×

We use cookies to help make LingQ better. By visiting the site, you agree to our cookie policy.


image

вДудь, Нагиев - пенсии, стих в Кремле (English subs) (5)

Нагиев - пенсии, стих в Кремле (English subs) (5)

Есть вещи, которые от этого…

Чем больше человек любит, от этого, наверное, больше вопросов сегодняшний день в нем ставит.

От этого больше негодования и недоумения, как минимум.

Как минимум.

Давайте вернемся к тому моменту, когда я вам говорил, что мне отвратительно все, что связано с агрессией.

Поэтому я стараюсь обходить эти слова: «я ненавижу», «я не хочу», «я бы уничтожил».

Негодование, вот так, остановимся на этом.

— Есть вещи, которые вызывают у меня вопросы и негодование. — Какие?

— Я считаю, что мы цивилизованной страной,

цивилизованной страной должны стать

и, несмотря на послужной список — если он, конечно, есть —

на заслуги — если они, конечно, есть…

Нельзя баллотироваться…

туда или не туда…

сколько захочешь раз, нельзя этого делать.

Какой бы ты ни был человек,

ты человек, подверженный соблазнам, искушениям.

и какой бы хороший ты ни был,

со временем ты обрастаешь

связями, кумовством, дружничеством,

что претит правильному руководству и полету мысли и фантазии.

Нельзя этого делать.

Есть… Написано, и у нас это, кажется, было, да?

Написанный срок — сколько раз ты можешь входить во власть.

Хотя, как выясняется, добавляется одно слово «подряд»,

и смысл меняется абсолютно.

Вот я не считаю, что нужно входить во власть столько, сколько тебе заблагорассудится, какой бы ты хороший ни был.

Ну и ряд вопросов, которые у меня, в общем, тлеют в голове.

Это не значит, что я пойду на баррикады — я, видимо,

не поддерживаю и тех, кто с той стороны.

Мне почему-то кажется, что они испытывают какие-то личные, тоже, амбиции.

Ну вот, я вам объяснил.

— Ваша цитата, которая в холод меня повергла немного.

— В моих вспотевших подмышках, это вы сейчас меня хлестнули просто! — «Мы медленно, но верно движемся в сторону Кореи».

(Удивленный вдох) — Это я сказал?

— Юрий Саныч, вы сами тонете, и меня пытаетесь в этот омут затащить.

— Это… Чего не скажешь в шутейном разговоре, а?

Я пошутил, вы посмеялись.

Наверняка я что-то перепутал в этой цитате.

Хотя тенденции наметились.

Давайте будем честными, тенденции наметились.

Если вы откроете сейчас новостные какие-то сайты,

там написаны такие заголовки, что вот просто хочется смеяться.

«Наш лидер загнал под лавку Америку».

Зачем вы это пишете?! Зачем вы это пишете, а? Как бы чтобы что?..

Для чего?

Куда кого загнал? И для чего загонять-то, а?

Вот эти вещи…

Как бы…

Ну, я не совсем понимаю, мягко говоря.

— Я слышал, что вы еще в 90-е с Путиным пересекались…

— Где и по какому?.. — Не просто пересекался.

Я имел удовольствие трудиться вместе. Я возглавял штаб…

Я тогда был самый популярный ди-джей.

Я четыре года получал приз «Человек года» в Петербурге.

И вдруг стал самым популярным радио ди-джеем России.

И меня вот…

Конъюнктура… Меня дернули на перевыборы Собчака,

Анатолия Саныча.

И я как бы возглавлял, можно сказать —

ну, так мне сказали, конечно, ничего я не возглавлял там,

кроме своего горшка,

но сказано было так — штаб молодежного движения по перевыборам Собчака.

И вот мы ездили по городам и весям, агитируя.

В общем, делали неплохие вещи. Раздавали какие-то там — тогда жрать было нечего —

пайки, подарки там, ветеранам какую-то гречу.

И вот этот ПАЗик, на котором мы тряслись.

Реально ПАЗик — новый, чистый, хороший.

Но это не был «мерседес» какой-то с затемненными стеклами, нет, это был обычный ПАЗик совершенно.

— И не «икарус» даже? — Даже не «икарус», просто вот ПАЗик небольшой.

А я вообще Собчака видел даже часто на улице.

Просто в машине.

Не в «девятке», конечно, но просто в машине. (Изображает храп)

Дремлющим, я его видел несколько раз просто так, и он пользовался этим.

То есть, тогда еще не было этих сумасшедших кортежей.

И вот он сидел в ПАЗике на первом сидении,

о чем-то думал, я сидел сзади.

Не могу сказать, что это всегда случайно происходило, нет, это была запланированная акция.

Мне казалось, что так лучше сидеть.

В данной ситуации. Он сидел, я сидел,

смотря ему в седой затылок,

сзади сидел Владимир Владимирович.

И Владимир Владимирович периодчески меня спрашивал:

«Дим, вам хватило

гречки,

тушенки, сахара?»

Я односложно отвечал: «Да-да, спасибо».

Дебил. «Да-да» отвечал.

Не развернуто, а «да-да».

Что это за разговор? Ну…

Знал бы, где упадешь, соломки бы подстелил. Вот.

— Что бы вы делали? Подробно бы рассказывали? — Конечно!

— Лезли бы в дружбу? — Конечно, разворачивался бы.

Ну я шучу, наверное.

Шучу. Мне никогда было несвойственно и никак я не мог научиться дружить, с кем надо.

Но вы мне приятны, Юрий Александрович.

— Мамочки мои.

— Когда вы последний раз пересекались с Путиным?

— Было ли это уже после того, как он президентом стал? — Мне какие-то приветы передавали.

Вот…

Недавно я вот в Кремле пересекся с ним, на юбилее КВНа.

Прочитал стишок я, который накидал вот, пока ехал.

Не пришелся он ко двору, этот стишок.

— Вы помните его?

— «Друзья, 55 — КВНу,

Почти столько же, сколько и мне.

Только он в шоколаде,

А я почему-то…

Но над нами Владимир Владимирович

Смотрит, как мы там плывем.

Мы не тонем, Владимир Владимирович.

Ведь мы весело очень живем».

В оригинале было «Мы не тонем, наш повелитель».

И вот в последний момент, когда я уже его читал, я решил от этого отказаться.

Не могу сказать, что это вызвало у всех восторг.

— Масляков кашлял?

— Почему кашлял? — Молчал? Дрожал?

— Спокойный.

Белый.

Стоял.

Не дышал.

Со словами:

«Ты все прочитал, наш Карамзин?»

— А Путин?

— Я можно не буду рассказывать?

Меня пригласили сразу.

— Сразу пригласили, да. Никаких… — Куда пригласили?

— На Лубянку? — Нет-нет, там же это все, это Кремль.

Ничего, ни слова об этом не было сказано.

Потом я увидел, что все это подрезано, подчищено.

Я не думаю, что такая большая и сильная власть должна всего бояться.

Мне кажется, что, если ты большой и сильный — не бойся. Если за тобой правда.

Если нет — тогда да, тогда надо стишки подрезать.

(Музыкальная заставка)

— В последнем сезоне «Физрука» вы работали с Виктором Сухоруковым. — Да.

— Что-то особенное? — Мастер. Витя — мастер, да.

Есть вещи, к которым они… люди…

вот этой… я его к старой гвардии отношу, хотя он офигенно выглядит,

не готовы, это динамика происходящего на площадке.

Это огромное количество того, чего надо снять.

А они привыкли работать с материалом долго.

Точно так же подходила к работе Чурикова.

Она репетировала, смотрела…

Бормотала…

Здесь другая чуть-чуть стилистика работы.

Здесь надо снять кровь из носа девять минут и положить на стол.

И вспоминаются эти счастливые времена, когда «Тени исчезают в полдень» снимали три с половиной года.

Когда можно было поработать, помять материал.

Мы лишены этого.

Это, к сожалению, чертова отличительная черта сегодняшней индустрии.

— Это делает кино хуже? — Да, конечно, безусловно.

Лучшие фильмы Никиты Михалкова — это репетиционный период месяц,

собираются, читают — это, наверное, важно.

А вот мы. Мы, молодежь,

я и вы,

работаем в других условиях.

(Музыкальная заставка)

— Блиц!

— Я спрашиваю коротко. — Тихо, да!

И так подмышки мокрые. Вы нормально? Погнали!

— У меня маскировка. — У вас не там мокнет сегодня, да давайте, да.

(Люди за кадром смеются)

— Без запаха же, ну? Ну согласитесь!

— Чтобы не тянуть вас на дно, скажу, что да, без запаха.

— За что вы бы отдали свою жизнь, не задумываясь? — Не задумываясь, за детей и за любимую.

За детей и за любимую.

Сейчас я думаю, что не задумываясь.

— Сколько у вас детей?

— Идите в жопу, Юрий Александрович.

— Я бы никогда не задал этот вопрос, если бы в процессе интервью вы бы не назвали Кирилла старшим сыном.

— Это я назвал, да? Дебил! — Отмот!

(Звук перемотки)

— Сын, в основном, старший, Кирилл, то есть, спрашивает…

Вы знаете, я не потому не говорю о своей личной жизни,

просто я себе эту жизнь выбрал сам.

Че там выберут — я не знаю, я не хочу. Да.

— Деньги или совесть?

Чтобы не расстраивать тех двух поклонников, которые у меня есть, я скажу «совесть».

Хотя, думаю, что есть моменты, когда жизнь может внести коррективы в это.

— А у вас так бывало?

Сейчас, мне кажется, что нет, но вспоминая, когда я стоял в костюме банана…

на корпоративе…

Не когда мне нечего было жрать,

а на корпоративе в костюме банана!

В шортах! Банан в шортах!

Вот слезы у меня были, я готов был кинуть эти деньги назад.

В костюме банана.

Потому что банановая компания была, и им надо было, чтобы я разыграл сам с собой сценку.

Я стоял в костюме банана.

Вот, были моменты. Сейчас нет.

— Так, а это нулевые? — Да какие нулевые!

— Ну да, да, это, в общем, не так, чтобы… — А почему унизительно? Это же смешно, а вы мастер комедии!

— Нет, нет. Я готов смешить зрителя как герой со сцены, с экрана.

Я как Дима Нагиев не готов быть смешным.

А здесь стоит, сука, Нагиев! В костюме банана!

Причем он велик мне был, и верх вот так наезжал мне сюда.

— Как вялый член! — Да, как вялый член.

Зачем вы это сказали, а?

Я и так в интервью услышал, что у вас маленький член, и не спал всю ночь накануне.

— В каком?

— Вы кому-то из героев вдруг сказали.

Причем вас никто ведь не спрашивал, это вообще дебилизм.

Как бы идет разговор и вдруг вы такой: «А у меня маленький член».

— А, у меня маленький член, вот.

— Я думаю: «Зачем мне эта информация, Юрий Александрович, а?»

— Почему так выходит? — Вы ночью смотрели?

— Наверняка перед сном, да. — Там была фраза: «Допустим, маленький член».

— Не было этой фразы.

— Интернет все помнит.

— Хороший секс или хороший стейк?

— Хороший секс, хотя…

иногда… уже…

как сказал Джек Николсон:

«Наконец-то перед сном захотелось просто почитать».

Вот пока… пока… пока у меня…

Секс побеждает стейк.

Но надо взять себя уже в руки.

— Бизнес, в который вы вложились, и он приносит бабло?

— Нет у меня такого бизнеса. Я с большим удовольствием помогаю своему брату,

у которого есть сеть небольших мини-отелей «Блюз».

Поехали дальше.

— Рекламировать виагру или рекламировать пенсионную реформу?

— Виагру, виагру.

— Че это… Конечно, че там…

— Оказавшись перед Владимиром Путиным в следующий раз, что вы ему скажете?

— Пятнадцать сантиметров, скажите, это не приговор?

— Интервью Ивлеевой произвело на вас впечатление?

— Не интервью Ивлеевой, а ваш рассказ почему-то вот да.

Вот почему, казалось бы. Столько вы брали интервью, а я из всего,

из всей вашей творческой биографии вдруг вспоминаю, что маленький член.

Доколе?

(Музыкальная заставка)

— Пока мы переставлялись, я узнал, что вы знаете о Даниле Поперечном. Откуда?

— Это сегодняшний день, будь он проклят.

Наша действительность, и поэтому, ну как…

Будете сейчас хохотать как сумасшедший, но я еще и Оксимирона слушаю.

— Слушаете? — В курсе, скажем так, в курсе.

Это не то, что звучит у меня в машине или в наушниках, когда я на беговой дорожке,

но я, по крайней мере, отличаю, различаю их.

И у меня есть мнение по поводу, там, каждого из рэперов. И…

— …как и мнение о Поперечном. — Как он вам? Он вам нравится?

— Есть вещи очень точные, есть вещи очень точные.

Но скорее они были точные и острые до того момента, как ему сделали замечание,

что он слишком много шутит о политике и Путине.

Вот там было остро.

Не всегда смешно, но, по крайней мере, много, много вот прямо откровений.

Сейчас…

Есть опасность, что пойдет мазня.

Есть опасность.

Талантливый человек, который может себя найти, наверное, в любых условиях.

Нас ведь что губит? Поток. Поточность производства.

— У вас сегодня есть еще какое-нибудь интервью? — Нет.

— И тем не менее, вы находитесь уже на потоке.

Когда-то это было очень ярким и, наверное, для артистов, долгожданным событием — попасть к Дудю,

потому что это было очень-очень элитарно, выборочно и опять-таки точно.

— На сегодняшний день… — После того, как придет Нагиев, ясно, что только не заходит.

— Здесь жопа начнется, да.

— Тяжело конкурировать… Это ваш велосипед, а? — Нет.

— Не говорите мне, что вы ездите на этом говне. — Не-не.

— Вы находитесь на потоке. Мы закончились.

С приходом меня пошли уже малопопулярные и интересные персонажи.

Дальше вы должны будете что-то сделать.

Та же история была когда-то с «Прапорщиком Задовым».

Когда-то это было… народ хохотал.

И мы вошли в «Книгу рекордов Гиннесса».

И цифры были на разрыв совершенно.

Потом мы встали на поток и сняли 350 серий.

Из них тоже есть шедевры, есть совершенные бриллианты, но это секунды.

Секунды.

Поточно… Поток пошел.

И это касается всего и всех.

Как только мы становимся на поток — завал.

(Музыкальная заставка)

— Конкурс! Что вы подарите нашим зрителям?

— Поскольку вы меня не предупредили, но я списываю это все на… — Болезненные ощущения.

— На недуг, да (смеется).

Я очки готов передать, привезти.

— Солнцезащитные? — Ну вот да, в которых я хожу.

— Конкурс!

Нагиев - пенсии, стих в Кремле (English subs) (5) Nagiyev - pensions, verse in the Kremlin (English subs) (5) 纳吉耶夫 - 养老金,克里姆林宫的诗句(英语字幕)(5)

Есть вещи, которые от этого…

Чем больше человек любит, от этого, наверное, больше вопросов сегодняшний день в нем ставит. the greater your love, the more questions the present evokes in you.

От этого больше негодования и недоумения, как минимум. The more indignant you become

Как минимум.

Давайте вернемся к тому моменту, когда я вам говорил, что мне отвратительно все, что связано с агрессией. Let's go back to the moment when I said

Поэтому я стараюсь обходить эти слова: «я ненавижу», «я не хочу», «я бы уничтожил». so I try to avoid those words.

Негодование, вот так, остановимся на этом.

— Есть вещи, которые вызывают у меня вопросы и негодование. — Какие? - Some matters do make me perplexed and indignant. - For example?

— Я считаю, что мы цивилизованной страной, I believe we need to become a civilized country.

цивилизованной страной должны стать We have to.

и, несмотря на послужной список — если он, конечно, есть — Thus, no matter your track record, if you have one,

на заслуги — если они, конечно, есть… and your accomplishments, if you have any,

Нельзя баллотироваться… you can't run for...

туда или не туда… you-know-which office, or any other, as many times as you want.

сколько захочешь раз, нельзя этого делать.

Какой бы ты ни был человек, Regardless of who you are.

ты человек, подверженный соблазнам, искушениям. You're a human being, liable to pulls and temptations.

и какой бы хороший ты ни был, No matter how righteous you are,

со временем ты обрастаешь over time, you grow accustomed to

связями, кумовством, дружничеством, connections, nepotism, favoritism,

что претит правильному руководству и полету мысли и фантазии. which defies proper governance

Нельзя этого делать. You can't have that.

Есть… Написано, и у нас это, кажется, было, да? It's said — it was in our Constitution too, wasn't it? —

Написанный срок — сколько раз ты можешь входить во власть. how many times you can hold the office.

Хотя, как выясняется, добавляется одно слово «подряд»,

и смысл меняется абсолютно. and the whole idea turns on its head.

Вот я не считаю, что нужно входить во власть столько, сколько тебе заблагорассудится, какой бы ты хороший ни был.

Ну и ряд вопросов, которые у меня, в общем, тлеют в голове. There are other issues

Это не значит, что я пойду на баррикады — я, видимо, but that doesn't mean I'm going to go to storm the barricades,

не поддерживаю и тех, кто с той стороны.

Мне почему-то кажется, что они испытывают какие-то личные, тоже, амбиции. I feel like they're also driven by personal ambitions of some sort.

Ну вот, я вам объяснил. This is my answer.

— Ваша цитата, которая в холод меня повергла немного. Your quote that sent chills down my spine.

— В моих вспотевших подмышках, это вы сейчас меня хлестнули просто! — «Мы медленно, но верно движемся в сторону Кореи». With how sweaty my armpits are, you've just whacked me good.

(Удивленный вдох) — Это я сказал?

— Юрий Саныч, вы сами тонете, и меня пытаетесь в этот омут затащить. Yuri Aleksandrovich, you're drowning yourself

— Это… Чего не скажешь в шутейном разговоре, а? The things we say in jest!

Я пошутил, вы посмеялись.

Наверняка я что-то перепутал в этой цитате. I must've confused something in that quote.

Хотя тенденции наметились. Though the trends are there.

Давайте будем честными, тенденции наметились. Let's be honest —  the trends are there.

Если вы откроете сейчас новостные какие-то сайты, If you open up some of the news websites today,

там написаны такие заголовки, что вот просто хочется смеяться. the headlines you'll see

«Наш лидер загнал под лавку Америку». "Our leader drove America under the bench."

Зачем вы это пишете?! Зачем вы это пишете, а? Как бы чтобы что?.. Why do you... Why do you write this?

Для чего? What for?

Куда кого загнал? И для чего загонять-то, а? Who drove whom where?

Вот эти вещи… Things like that,

Как бы… I mean,

Ну, я не совсем понимаю, мягко говоря. I don't fully understand, to put it mildly.

— Я слышал, что вы еще в 90-е с Путиным пересекались… I heard you crossed paths with Putin back in the '90s.

— Где и по какому?.. — Не просто пересекался. Where and on what...

Я имел удовольствие трудиться вместе. Я возглавял штаб… I had the pleasure of working beside him.

Я тогда был самый популярный ди-джей. I used to be the most popular DJ. Yep.

Я четыре года получал приз «Человек года» в Петербурге. I received the Man of the Year award in Piter four times.

И вдруг стал самым популярным радио ди-джеем России. And suddenly became the most popular radio DJ in Russia.

И меня вот… And I got

Конъюнктура… Меня дернули на перевыборы Собчака,

Анатолия Саныча.

И я как бы возглавлял, можно сказать — I was in charge of...

ну, так мне сказали, конечно, ничего я не возглавлял там, Well, that's what they told me. In reality, I wasn't in charge of anything.

кроме своего горшка, Except for my chamber pot.

но сказано было так — штаб молодежного движения по перевыборам Собчака. But they said I was in charge

И вот мы ездили по городам и весям, агитируя. And so we campaigned through towns and villages.

В общем, делали неплохие вещи. Раздавали какие-то там — тогда жрать было нечего — We actually did some good things. We handed out

пайки, подарки там, ветеранам какую-то гречу.

И вот этот ПАЗик, на котором мы тряслись.

Реально ПАЗик — новый, чистый, хороший.

Но это не был «мерседес» какой-то с затемненными стеклами, нет, это был обычный ПАЗик совершенно.

— И не «икарус» даже? — Даже не «икарус», просто вот ПАЗик небольшой. - Not even an Ikarus? - Not even.

А я вообще Собчака видел даже часто на улице.

Просто в машине.

Не в «девятке», конечно, но просто в машине. (Изображает храп) Not in a VAZ, but you know?

Дремлющим, я его видел несколько раз просто так, и он пользовался этим. I saw him napping like that many times.

То есть, тогда еще не было этих сумасшедших кортежей. There were no crazy car corteges, like today.

И вот он сидел в ПАЗике на первом сидении, He rode shotgun in the PAZ, deep in thought.

о чем-то думал, я сидел сзади.

Не могу сказать, что это всегда случайно происходило, нет, это была запланированная акция.

Мне казалось, что так лучше сидеть. I thought that was better seating in our circumstances.

В данной ситуации. Он сидел, я сидел,

смотря ему в седой затылок, staring into the gray on the back of his head.

сзади сидел Владимир Владимирович. Behind me, sat Vladimir Vladimirovich (Putin).

И Владимир Владимирович периодчески меня спрашивал: He would occasionally tap me to ask:

«Дим, вам хватило "Dima, did you have enough

гречки, "buckwheat, canned meat, sugar?"

тушенки, сахара?»

Я односложно отвечал: «Да-да, спасибо».

Дебил. «Да-да» отвечал. Moron. "Yes, yes."

Не развернуто, а «да-да». Instead of a proper answer —  "yes, yes."

Что это за разговор? Ну… What kind of a conversation is that?

Знал бы, где упадешь, соломки бы подстелил. Вот. But, you know, if only I saw the future.

— Что бы вы делали? Подробно бы рассказывали? — Конечно! Then what? You would've used your silver tongue?

— Лезли бы в дружбу? — Конечно, разворачивался бы.

Ну я шучу, наверное.

Шучу. Мне никогда было несвойственно и никак я не мог научиться дружить, с кем надо. I never tried to

Но вы мне приятны, Юрий Александрович.

— Мамочки мои.

— Когда вы последний раз пересекались с Путиным? When was the last time you met Putin?

— Было ли это уже после того, как он президентом стал? — Мне какие-то приветы передавали. Was it after he became president?

Вот…

Недавно я вот в Кремле пересекся с ним, на юбилее КВНа.

Прочитал стишок я, который накидал вот, пока ехал.

Не пришелся он ко двору, этот стишок.

— Вы помните его? Do you remember it?

— «Друзья, 55 — КВНу, Everyone, KVN is fifty-five

Почти столько же, сколько и мне.

Только он в шоколаде, Everyone, KVN is 55 I'm almost as old as it Only it's doing just fine

А я почему-то… Everyone, KVN is 55 I'm almost as old as it Only it's doing just fine I'm for some reason in...

Но над нами Владимир Владимирович But above us — Vladimir Vladimirovich

Смотрит, как мы там плывем. But above us — Vladimir Vladimirovich Looking down as we float along

Мы не тонем, Владимир Владимирович. But above us — Vladimir Vladimirovich Looking down as we float along We don't sink, Vladimir Vladimirovich

Ведь мы весело очень живем». But above us — Vladimir Vladimirovich Looking down as we float along We don't sink*, Vladimir Vladimirovich 'Cause our lives are a joyful song [*Nod to the Russian expression "shit doesn't sink"]

В оригинале было «Мы не тонем, наш повелитель».

И вот в последний момент, когда я уже его читал, я решил от этого отказаться. But in the last moment, as I was reading it,

Не могу сказать, что это вызвало у всех восторг. I can't say that everyone was overjoyed.

— Масляков кашлял? Did Maslyakov* cough? [*Creator and life-long host of KVN]

— Почему кашлял? — Молчал? Дрожал? Or was he silent?

— Спокойный. Calm. Pale.

Белый.

Стоял. Stood holding his breath.

Не дышал.

Со словами:

«Ты все прочитал, наш Карамзин?»

— А Путин?

— Я можно не буду рассказывать? Can I not answer?

Меня пригласили сразу. They immediately invited me.

— Сразу пригласили, да. Никаких… — Куда пригласили? Immediately invited me. Without any...

— На Лубянку? — Нет-нет, там же это все, это Кремль. - Lubyanka?* - No. To talk. [* Infamous FSB building]

Ничего, ни слова об этом не было сказано. They didn't say a word about it.

Потом я увидел, что все это подрезано, подчищено. I later saw they made edits and cuts.

Я не думаю, что такая большая и сильная власть должна всего бояться. I don't believe such big and strong authority should

Мне кажется, что, если ты большой и сильный — не бойся. Если за тобой правда. I figure: if you're big and strong, don't be scared.

Если нет — тогда да, тогда надо стишки подрезать. Otherwise, yeah, you should edit out poems.

(Музыкальная заставка)

— В последнем сезоне «Физрука» вы работали с Виктором Сухоруковым. — Да. In the last season of Fizruk, you worked with Viktor Sukhorukov.

— Что-то особенное? — Мастер. Витя — мастер, да.

Есть вещи, к которым они… люди… Some things the people...

вот этой… я его к старой гвардии отношу, хотя он офигенно выглядит, of his category,

не готовы, это динамика происходящего на площадке. are not too prepared for.

Это огромное количество того, чего надо снять. It's the amount you need to shoot in a given time.

А они привыкли работать с материалом долго. They're used to being able to work with the script.

Точно так же подходила к работе Чурикова. Churikova used to have the same approach on our show.

Она репетировала, смотрела… She'd rehearse, look into it,

Бормотала… mumble to herself.

Здесь другая чуть-чуть стилистика работы. The pacing of the process is a little different now.

Здесь надо снять кровь из носа девять минут и положить на стол. You need to shoot a lot, fast.

И вспоминаются эти счастливые времена, когда «Тени исчезают в полдень» снимали три с половиной года. You then think of the happy times

Когда можно было поработать, помять материал. You used to be able to work with the script, to mould it.

Мы лишены этого. We don't have that.

Это, к сожалению, чертова отличительная черта сегодняшней индустрии. This is, unfortunately, the damn distinctive feature of today's industry.

— Это делает кино хуже? — Да, конечно, безусловно. Does it make movies worse?

Лучшие фильмы Никиты Михалкова — это репетиционный период месяц,

собираются, читают — это, наверное, важно.

А вот мы. Мы, молодежь, We, young people,

я и вы,

работаем в других условиях. we work in a different environment.

(Музыкальная заставка)

— Блиц! Flash quiz!

— Я спрашиваю коротко. — Тихо, да! I'll ask quick questions...

И так подмышки мокрые. Вы нормально? Погнали!

— У меня маскировка. — У вас не там мокнет сегодня, да давайте, да.

(Люди за кадром смеются)

— Без запаха же, ну? Ну согласитесь! - You ready? - I don't smell, do I?

— Чтобы не тянуть вас на дно, скажу, что да, без запаха. Not to drag you along to the bottom, I'll say: no, you don't.

— За что вы бы отдали свою жизнь, не задумываясь? — Не задумываясь, за детей и за любимую. What would you give your life for without hesitating?

За детей и за любимую. For my kids and for my beloved —

Сейчас я думаю, что не задумываясь. now, I think, I wouldn't hesitate.

— Сколько у вас детей? How many kids do you have?

— Идите в жопу, Юрий Александрович.

— Я бы никогда не задал этот вопрос, если бы в процессе интервью вы бы не назвали Кирилла старшим сыном. I would've never asked this question,

— Это я назвал, да? Дебил! — Отмот! I did? What a moron.

(Звук перемотки)

— Сын, в основном, старший, Кирилл, то есть, спрашивает… My older son, Kirill, often asks me...

Вы знаете, я не потому не говорю о своей личной жизни, You know, I don't talk about my private life for a different reason.

просто я себе эту жизнь выбрал сам. I chose this life myself.

Че там выберут — я не знаю, я не хочу. Да. I don't know what they'll choose. I don't want to...

— Деньги или совесть? Money or conscience?

Чтобы не расстраивать тех двух поклонников, которые у меня есть, я скажу «совесть». I don't want to disappoint the two fans I have,

Хотя, думаю, что есть моменты, когда жизнь может внести коррективы в это. Although I do think there are situations

— А у вас так бывало? Did you have those?

Сейчас, мне кажется, что нет, но вспоминая, когда я стоял в костюме банана… Not recently, I don't think.

на корпоративе… at a company party.

Не когда мне нечего было жрать, It's not even like I was starving.

а на корпоративе в костюме банана! At a company party! In a banana costume!

В шортах! Банан в шортах! Wearing shorts. A banana in shorts.

Вот слезы у меня были, я готов был кинуть эти деньги назад. I was crying.

В костюме банана. A banana costume!

Потому что банановая компания была, и им надо было, чтобы я разыграл сам с собой сценку. 'Cause it was a banana company,

Я стоял в костюме банана. I stood there in a banana costume.

Вот, были моменты. Сейчас нет. There were times.

— Так, а это нулевые? — Да какие нулевые! - Not anymore. - Was that in the aughts?

— Ну да, да, это, в общем, не так, чтобы… — А почему унизительно? Это же смешно, а вы мастер комедии! Though no, that's about right.

— Нет, нет. Я готов смешить зрителя как герой со сцены, с экрана. I'm all for making people laugh

Я как Дима Нагиев не готов быть смешным. As Dima Nagiyev, I don't want to be funny.

А здесь стоит, сука, Нагиев! В костюме банана! And here it's fucking Nagiyev! In a banana costume!

Причем он велик мне был, и верх вот так наезжал мне сюда. Plus, it was too big.

— Как вялый член! — Да, как вялый член. - Like a limp dick. - Yes. Like a limp dick.

Зачем вы это сказали, а? Why did you say that?

Я и так в интервью услышал, что у вас маленький член, и не спал всю ночь накануне. I heard in an interview that you have a small dick.

— В каком?

— Вы кому-то из героев вдруг сказали. You told one of your guests out of the blue.

Причем вас никто ведь не спрашивал, это вообще дебилизм. They didn't even ask you! That was so moronic.

Как бы идет разговор и вдруг вы такой: «А у меня маленький член». In the middle of the conversation you just went: "I have a small dick."

— А, у меня маленький член, вот. "And I have a small dick. Okay."

— Я думаю: «Зачем мне эта информация, Юрий Александрович, а?» I thought: "What's the point of me having this information, Yuri Aleksandrovich?"

— Почему так выходит? — Вы ночью смотрели? Why mention it?

— Наверняка перед сном, да. — Там была фраза: «Допустим, маленький член».

— Не было этой фразы. No, you didn't.

— Интернет все помнит. The Internet remembers.

— Хороший секс или хороший стейк? Good sex or a good steak?

— Хороший секс, хотя… Good sex. Although...

иногда… уже… sometimes it's...

как сказал Джек Николсон: As Jack Nicholson said: "Finally, all I want before bed, is to read a book."

«Наконец-то перед сном захотелось просто почитать».

Вот пока… пока… пока у меня… So far, for me

Секс побеждает стейк. sex beats a steak.

Но надо взять себя уже в руки. But it's time I grabbed hold of myself.

— Бизнес, в который вы вложились, и он приносит бабло? A business you invested in that now brings dough?

— Нет у меня такого бизнеса. Я с большим удовольствием помогаю своему брату, I don't have one.

у которого есть сеть небольших мини-отелей «Блюз». who operates a chain of small mini-hotels called

Поехали дальше. Next one.

— Рекламировать виагру или рекламировать пенсионную реформу? Promoting Viagra or the pension reform?

— Виагру, виагру. Viagra.

— Че это… Конечно, че там… Duh. Obviously.

— Оказавшись перед Владимиром Путиным в следующий раз, что вы ему скажете? When you stand before Vladimir Putin next time,

— Пятнадцать сантиметров, скажите, это не приговор? "Is 15 centimeters too cruel a punishment?"

— Интервью Ивлеевой произвело на вас впечатление? Ivleyeva's interview made an impression on you.

— Не интервью Ивлеевой, а ваш рассказ почему-то вот да. Ivleyeva's interview didn't. Your sudden confession did.

Вот почему, казалось бы. Столько вы брали интервью, а я из всего,

из всей вашей творческой биографии вдруг вспоминаю, что маленький член.

Доколе? How longeth?

(Музыкальная заставка)

— Пока мы переставлялись, я узнал, что вы знаете о Даниле Поперечном. Откуда? While we were setting up, I learned that you know about Danila Poperechnyi.

— Это сегодняшний день, будь он проклят. This is the present day, be it damned,

Наша действительность, и поэтому, ну как… of our reality.

Будете сейчас хохотать как сумасшедший, но я еще и Оксимирона слушаю. You're gonna laugh your nuts off,

— Слушаете? — В курсе, скажем так, в курсе. - You listen to him? - I am aware, let's say.

Это не то, что звучит у меня в машине или в наушниках, когда я на беговой дорожке, It's not the stuff I listen to in my car or on a treadmill,

но я, по крайней мере, отличаю, различаю их. but I at least understand and can tell them apart.

И у меня есть мнение по поводу, там, каждого из рэперов. И… I have my opinions on all the rappers.

— …как и мнение о Поперечном. — Как он вам? Он вам нравится?

— Есть вещи очень точные, есть вещи очень точные. He's said some very accurate things,

Но скорее они были точные и острые до того момента, как ему сделали замечание, but they were probably poignant and accurate

что он слишком много шутит о политике и Путине. that he jokes about politics too much.

Вот там было остро. He was poignant there.

Не всегда смешно, но, по крайней мере, много, много вот прямо откровений.

Сейчас… Now, there's a risk he'll devolve.

Есть опасность, что пойдет мазня.

Есть опасность. There is a risk.

Талантливый человек, который может себя найти, наверное, в любых условиях. Although he's a talented person, who, probably, can adapt to any situation.

Нас ведь что губит? Поток. Поточность производства.

— У вас сегодня есть еще какое-нибудь интервью? — Нет. - Are you doing another interview today? - No.

— И тем не менее, вы находитесь уже на потоке. And yet, you're already in mass production.

Когда-то это было очень ярким и, наверное, для артистов, долгожданным событием — попасть к Дудю, It used to be a standout and probably coveted happenstance for artists

потому что это было очень-очень элитарно, выборочно и опять-таки точно.

— На сегодняшний день… — После того, как придет Нагиев, ясно, что только не заходит.

— Здесь жопа начнется, да. You turned it to shit. Yes.

— Тяжело конкурировать… Это ваш велосипед, а? — Нет. It's hard to compete... Is that your bicycle?

— Не говорите мне, что вы ездите на этом говне. — Не-не.

— Вы находитесь на потоке. Мы закончились.

С приходом меня пошли уже малопопулярные и интересные персонажи. Me being here means you've got only third-rate guests left.

Дальше вы должны будете что-то сделать. You'll have to change things around.

Та же история была когда-то с «Прапорщиком Задовым». Same happened to Praporshchik Zadov.

Когда-то это было… народ хохотал. People used to laugh.

И мы вошли в «Книгу рекордов Гиннесса». We got into the Guinness Book of Records.

И цифры были на разрыв совершенно. The numbers were absolutely crazy.

Потом мы встали на поток и сняли 350 серий. Then it went into mass production, and we made 350 episodes.

Из них тоже есть шедевры, есть совершенные бриллианты, но это секунды. There were still masterpieces. Real gems.

Секунды.

Поточно… Поток пошел.

И это касается всего и всех.

Как только мы становимся на поток — завал. As soon as you start mass-producing, you're done.

(Музыкальная заставка)

— Конкурс! Что вы подарите нашим зрителям? Contest. What will be your gift to our viewers?

— Поскольку вы меня не предупредили, но я списываю это все на… — Болезненные ощущения. Because you didn't tell me in advance...

— На недуг, да (смеется). To your illness, yes.

Я очки готов передать, привезти.

— Солнцезащитные? — Ну вот да, в которых я хожу. - Sunglasses? - Yes. Ones I wear.

— Конкурс! Contest.