогли действительно повлиять на исход эпидемии. Эти программы осуществляются уже 15 лет на территории России, и в общем, хорошо осуществляются, но недостаточный охват, недостаточна интенсивность, чтобы повлиять на исход эпидемии даже среди этих групп наркопотребителей

О.Бычкова ― Вы говорили, какие меры необходимо принимать в России В том числе, речь шла о презервативах. Я знаю, что разговоры о презервативах в России очень часто натыкаются на сопротивление разных людей, в том числе, религиозных деятелей, которые считают и говорят о том, что есть такие маленькие дырочки в презервативах, маленькие-маленькие, очень микроскопические, которые хотя они и очень микроскопические, они больше, чем сам вирус и поэтому призывать людей пользоваться презервативами – это, во-первых, ужасно аморально, а во-вторых, наоборот, производители презервативов наживаются, таким образом, на бедных, несчастных заболевших.

В.Салдана ― Я слышал такую критику. На самом деле эта критика выходит из-за недостаточно налаженной работы из-за тех же критиков. Мы не можем просто прийти в школу или на какое-то общее публичное мероприятие и начинать распространять презервативы. Конечно, общество должно быть готово к этому.

...