×

We use cookies to help make LingQ better. By visiting the site, you agree to our cookie policy.


image

вДудь, Нурлан Сабуров - семья, страх, ЧтоБылоДальше / вДудь (2)

Нурлан Сабуров - семья, страх, ЧтоБылоДальше / вДудь (2)

Ему аплодировали стоя.

Ему подарили главный приз.

И я там участвовал в качестве КВН-щика в какой-то команде,

и мы с ним там выпивали после вечеринки.

Я слышал, что он выигрывал на фестивалях в других городах,

он приехал на самый главный КВН-овский фестиваль в Сочи,

где ему аплодировали стоя минут пять наверное.

Но по каким-то причинам его не впустили в эфир.

И после этого он перешел уже…

Он хотел добиться успеха в КВН-е.

но в итоге пошел в Comedy Батл, если я не ошибаюсь.

— Как ты относишься к КВН-у?

Ты согласен, что это шняга?

— Да.

На данны момент уже да.

— Почему?

— Ну беззубо.

Все… Ну представь.

Чтобы просто рассмешить людей,

просто рассмешить людей,

тебе надо заплатить.

Сделать взнос.

Организовать команду.

И с каждой… Чем выше лига,

тем больше денег.

Тебе говорят: «Форма не очень».

Я говорю: «Я смешить людей хочу».

«У вас форма одинаковая должна быть».

Или ты показываешь миниатюру, и тебе говорят:

«Вы это… Милиционеру форма нужна».

«Да я вот, просто сказал».

«М-м, так люди не поверят».

Ну и ты думаешь: «Почему?»

Вот такие моменты.

Потом люди оценки ставят, жюри.

Как бы непонятные зачастую люди.

Потом все эти деньги понятно кому уходят.

Ты думаешь:

«А я тут, ну, зачем тогда?»

Ты тратишь деньги, чтобы рассмешить людей.

По мне, это странно.

Возможно я ошибаюсь.

— Должно быть наоборот?

Ты смешишь и зарабатываешь.

— Все верно, конечно.

(музыкальная заставка)

— Вместе, бурными аплодисментами, Нурлана Сабурова!

(Дудь) — Что сейчас происходило?

— Это был проверочный концерт мой.

Который я даю там периодически, в месяц раза три-четыре.

Где просто шутки, которые я пишу в течение определенного времени.

Сегодня за полгода это было.

Все, что ты сегодня увидел, было написано… ну за полгода.

Часть сырого, часть месяц назад я придумал,

часть сегодня я что-то придумал.

Ну и вот так вот что-то уходит, что-то приходит…

— Смотри, механика: дешевый вход. — Да.

— Недорогой вход. — Да.

— Сейчас многие, кто не в Москве живут, охереют, когда поймут. — Не стоит.

— Но все равно. 500 рублей. — Угу.

— И тебе прям важно, чтобы цена была такой, да?

— Да, тут понятное дело.

Я не хочу прямо чтобы сильно лояльный зритель приходил.

Но 500 рублей — есть момент расслабления.

То есть, условно говоря,

если люди приходят за дороже,

надо выдать им.

— А-а. — Понимаешь?

— А тут… Тут есть чем, то есть я не просто слова какие-то говорю.

Просто есть шутки, которые возможно не сработают.

И за 500 рублей в Standup Store вообще легко.

— Типа ваши ожидания — ваши проблемы. А тут ожиданий нет.

— Да, процентов двадцать, думаю… — Прям мимо?

— Мимо, да.

Другой вопрос, что я с этим сделаю: выкину либо доработаю.

То есть это неплохо, если не зашло.

Это как бы знак того, что нужно поработать.

— И фактически этот народ тебя редактирует, да?

Чтобы ты поехал в тур с материалом, над которым люди будут смеяться.

— Да, верно, верно.

— Ты не снимал это на видео.

— Не, снимал, меня снимают.

Потом выкладывают на Ютуб, закрытая ссылка,

присылают мне ее,

я смотрю уже, либо я записываю на диктофон.

Рядом диктофон и прослушиваю.

(музыкальная заставка)

— Я смотрел твое выступление летом вместе с девушкой.

Лучшей девушкой на свете.

— И с моей что ли?

— Хорошо.

— Знаешь, в какой-то момент

мне показалось, что она не против стать твоей.

Потому что ну вот этот вот образ

такого надменного в костюме азиата,

— …который выходит… — Да о чем ты говоришь.

— Его все хотят…

И я чего-то вот даже стал оглядываться, вот так вот смотреть и думать:

«Блядь, мне ревновать или нет?»

— Откуда этот образ родился?

— Из желания стать наверное таковым.

И я думаю… По-настоящему я таким не являюсь.

Это лишь образ, и мне нравится играт в него.

— Это сублимация?

— Думаю да, что бы это ни значило.

Пожалуйста, не говори, давай сделаем вид будто мы друг друга поняли.

— Ну смотри.

Я правильно понимаю, что в юности ты был вообще не таким?

— Да.

— Извини за прямоту вопроса: у тебя были прыщи?

— Огромные.

И в огромном количестве.

— Есть связь между прыщами и тем, какую ты профессию выбрал? — Думаю да.

— Вообще многие идут в стендап и в комедию,

чтобы завоевывать внимание девушек.

Ну, когда речь идет о парнях.

И я был в том числе таким.

То есть я видел, что если в компании,

в подростковом возрасте,

я шучу

и в каких-то ситуациях забираю внимание

от вот таких ребят к себе,

ты думаешь: «Ух!

То есть мне и качаться не надо для этого?

— Рубашку снимать там, расстегивать?» — Выдавливать даже ничего не надо!

— Выдавливать ничего не надо! Она смеется.

Ну или даже они.

Ну, и ты такой,

ты сразу ощущаешь себя лучше.

Может быть даже выше них.

И ты давишь на эту точку.

Ну бывало неудачно, бывало удачно.

Но ты этот момент понимаешь.

Где-то он здесь витает, и ты такой — хоп!

Окей.

Положим его сюда.

— Я не мог, к сожалению, тогда показать эту фотографию,

чтоб чуть-чуть вот эту вот химию сбить.

— Вот. — Ай, я поехал, ребят.

— Расскажи, пожалуйста.

— Да-да-да. — Где это?

— О Господи.

О Господи!

— Ты реально таким был? — Это мой друг.

— Или это родственник твой какой-то, нет?

— Ты имеешь в виду справа или?..

— Вот который подальше от объектива. — Да-да.

— Так, я объясню. Это было в Екатеринбурге, это было в общаге.

А-а, сука.

Юра. Надо было закрыть эту страницу ВКонтакте. В общем…

Это была какая-то студенческая… какой-то съезд.

Творческий, я даже не помню, в чем его суть была.

Просто приезжали студенты с разных городов, в том числе и из Казахстана.

Лекции, творческие вечера…

Какая-то движуха — на три дня.

И я там участвовал, как-то случайно туда попал,

не помню, я не был организатором, и так далее.

Вот, и приехал мой друг на эту движуху.

С Караганды, это мой друг со Степногорска, Анар.

И мы там тусовались, и я был вот таким человеком, да.

— А сколько тебе здесь лет?

— Сейчас… Это 10-ый год…

— Сколько? 19. — 19 лет?

— У тебя была подруга тогда?

— Не.

— Просто если б ты сказал «да»,

то ты понимаешь, что это было бы самым мотивирующим видео в истории Ютуба,

потому что даже если у такого чувака была девушка,

то значит не бывает невозможного.

— Не-не-не.

(музыкальная заставка)

— Ты рассказывал, что тебя воспитывал дед.

— Мама и… да. — Мама и дед.

— А что с отцом?

— Ну он ушел, когда я еще был совсем маленьким.

— Вы общались после этого?

— Минимально.

Он жил в доме, где мы жили.

— И вы не общались?

— Редко.

— Несмотря на то, что это один многоквартирный дом? — Да.

— Насколько тебя это напрягало в детстве?

— В детстве, я думаю, не напрягало.

Я думаю, когда у меня появились дети,

я начал задумываться в целом об отцовстве.

Тогда у меня начали появляться вопросы.

Почему?

И как это случилось? И так далее.

— Нашел ли ты ответы на эти вопросы?

— Частично да.

Но я услышал это от мамы.

То есть ее…

…отношение к этому и ее…

…грубо говоря, версию событий, которая очень…

близка к правде.

Я, к сожалению, не успел услышать другой стороны.

— Отец умер? — Да.

— А давно?

— Когда мне было… 14, по-моему.

Или 13.

— Как ты это воспринял тогда?

— То есть это сильные эмоции были или это чужой человек? — Думаю нет.

— Это чужой человек?

— Это не чужой человек.

Я тогда это понимал и сейчас это понимаю.

Но…

…слез не было.

— Не хватало ли тебе бати в детстве?

— Нет, м-м.

Мне хватало общения с другими родными.

То есть я не был обделен вниманием.

Понимаешь, я только сейчас думаю об этом.

Ну, каково это и так далее.

Но я считал себя счастливым человеком,

у меня было счастливое детство.

Я с дедом очень много провел времени,

мама меня воспитывала, тетя, дядя…

Во дворе эти… куча бабушек.

Друзья…

Ну то есть я не был обделен вниманием точно.

Я себя одиноким не чувствовал.

Но вопрос отцовства, он меня до сих пор как бы… затрагивает.

Я не знаю каково быть хорошим отцом.

Что такое хороший отец вообще?

Ну для меня — это я сейчас об этом пишу,

учитывая, что я в целом в 21 стал отцом.

Да? Что уже…

И мои родители стали примерно в таком же возрасте родителями.

Ну, что делать,

чтобы быть хорошим отцом?

Вот главный для меня вопрос.

Ответ прост.

Но это нелегко выполнить.

Все очень просто. В целом быть отцом — очень просто.

— Как?

Ну быть… уделять внимание.

И помнить, что это — дети, это крайне важный момент.

Помнить, что это дети.

Мне иногда, в силу моего, возможно…

…невежества или мало…

Да…

…образования…

…или эмоциональной неустойчивости…

Я иногда думаю, что им по лет 15, моим детям.

И если они что-то не выполняют,

у меня иногда складывается ощущение, как будто они меня должны понимать.

Хотя там человеку пять лет.

Ей пять лет — ее вообще не было,

а я от нее требую таких вещей, как будто ей уже 18, и она у меня на работе.

Вот такие моменты — они тонкие и, казалось бы, очевидные,

и так далее, но лишь с практикой ты начинаешь понимать…

ну…что такое быть родителем.

По крайней мере у меня так.

— А расскажи про деда.

Ты кучу вещей в стендапе рассказываешь там про близких и все остальное, и про деда.

— Я правильно понимаю, что там много допридумыванного? — Безусловно.

— Много преувеличенного? — Как и во всем.

— Как и во всем.

Вот расскажи непридуманное.

Что-то прикольное… Я так понимаю, что это главный взрослый мужчина был в твоей жизни.

Какие-то там одну, две, три истории прикольные про него.

— Не истории, а его характер. — Да.

— Я семь лет занимался боксом.

И он наверное из них…

шесть с половиной ходил со мной каждый день на тренировки.

— Чисто у ринга побыть.

— Вот он меня провожал…

…был на тренировке и меня уводил.

Был, сидел на тренировке, наблюдал,

и так на протяжении всех, ну…

Он ездил со мной на соревнования, то есть он…

…постоянно говорил, постоянно:

«Ты станешь олимпийским чемпионом.

Ты стеанешь олимпийским чемпионом.

Ты молодец». И так далее, и так далее.

То есть если тренер жестко мне пихал за все, даже если я что-то делал нормально,

он считал что это неидеально,

то дед был «хороший коп».

Вот главная черта — он уделял внимание.

Уже наверное «хороший коп — плохой коп»… уже наверное не столь важно.

Уделял внимание и верил в меня, и так далее.

То есть вот это я взял у деда.

И идеально бы применить это к сыну.

По крайней мере я хочу этого.

Именно верить в целом в своего ребенка.

Он относился ко мне как к сыну, он даже говорил…

что это вот, ну…

…сын — его многие спрашивали там:

«Это ваш сын?»

Где-то мы идем в магазине. Он говорит: «Да-да-да.

Вообще внук. Но типа сын».

— Сколько ему сейчас?

— Ему сейчас сорок… Ой, сорок говорю, он 42-го года.

Получается 77.

Ты рассказывал историю, как он, увидев твою афишу, спросил:

«Нурик что, поет?»

— Да.

— Еще какие-то реакции на твой успех есть от него?

— Когда я выступал в Астане…

…в «Пирамиде», одно из культовых мест в Астане.

Да и в целом, для него Астана — это такой…

— Столица! — Столица, да, и он говорил: «О, в Астане выступаешь!»

То есть то, что я переехал в Москву и выступаю там — для него это не столь важно.

А вот в Астане! «Это ж столица, да.

Молодец.

Так недалеко и квартиру дадут!»

Он всегда помешан на квартире!

«Квартиру в Астане обязательно!

Тебе дадут.

Мне сейчас тоже должны».

Он всем это говорит!

«Тоже должны квартирку.

Я пенсионер, ветеран труда,

квартира в Астане готова».

Он недавно у меня спросил…

Дело в том, что он сейчас…

…из-за болезни не может говорить.

И он меня попросил написать, чем я занимаюсь.

Я ему писал…

Я не мог ему расшифровать «стендап».

Я ему написал:

«Юмористические монологи — как у Задорнова».

Он такой: «У-у! Окей».

Но в Астане выступаешь —

да, тогда все идеально,

тогда все нормально складывается.

(музыкальная заставка)

— Ты стал батей в 21.

— Да. — Слушай, я стал в 24.

И я думал, что у меня самый ранний опыт вот из окружения.

Двадцать один.

Как это?

— Э-э-эм…

— Давай я напрямую спрошу: вы планировали или случайно? — Нет.

— Случайно. — Нет, я об этом шутил и говорил.

— Не, мы вообще не планировали.

— Извини, не все понятно, где правда, а где нет, когда ты шутишь. — А, окей, окей.

— Мы вообще не планировали.

Мы вообще не планировали, и…

Я…

И в выступлении когда я говорил, что я узнал, что она беременна, на паре — я не шутил.


Нурлан Сабуров - семья, страх, ЧтоБылоДальше / вДудь (2)

Ему аплодировали стоя.

Ему подарили главный приз.

И я там участвовал в качестве КВН-щика в какой-то команде,

и мы с ним там выпивали после вечеринки.

Я слышал, что он выигрывал на фестивалях в других городах,

он приехал на самый главный КВН-овский фестиваль в Сочи,

где ему аплодировали стоя минут пять наверное.

Но по каким-то причинам его не впустили в эфир.

И после этого он перешел уже…

Он хотел добиться успеха в КВН-е.

но в итоге пошел в Comedy Батл, если я не ошибаюсь.

— Как ты относишься к КВН-у?

Ты согласен, что это шняга?

— Да.

На данны момент уже да.

— Почему?

— Ну беззубо.

Все… Ну представь.

Чтобы просто рассмешить людей,

просто рассмешить людей,

тебе надо заплатить.

Сделать взнос.

Организовать команду.

И с каждой… Чем выше лига,

тем больше денег.

Тебе говорят: «Форма не очень».

Я говорю: «Я смешить людей хочу».

«У вас форма одинаковая должна быть».

Или ты показываешь миниатюру, и тебе говорят:

«Вы это… Милиционеру форма нужна».

«Да я вот, просто сказал».

«М-м, так люди не поверят».

Ну и ты думаешь: «Почему?»

Вот такие моменты.

Потом люди оценки ставят, жюри.

Как бы непонятные зачастую люди.

Потом все эти деньги понятно кому уходят.

Ты думаешь:

«А я тут, ну, зачем тогда?»

Ты тратишь деньги, чтобы рассмешить людей.

По мне, это странно.

Возможно я ошибаюсь.

— Должно быть наоборот?

Ты смешишь и зарабатываешь.

— Все верно, конечно.

(музыкальная заставка)

— Вместе, бурными аплодисментами, Нурлана Сабурова!

(Дудь) — Что сейчас происходило?

— Это был проверочный концерт мой.

Который я даю там периодически, в месяц раза три-четыре.

Где просто шутки, которые я пишу в течение определенного времени.

Сегодня за полгода это было.

Все, что ты сегодня увидел, было написано… ну за полгода.

Часть сырого, часть месяц назад я придумал,

часть сегодня я что-то придумал.

Ну и вот так вот что-то уходит, что-то приходит…

— Смотри, механика: дешевый вход. — Да.

— Недорогой вход. — Да.

— Сейчас многие, кто не в Москве живут, охереют, когда поймут. — Не стоит.

— Но все равно. 500 рублей. — Угу.

— И тебе прям важно, чтобы цена была такой, да?

— Да, тут понятное дело.

Я не хочу прямо чтобы сильно лояльный зритель приходил.

Но 500 рублей — есть момент расслабления.

То есть, условно говоря,

если люди приходят за дороже,

надо выдать им.

— А-а. — Понимаешь?

— А тут… Тут есть чем, то есть я не просто слова какие-то говорю.

Просто есть шутки, которые возможно не сработают.

И за 500 рублей в Standup Store вообще легко.

— Типа ваши ожидания — ваши проблемы. А тут ожиданий нет.

— Да, процентов двадцать, думаю… — Прям мимо?

— Мимо, да.

Другой вопрос, что я с этим сделаю: выкину либо доработаю.

То есть это неплохо, если не зашло.

Это как бы знак того, что нужно поработать.

— И фактически этот народ тебя редактирует, да?

Чтобы ты поехал в тур с материалом, над которым люди будут смеяться.

— Да, верно, верно.

— Ты не снимал это на видео.

— Не, снимал, меня снимают.

Потом выкладывают на Ютуб, закрытая ссылка,

присылают мне ее,

я смотрю уже, либо я записываю на диктофон.

Рядом диктофон и прослушиваю.

(музыкальная заставка)

— Я смотрел твое выступление летом вместе с девушкой.

Лучшей девушкой на свете.

— И с моей что ли?

— Хорошо.

— Знаешь, в какой-то момент

мне показалось, что она не против стать твоей.

Потому что ну вот этот вот образ

такого надменного в костюме азиата,

— …который выходит… — Да о чем ты говоришь.

— Его все хотят…

И я чего-то вот даже стал оглядываться, вот так вот смотреть и думать:

«Блядь, мне ревновать или нет?»

— Откуда этот образ родился?

— Из желания стать наверное таковым.

И я думаю… По-настоящему я таким не являюсь.

Это лишь образ, и мне нравится играт в него.

— Это сублимация?

— Думаю да, что бы это ни значило.

Пожалуйста, не говори, давай сделаем вид будто мы друг друга поняли.

— Ну смотри.

Я правильно понимаю, что в юности ты был вообще не таким?

— Да.

— Извини за прямоту вопроса: у тебя были прыщи?

— Огромные.

И в огромном количестве.

— Есть связь между прыщами и тем, какую ты профессию выбрал? — Думаю да.

— Вообще многие идут в стендап и в комедию,

чтобы завоевывать внимание девушек.

Ну, когда речь идет о парнях.

И я был в том числе таким.

То есть я видел, что если в компании,

в подростковом возрасте,

я шучу

и в каких-то ситуациях забираю внимание

от вот таких ребят к себе,

ты думаешь: «Ух!

То есть мне и качаться не надо для этого?

— Рубашку снимать там, расстегивать?» — Выдавливать даже ничего не надо!

— Выдавливать ничего не надо! Она смеется.

Ну или даже они.

Ну, и ты такой,

ты сразу ощущаешь себя лучше.

Может быть даже выше них.

И ты давишь на эту точку.

Ну бывало неудачно, бывало удачно.

Но ты этот момент понимаешь.

Где-то он здесь витает, и ты такой — хоп!

Окей.

Положим его сюда.

— Я не мог, к сожалению, тогда показать эту фотографию,

чтоб чуть-чуть вот эту вот химию сбить.

— Вот. — Ай, я поехал, ребят.

— Расскажи, пожалуйста.

— Да-да-да. — Где это?

— О Господи.

О Господи!

— Ты реально таким был? — Это мой друг.

— Или это родственник твой какой-то, нет?

— Ты имеешь в виду справа или?..

— Вот который подальше от объектива. — Да-да.

— Так, я объясню. Это было в Екатеринбурге, это было в общаге.

А-а, сука.

Юра. Надо было закрыть эту страницу ВКонтакте. В общем…

Это была какая-то студенческая… какой-то съезд.

Творческий, я даже не помню, в чем его суть была.

Просто приезжали студенты с разных городов, в том числе и из Казахстана.

Лекции, творческие вечера…

Какая-то движуха — на три дня.

И я там участвовал, как-то случайно туда попал,

не помню, я не был организатором, и так далее.

Вот, и приехал мой друг на эту движуху.

С Караганды, это мой друг со Степногорска, Анар.

И мы там тусовались, и я был вот таким человеком, да.

— А сколько тебе здесь лет?

— Сейчас… Это 10-ый год…

— Сколько? 19. — 19 лет?

— У тебя была подруга тогда?

— Не.

— Просто если б ты сказал «да»,

то ты понимаешь, что это было бы самым мотивирующим видео в истории Ютуба,

потому что даже если у такого чувака была девушка,

то значит не бывает невозможного.

— Не-не-не.

(музыкальная заставка)

— Ты рассказывал, что тебя воспитывал дед.

— Мама и… да. — Мама и дед.

— А что с отцом?

— Ну он ушел, когда я еще был совсем маленьким.

— Вы общались после этого?

— Минимально.

Он жил в доме, где мы жили.

— И вы не общались?

— Редко.

— Несмотря на то, что это один многоквартирный дом? — Да.

— Насколько тебя это напрягало в детстве?

— В детстве, я думаю, не напрягало.

Я думаю, когда у меня появились дети,

я начал задумываться в целом об отцовстве.

Тогда у меня начали появляться вопросы.

Почему?

И как это случилось? И так далее.

— Нашел ли ты ответы на эти вопросы?

— Частично да.

Но я услышал это от мамы.

То есть ее…

…отношение к этому и ее…

…грубо говоря, версию событий, которая очень…

близка к правде.

Я, к сожалению, не успел услышать другой стороны.

— Отец умер? — Да.

— А давно?

— Когда мне было… 14, по-моему.

Или 13.

— Как ты это воспринял тогда?

— То есть это сильные эмоции были или это чужой человек? — Думаю нет.

— Это чужой человек?

— Это не чужой человек.

Я тогда это понимал и сейчас это понимаю.

Но…

…слез не было.

— Не хватало ли тебе бати в детстве?

— Нет, м-м.

Мне хватало общения с другими родными.

То есть я не был обделен вниманием.

Понимаешь, я только сейчас думаю об этом.

Ну, каково это и так далее.

Но я считал себя счастливым человеком,

у меня было счастливое детство.

Я с дедом очень много провел времени,

мама меня воспитывала, тетя, дядя…

Во дворе эти… куча бабушек.

Друзья…

Ну то есть я не был обделен вниманием точно.

Я себя одиноким не чувствовал.

Но вопрос отцовства, он меня до сих пор как бы… затрагивает.

Я не знаю каково быть хорошим отцом.

Что такое хороший отец вообще?

Ну для меня — это я сейчас об этом пишу,

учитывая, что я в целом в 21 стал отцом.

Да? Что уже…

И мои родители стали примерно в таком же возрасте родителями.

Ну, что делать,

чтобы быть хорошим отцом?

Вот главный для меня вопрос.

Ответ прост.

Но это нелегко выполнить.

Все очень просто. В целом быть отцом — очень просто.

— Как?

Ну быть… уделять внимание.

И помнить, что это — дети, это крайне важный момент.

Помнить, что это дети.

Мне иногда, в силу моего, возможно…

…невежества или мало…

Да…

…образования…

…или эмоциональной неустойчивости…

Я иногда думаю, что им по лет 15, моим детям.

И если они что-то не выполняют,

у меня иногда складывается ощущение, как будто они меня должны понимать.

Хотя там человеку пять лет.

Ей пять лет — ее вообще не было,

а я от нее требую таких вещей, как будто ей уже 18, и она у меня на работе.

Вот такие моменты — они тонкие и, казалось бы, очевидные,

и так далее, но лишь с практикой ты начинаешь понимать…

ну…что такое быть родителем.

По крайней мере у меня так.

— А расскажи про деда.

Ты кучу вещей в стендапе рассказываешь там про близких и все остальное, и про деда.

— Я правильно понимаю, что там много допридумыванного? — Безусловно.

— Много преувеличенного? — Как и во всем.

— Как и во всем.

Вот расскажи непридуманное.

Что-то прикольное… Я так понимаю, что это главный взрослый мужчина был в твоей жизни.

Какие-то там одну, две, три истории прикольные про него.

— Не истории, а его характер. — Да.

— Я семь лет занимался боксом.

И он наверное из них…

шесть с половиной ходил со мной каждый день на тренировки.

— Чисто у ринга побыть.

— Вот он меня провожал…

…был на тренировке и меня уводил.

Был, сидел на тренировке, наблюдал,

и так на протяжении всех, ну…

Он ездил со мной на соревнования, то есть он…

…постоянно говорил, постоянно:

«Ты станешь олимпийским чемпионом.

Ты стеанешь олимпийским чемпионом.

Ты молодец». И так далее, и так далее.

То есть если тренер жестко мне пихал за все, даже если я что-то делал нормально,

он считал что это неидеально,

то дед был «хороший коп».

Вот главная черта — он уделял внимание.

Уже наверное «хороший коп — плохой коп»… уже наверное не столь важно.

Уделял внимание и верил в меня, и так далее.

То есть вот это я взял у деда.

И идеально бы применить это к сыну.

По крайней мере я хочу этого.

Именно верить в целом в своего ребенка.

Он относился ко мне как к сыну, он даже говорил…

что это вот, ну…

…сын — его многие спрашивали там:

«Это ваш сын?»

Где-то мы идем в магазине. Он говорит: «Да-да-да.

Вообще внук. Но типа сын».

— Сколько ему сейчас?

— Ему сейчас сорок… Ой, сорок говорю, он 42-го года.

Получается 77.

Ты рассказывал историю, как он, увидев твою афишу, спросил:

«Нурик что, поет?»

— Да.

— Еще какие-то реакции на твой успех есть от него?

— Когда я выступал в Астане…

…в «Пирамиде», одно из культовых мест в Астане.

Да и в целом, для него Астана — это такой…

— Столица! — Столица, да, и он говорил: «О, в Астане выступаешь!»

То есть то, что я переехал в Москву и выступаю там — для него это не столь важно.

А вот в Астане! «Это ж столица, да.

Молодец.

Так недалеко и квартиру дадут!»

Он всегда помешан на квартире!

«Квартиру в Астане обязательно!

Тебе дадут.

Мне сейчас тоже должны».

Он всем это говорит!

«Тоже должны квартирку.

Я пенсионер, ветеран труда,

квартира в Астане готова».

Он недавно у меня спросил…

Дело в том, что он сейчас…

…из-за болезни не может говорить.

И он меня попросил написать, чем я занимаюсь.

Я ему писал…

Я не мог ему расшифровать «стендап».

Я ему написал:

«Юмористические монологи — как у Задорнова».

Он такой: «У-у! Окей».

Но в Астане выступаешь —

да, тогда все идеально,

тогда все нормально складывается.

(музыкальная заставка)

— Ты стал батей в 21.

— Да. — Слушай, я стал в 24.

И я думал, что у меня самый ранний опыт вот из окружения.

Двадцать один.

Как это?

— Э-э-эм…

— Давай я напрямую спрошу: вы планировали или случайно? — Нет.

— Случайно. — Нет, я об этом шутил и говорил.

— Не, мы вообще не планировали.

— Извини, не все понятно, где правда, а где нет, когда ты шутишь. — А, окей, окей.

— Мы вообще не планировали.

Мы вообще не планировали, и…

Я…

И в выступлении когда я говорил, что я узнал, что она беременна, на паре — я не шутил.