Watch "Life in Argentina and The Economic Crisis (advanced dialogue in Russian with subs)" on YouTube (3)

действительно есть много публикаций там и про перонизм,

и про левое движение, и про правое движение, и про

фашизм, попытки как-то подходов к этому снаряду, к осмыслению

вообще этих процессов.

Но, мне кажется, самое вот простое, что мне лично удалось

сформулировать, что здесь они на протяжении многих

лет, значит, стараются держать баланс 60 на 40.

То есть, 60 бедных людей и 40 процентов богатых людей.

То есть, вот 60 процентов тех, кого кормят за 40 процентов

тех, кто кормит.

И иногда этот баланс действительно нарушается.

Как сейчас мы видим, что действительно, количество

богатых людей, оно уменьшается.

И как следствие, здесь есть и судебная система, здесь

есть выборы, здесь есть смена власти.

И вот эти вот все штуки, они позволяют вернуть этот

баланс в привычную вот эту вот 60 на 40 формулу.

Значит, и вот сейчас будут выборы, очень будет интересно

посмотреть, что они сделают.

Потому что как будто бы вот десятки лет до этого

мы наблюдали, что там происходят, не знаю, там какие-то страшные

события: военные хунты, приходит Альфонсин, гиперинфляция.

Потом приходит Менем, и происходит десятилетие

богатой Аргентины, когда прям здесь строятся невероятной

красоты здания, там, не знаю, какие-то дороги, инвестиции,

много чего еще.

Потом наступает 99 год, 2001, кризис, там, не знаю.

Жгут покрышки.

Люди опять недовольны, бастуют.

Там, считают что-то несправедливым.

И идет опять деградация.

Потом приходит Киршнер, Нестер.

Опять же происходит какая-то вспышка богатых времен.

Сюда завозятся дорогие машины, здесь строятся

заводы, экономика развивается.

Ну и вот так вот всё и происходит.

То есть...

Макс: А почему оно так всё происходит такими волнами?

То взлёт, то падение.

То взлёт, то падение довольно часто.

Егор: Ну, ты знаешь, мне кажется, это в целом вся

экономика.

Она так в принципе устроена в мире.

То есть, если ты спросишь какого-то большого экономиста,

то он тебе тоже ответит, что у любой экономики есть

циклы.

Макс: Ну, да.

Просто вот, например, инфляция 100, вот как сейчас, 100 процентов.

То есть, вот, ну, кажется, что это какой-то вот прям...

Прям очень серьёзный кризис.

Егор: Ну, ты же понимаешь то, что, как многие экономисты

говорят, никто до сих пор не может определить, а что

такое вообще есть инфляция, её природа и как бы в чём

она выражена?

Конечно, это все выраженно и в других аспектах, где

денежная масса и денежные ресурсы нужны.

Но Аргентина в большинстве своем, у нее есть своя собственная

промышленность и свое собственное...

Своя собственная агрокультура.

Которая позволяет им как минимум не быть голодными.

То есть, здесь можно жить, в принципе, ну, не скажу,

что богато.

Но, по крайней мере, то есть, с голоду ты здесь никогда

не пропадешь в силу того, что здесь перепроизводство

именно всяческой пищевой продукции, которая идет

на экспорт.

Ну и в случае, если там эта инфляция, или даже просто

отменить национальную валюту, ну, просто представим,

что денег завтра не будет.

Ну вот просто такую совершенно сумасшедшую ситуацию.

Но как, будет ли им что-то есть?

Да, будет.

Значит, есть ли у них какая-то медицина?

Да, есть.

Ещё даже на тех мощностях, которые они успели сюда

завести.

Она довольно хорошая.

Образование.

Как я уже сказал, отсюда выходят одни из самых выдающихся

математиков.

То есть, удивительным образом, абсолютно не подчиняясь

никаким законам, оно всё как-то складывается в одну

картину.

Макс: Вот это же какая-то фраза...

По-моему, кто-то ее говорил, да много кто говорил, особенно

из классиков, про Россию.

Что, да, Умом Россию не понять,

Аршином общим не измерить: У ней особенная стать —

В Россию можно только верить.

Да, то есть вот такой же принцип, что чтобы не происходило:

какие-то конфликты, какие-то кризисы, перипетии, а все

равно каким-то образом, всем каким-то законам экономики

и так далее назло, она как-то продолжает существовать.

Что-то похожее с Аргентиной происходит?

Как тебе кажется?

То есть, в смысле, что очень сложно, наверное, математически,

как ты говоришь, аналитически как-то вот всё это описать,

всё это объяснить?

Егор: Ну ты знаешь, всё-таки в нас как в людях Европы

живёт вот эта вот школа прагматизма.

Отчасти мы под влиянием немецких школ, где всё должно

быть действительно строгим по полочкам, и всё должно

быть объяснено, каталогизировано.

Это мы серьезно видим и наблюдаем в Штатах, да.

Там в каких-то других обществах.

Но правда ведь в том, что это лишь то, как нам, как

человеку, как индивиду удобно описывать реальность.

Ну вот, мы договорились, что мы придумаем десятеричную

систему исчисления.

Нам так удобно?

Удобно.

Для этого мы все, они договорились и её применяем.

Но от того, что мы о чем-то договорились, это совершенно

не значит, что это правда.

Макс: Что реальность так работает.

Егор: Что реальность так работает.

Поэтому возможно, вполне допускаю, что природа как

раз таки вот здесь на этих математических моделях

нам говорит, что «чуваки, вы кое-что забыли».

Есть еще кое-какие штуки, которые может быть надо

учитывать.

А может быть, нет.

А может быть, есть какая-то погрешность.

А может быть, есть какая-то вероятность.

А может быть, у этой вероятности есть какой-то другой исход.

А может быть, какой-то вот отход от общей кривой.

То есть, мы не можем всё рассчитать.

Мы можем определить.

Определённые рамки там, да.

Некоторые вот какие-то направления, может быть

тренды.

Но мы не можем сказать все наперед как оно должно

быть и почему оно так работает.

И здесь, действительно, и в России, и там, не знаю,

Дали говорил про Мексику yo no puedo vivir en país que mas surrealista

que mis pinturas, да, я не могу жить в стране, которая более

сюрреалистична, чем мои работы.

И, ну, Аргентина - это тоже про это.

И в принципе Латинская Америка про это.

Потому что здесь все довольно сюрреалистично.

Макс: Интересно.

Интересный ход мыслей.

И еще заканчивая тему с экономикой.

Лично ты чувствуешь какие-либо, не знаю, неудобства, проблемы?

Лично на тебя как-то повлияло?

Влияет ли, влияет ли на тебя как-то экономическая

ситуация, которая сейчас в Аргентине?

Просто это вопрос от слушателей, а не от тех, кто смотрит

нас, от смотрящих.

Они говорили: "Макс, ну вот в Аргентине сейчас такая

ситуация, у нас по телевизионным каналам или по радио говорят,

что это влияет сильно на жизнь людей".

И вот на твою жизнь, и, может быть, на жизнь аргентинцев

как это влияет?

Егор: Это влияет.

Это влияет очень сильно, потому что это требует

как раз таки трансформации и менталитета, и мышления.

И очень важно понимать, ну, вот у меня немножко

циничная в этом смысле логика.

Что, значит, не знаю, там для стрижки газона ты используешь

газонокосилку, да.

Для там, не знаю, какого-нибудь заварки кофе кофейник.

То есть, если человек изначально придумал хорошую финансовую

систему где-нибудь в Швейцарии или в Германии, или в Штатах.

Или там, не знаю, дал нам хорошие налоговые ставки

в определенных юрисдикциях.

То, как бы самое грамотное этим пользоваться, а не

игнорировать.

Да, потому что это нормально.

И странно пытаться экстраполировать какую-то отдельную взятую

страну в мире или там пытаться представить, что вот где-то

на свете есть такой рай, где все прям сошлось.

Да, то есть бывают просто условия, которые ты готов

принимать и которые ты не готов принимать.

Вот по уровню жизни, по комфорту жизни, по вообще

сути нахождения здесь это великолепная страна.

Другой вопрос, что, если у тебя стоит задача построить

бизнес, как я уже сказал.

Если ты хочешь наладить какую-то финансовую работу

своей структуры.

Там, не знаю, синдикализировать свой траст, свои средства,

да.

То есть, ну, конечно, не нужно стараться и стремиться

думать, что здесь есть ответы на все твои вопросы.

Нет.

Такого нигде нету.

Это нормально.

Поэтому что-то у тебя будет в одной стране, что-то в

другой.

Что-то ты будешь делать вон там вот, да.

Пиво ты будешь пить немецкое, там, и это нормально.

Хамон ты будешь есть испанский.

То есть, ну, потому что это нормально.

Мы живем в очень многообразном мире, где есть лучшее во

многих культурах.

И когда ты все это сочетаешь, ты как раз таки оказываешься

в такой мультикультуралистической среде вроде Аргентины,

которую основали эмигранты, и где вот эти вот культуры

с разных сторон совмещаются.

Потому что, еще раз, даже здесь вот если ты хочешь

там какой-то немецкой строгости, ну, тут есть город, по-моему,

Хенераль Бельграно, куда можно отъехать и там проходят

Октоберфесты.

Это чисто этническая немецкая деревушка, где ну вот прям

они довольно обособлены живут.

И соблюдают свою культуру, сохраняют её и развивают

её.

Есть такие же колонии там и каких-нибудь шотландцев,

уэльсов, ну то есть, много кого еще.

Поэтому здесь просто нужно для себя в первую очередь

определить, что ты хочешь, и понять, что этому будет

лучше всего соответствовать.

Но если ты говоришь, если мы говорим о комфорте жизни

и о стоимости этой жизни, то, наверное, по соотношению

цена-качество такого как в Аргентине найти очень

сложно.

Макс: Хорошо, спасибо!

Последний тогда, наверное, вопрос к тебе.

Многие сейчас наши соотечественники и русскоязычные люди вообще

выбирают Аргентину для жизни.

Как ты думаешь, почему?

Что людей сюда влечет, и почему люди сейчас выбирают

именно Аргентину среди множества других стран?

Наверное, подытоживая все то, что ты говорил, но тем

не менее.

Егор: Ну, ты знаешь, вот я, наверное, ни разу не пожалел,

что мы сюда приехали.

Там, безусловно, были трудные моменты, и они будут у всех,

кто исходит из одной точки, где они привыкли жить.

Особенно если у них никогда до этого не было никаких

переездов, и они всю жизнь жили в одном доме.

Для них это будет ужасным потрясением вот сто процентов.

Но факт в том, что, на самом деле, то, что я вижу здесь

- это очень комфортно, довольно бюджетно, относительно

безопасно.

Ну и в целом, перспективно.

Да, потому что как бы есть еще очень важная вещь, о

которой мы не поговорили - это вещь о возможности

легализации здесь.

Да, возможности получения здесь прав.

И поскольку страна, которая открыта для эмигрантов

в своем законе опять же рассказывает о том, какие

у мигрантов есть права.

И представить, что у мигранта есть права где-нибудь там

в старом свете, ну, то есть вот банально что у детей

этого мигранта есть право на бесплатное образование.

Право.

Да, то есть он может пойти, отвести в государственную

школу записать или там на бесплатную медицину.

Ну, на мой взгляд, это довольно...

Что-то что-то на фантастическом языке.

Макс: Ну, насколько я знаю, вот, по-моему, в Португалии

как раз тоже есть бесплатное образование и школа для

людей.

Егор: Но смотри.

Опять же, здесь это настолько, ну, скажем так, считается

настолько обязательным, что, ну вот сложно себе

представить ребенка, который здесь не учится.

Да, то есть даже вот мы когда ходим по улицам и видим

там, не знаю, лежит какой-нибудь бомжик, у него рядом ребенок

его сидит в тетрадке что-то рисует, что-то пишет.

То есть, видно, что этот ребенок там, да, он живет

на улице, но завтра он пойдет в государственную школу.

И вот это...

Да, там может быть есть вопрос качества образования,

да, там есть проблемы.

Нет ни одной страны, где нет проблем.

Но факт в том, что есть тенденция, есть стремление.

Вот.

Поэтому как бы мы лично ни разу не пожалели о том,

куда мы попали и почему мы оказались здесь.

Нам в целом здесь довольно комфортно.

И те ожидания, которые у нас были, и в целом вот,

ну, общий вектор того, что в Европе сейчас там происходит,

эта вот заваруха, боевые действия какие-то, не знаю,

землетрясения в Турции, что-то ещё.

Ну, опять же, я воспринимаю это как некий знак свыше,

что чуваки, ну, значит очередной временной период, когда

нужно свалить из Европы куда-то в другое место.

И вот мы оказались здесь в Аргентине в Новом свете.

Смотрим, изучаем, уникальная совершенно возможность

приблизиться к этой культуре, понять ее лучше, да.

Может быть, дать что-то ей.

Но безусловно получить очень много от нее.

Макс: Что бы ты мог посоветовать людям, которые задумываются

о том, чтобы приехать сюда, ну, скажем, жить?

Егор: Ну, во-первых, нужно для себя как-то разъяснить

и поговорить, проговорить, что переезд - это всегда

непросто.

Это не поход в супермаркет, да, это не решение в один

клик.

Это довольно сложный процесс, который будет трансформировать

вашу личность.

То есть, вас самих.

И вы поменяетесь.

Скажем так, обратно таким же как вы были вы не вернетесь.