×

Χρησιμοποιούμε cookies για να βελτιώσουμε τη λειτουργία του LingQ. Επισκέπτοντας τον ιστότοπο, συμφωνείς στην cookie policy.


image

TrashSmash (Валентин Конон), Фрик-Шоу [Савельев] | ПОВЕЛИТЕЛЬ МОЗГА (1)

Фрик-Шоу [Савельев] | ПОВЕЛИТЕЛЬ МОЗГА (1)

Савельев!

Профессор!

Доктор, это... синдром Туретта?

Нет, это синдром Савельева.

Генетика - это не наука!

"Генетика, она... на 90% построена на том, что надо ВЕРИТЬ!"

Насколько он компетентен?

ВЕРЬТЕ!

Савельллуйя!

Абсолютно искусственно раздутый "научной авторитет"...

А теперь представьте, что творится в областях, которые выходят за границы его мнимой компетенции.

Пожалуй, центральное место во всей этой истории с Савельевым будет занимать его идея церебрального сортинга,

идея о том, что можно выявить точную локализацию сложных психических процессов и функций на основании... чего бы, вы думали?

Размера тех областей мозга, которые отвечают за эти психические процессы!

После чего осуществлять отбор людей по данным признакам, строя "дивный новый мир".

"Предлагаю устроить церебральный сортинг..."

"И отбирать людей по конструкции мозга - поскольку она очень изменчива - это позволит создать,

значит, людей под конкретные задачи, то есть отобрать из имеющихся".

Перспективы, который открывает идея "профессора", не ограничиваются лишь отбором одаренных людей,

Савельев обещает помощь в устройстве личной жизни.

"Там, э-э-э, человек будет с женщиной выходить замуж, а с мужчиной - жениться...

на людей, с конструкцией мозга которых более-менее похожи..."

"Они сунули голову.

Томографы им сказали: "Нет, у вас есть совпадения, но их слишком мало для того, чтобы вы прожили [вместе] десять лет".

В общем, практических применений для своей концепции Савельев может найти очень и очень много.

Она кажется весьма соблазнительной.

Вот только в ней кроется не одна, не две,

а целых 3 фундаментальных ошибки.

Во-первых, идея о локализации сложных психических процессов, талантов и способностей

в конкретных, строго очерченных участках нашего мозга далеко не нова.

Еще в начале 19 века Франц Йозеф Галль высказал мысль

о тесной связи способностей и размеров отдельных, строго ограниченных участков мозга, которые,

разрастаясь, образуют соответствующие выпуклости на черепе.

Анализ этих выпуклостей якобы позволял определить таланты человека.

Галль назвал эту идею френологией, и первые френологические карты даже имели какой-то успех,

но вскоре исследователи того времени разочаровались в данном подходе, и на смену ему пришли иные,

вроде как более научные попытки выделить функциональные зоны коры на основании наблюдения

за поведением человека после повреждения определенных участков мозга.

Период 1870-х годов отличился тем, что множество исследователей нашли множество зон ограниченной локализации функций в коре головного мозга:

центр понятий, центр счета, центр письма, центр ориентировки в пространстве и т.д., и т.п.

На основании этих данных сторонники узкого локализационизма

создали целый ряд гипотетических карт локализации функций в коре головного мозга.

Например, немецкий психиатр, Клейст в 1934 году опубликовал одну из подробнейших карт такого рода.

Но подобные представления были далеко не у всех ученых того времени.

Уже в 1 половине 20 века ряд неврологов указал на то, что принцип узкой локализации отлично применим

к элементарным физиологическим функциям, однако его едва ли можно перенести на формы

сложной психической деятельности, характерные для человека.

Со временем специалисты пересмотрели свой подход, и на смену понятия "функция" пришло понятие "функциональная система",

обозначающая, что даже такие сравнительно простые физиологические процессы, как дыхание, не являются следствием работы лишь ОДНОГО звена.

По этому поводу в контексте рассуждения о, так называемом, дыхательном центре высказался один из самых известных физиологов России - Павлов.

"Павлов, хех, и Бехтерев, ха-ха-ха-ха...

довольно смешные персонажи".

Ну, да, куда им до нашего великого "профессора"?

Ну, а более современные исследования также показывают реализацию этого принципа функциональных систем.

Даже если мы возьмем самый популярный хрестоматийный пример -

реализацию речевых функций, то узнаем, что с 19 века считалось, будто за это отвечают лишь 2 области:

область Вернике и Брока, но сегодня мы знаем, что в реализацию речевых функций также вовлечены:

мост, часть стриатума, базальные ядра и мозжечок - картина УЖЕ становится значительно сложнее.

Так что подобный подход позволил продвинуть очень и очень далеко наше понимание о связи функций головного мозга и поведения.

А с момента открытия такой структуры, как ретикулярная формация, никто всерьез и не рассматривал попытки найти

локализацию сложных психических процессов лишь на аппаратах коры головного мозга.

Исследователи, получив новые сведения, отказались от узкого локализационизма.

Возьмем для примера такой симптом повреждения мозга, как апраксия,

заключающийся в нарушении целенаправленных движений при сохранении их элементарных форм.

Новый подход подразумевал рассмотрение произвольных движений не как деятельности отдельного сектора коры,

а как итога работы функциональной СИСТЕМЫ.

Ведь для самого обычного произвольного движения мозгу необходимо:

1) обработать кинестетические импульсы, которые сообщают о положении движущейся конечности:

если такие чувствительные импульсы, идущие к постцентральной области коры, выпадают, мы уже будем наблюдать одну из форм апраксии;

2) далее нашему мозгу необходимо координировать движение в пространстве, что обеспечивается участием третичных теменно-затылочных отделов коры,

куда стекаются импульсы от зрительного, вестибулярного и кожно-кинестетического анализаторов.

При нарушении данного функционального звена мы вновь будем наблюдать апраксию.

Кроме того, нашему мозгу необходимо: 3) организовать ряд последовательных актов движения при выполнении того или иного сложного действия,

и тут работают как базальные двигательные узлы, так и примоторные отделы коры.

И поражение этих отделов также будет вызывать свою апраксию.

Но мало того, для выполнения сложного произвольного движения нам также необходимо: 4) поставить цель,

а, как известно, это происходит при непосредственном участии лобных долей мозга.

И, понимаете, это всего лишь ОДНО сложное произвольное движение,

которое, как и ЛЮБОЕ действие, разные люди могут выполнять с ОДИНАКОВОЙ эффективностью, задействовав в разной степени разные области коры.

А теперь представьте последовательность тех звеньев, что участвует в реализации сложных психических функций.

Представьте, насколько сложны наши когнитивные процессы.

Прибавьте к этому молекулярно-генетические факторы:

например, найдено как минимум 70 областей на хромосомах, ассоциированных с образовательными достижениями,

и Вы поймете, почему рассуждение "профессора" не только не соответствует

установленным закономерностям реализации процессов высшей нервной деятельности,

но и в корне своем являются не более, чем примитивными фантазиями, очень близкими к идеям первых френологов.

Во-вторых, высшие формы психической деятельности человека не существуют

изолированно, сами по себе, они опираются на вспомогательные средства, такие, как язык или система счисления,

ведь, как известно, психика человека формируется социально опосредованно.

Глупо было бы не учитывать влияние средовых факторов,

которые невероятно сильно вовлечены в формирование и реализацию наших умений и навыков.

Так, например, хорошо всем знакомый стереотип о математических способностях мальчиков, превосходящих таковые у девочек,

проявляется у детей уже во 2 классе, что, безусловно, влияет на их специализацию и самооценку в зависимости от пола даже тогда,

когда никакой разницы в успеваемости по математике еще НЕТ.

И удивительным образом этот гендерный разрыв в математике очень сильно разнится от страны к стране.

Там, где стереотип наименее поощряется образовательной системой, например,

Норвегия или страны Азии, мы вообще перестаем его наблюдать.

Все это говорит об очень серьезном влиянии даже МНЕНИЯ нашего окружения на проявление и реализацию тех или иных способностей.

Более того, не только ментальные вспомогательные средства вроде языка, но также и внешние

технологические инструменты играют свою роль в формировании сознательной деятельности человека.

Я проиллюстрирую: например, "ментальные калькуляторы", то есть люди с выдающимися способностями к вычислению очень больших чисел,

невероятно сильно ценились в крупнейшей лаборатории физических исследований, ЦЕРН, но так было до изобретения нами

электронного калькулятора, а затем и компьютера, который позволил освободить целые ГРУППЫ людей, задействованных для рутинных вычислений.

Серьезно, с 17 века до появления доступных компьютеров

большие объемы вычислений выполнял целый поток, эдакий "конвейер живых душ", каждая из которых производила однотипные операции.

В конце концов, современное человечество никогда бы не достигло таких высот без технологических средств:

от примитивных счетов до современных суперкомпьютеров - все это вещи,

которые также участвуют в формировании высших видов сознательной деятельности человека.

Ну, и, наконец, в-третьих,

люди о-очень изменчивые, локализация высших психических функций не постоянна, она изменяется в зависимости от возраста, обучения тому или иному навыку,

травм, всего нашего предшествующего опыта - все это было хорошо известно уже множеству советских исследователей.

Опыты с так называемыми "вызванными потенциалами", ясно показывающие изменения в активности коры головного мозга по мере освоения того или иного навыка,

воспроизводились очень многими советскими учеными, а клинические примеры восстановления нарушенных в результате повреждений мозга психических функций

вообще стали чуть ли не хрестоматийными.

Все это подтверждается и современными исследованиями пластичности нервной системы (или нейропластичности),

ясно показывающими, что наш сенсорный опыт способен не только изменять метаболическую активность нейронов,

экспрессию генов, структурно перестраивать старые и организовывать новые нейронные цепи, но также, по-видимому,

влияет на анатомическую структуру областей коры головного мозга и объем гиппокампа.

"Они задают те вопросы, на которые дал ответ еще 200 лет назад Франц Йосиф Галль".

Так что Савельев с его... назовем это новой френологией,

предлагает нам вернуться к устаревший неврологической концепции, но мало того, еще и и использовать ее для

построения человеческого общества, что просто немыслимо даже не столько этически

- мы и сейчас вполне успешно отбираем людей с разными способностями и задатками к той или иной деятельности:

спорт и образование тому примеры - сколько учитывая весь тот научный опыт

накопленный еще с 20 века, который никак не соотносится с идеями "профессора".

Впрочем, это не мешает фанатам Савельева оправдывать его некой научной компетенцией,

которая, как мы убедились еще в первой части, не более, чем пиар-пузырь,

что лопается при анализе его "научных достижений".

Но даже если мы забудем об этом моменте и предположим, что "профессор"

действительно разбирается в своей предметной области очень и очень хорошо, то встает другой вопрос:

а с чего вы взяли, что человек, чьей предметной областью является лишь строение головного мозга

и его морфология, вдруг становится специалистом в поведении и реализации психических функций человека?

Разве слесарь Вася, что паяет схемы на московском электроламповом заводе,

много вам может рассказать о современных языках программирования?

Вряд ли. Но я знаю того, чья компетенция несравнимо выше.

Александр Романович Лурия.

Если Вы - целевая аудитория Савельева, то вряд ли Вы о нем слышали, а меж тем этот человек заложил основы современной нейропсихологии -

дисциплины, изучающей функции и строение мозга в контексте связи с психическими процессами и поведением.

Начало трудам Лурии в этой области было положено еще в 1940-х годах.

Он разработал новый подход к проблеме локализации высших психических функций,

а его работы по углубленному анализу функционирования различных областей мозга и интегративных процессов в мозге в целом

цитируют в научной среде ДО СИХ ПОР.

Многочисленные международные нейропсихологические конференции называют в его честь в знак признательности за то наследие, что он оставил.

Если вас реально интересует проблема связи функций мозга и психической деятельности человека, то

"Основы нейропсихологии" - это то, с чего, пожалуй, стоит начать.

Сведения в том числе и из этой его книги я приводил ранее для иллюстрации фундаментальной невозможности реализации идей Савельева.

Основное достижение Лурии состоит в установлении того факта, что любая психическая деятельность

является сложной функциональной системой, в осуществление которой вовлекается целый комплекс совместно работающих зон

мозговой коры и подкорковых структур, во многих случаях делающих проявления нашей психики очень разнородными, но все так же эффективными.

И, кстати, это одна из причин, почему рассуждения о половых различиях в строении головного мозга,

якобы доказывающие худшую приспособленность женщин к решению интеллектуальных задач,

и тому подобный нейросексизм являются лишь спекуляцией.

К слову о спекуляциях, рассуждения "профессора" в области эволюции полов заслуживают отдельного упоминания.

"Поэтому женщины носят каблучки, потому что они интуитивно такие же точно мартышки, да.

Вот и пытаются объединить ноги для того, чтобы вызвать инстинктивную половую реакцию у мальчиков".

А значит ли это, что мужчины,

которые с таким энтузиазмом носили каблуки в 18 веке,

на самом деле хотели вызвать

"...инстинктивную половую реакцию у мальчиков"?

Мда-а, ну, а про инстинкты у человека, которые 'доктор биологических наук', по-видимому,

регулярно путает с РЕФЛЕКСАМИ, я просто промолчу.

"Это врожденная система инстинктов.

Поясню: никто ж вас не учил дышать, то есть, это врожденная форма то, что они требуют никакого ума, ничего..."

"...таких врожденных инстинктов очень много".

А чего стоит его высказывание об интеллекте женщин?

М-м-м, просто сказка!

"У женщин другая задача, не интеллектуальная, а женщины - это основная цель, репродуктивная..."

"Женский мозг всегда меньше мужского. А в чем конкретно, за счет чего женский мозг меньше?

За счет ассоциативных зон, которые располагаются у нас в лобной и нижней теменной области,

эти зоны определяют творческие способности, то есть тот самый интеллектуальный потенциал их не беспокоит,

сказать, о том, что будет с планетой через 2 миллиарда лет; их беспокоит, как хорошо накормить ребенка,

как его вырастить, как добыть мужа: непьющего, трезвого, желательно, идиота и богатого".

Э-эх, во-первых, откуда Савельев взял эту информацию о меньших ассоциативных зонах, совершенно неясно,

ибо среди всех тех различий, что так скрупулезно искали сотни исследователей с применением самых последних методик и технологий,

подобной разницы в фронтальной и нижней теменной области не было обнаружено, даже напротив:

в метаанализе 2014 года на тему половых различий в мозге сообщается, что


Фрик-Шоу [Савельев] | ПОВЕЛИТЕЛЬ МОЗГА (1) Freak Show [Saveliev] | Brain GOVERNOR (1) Freak Show [Saveliev] | BROADBOW GOVERNMENT (1)

Савельев!

Профессор!

Доктор, это... синдром Туретта?

Нет, это синдром Савельева.

Генетика - это не наука!

"Генетика, она... на 90% построена на том, что надо ВЕРИТЬ!"

Насколько он компетентен?

ВЕРЬТЕ!

Савельллуйя!

Абсолютно искусственно раздутый "научной авторитет"...

А теперь представьте, что творится в областях, которые выходят за границы его мнимой компетенции.

Пожалуй, центральное место во всей этой истории с Савельевым будет занимать его идея церебрального сортинга,

идея о том, что можно выявить точную локализацию сложных психических процессов и функций на основании... чего бы, вы думали?

Размера тех областей мозга, которые отвечают за эти психические процессы!

После чего осуществлять отбор людей по данным признакам, строя "дивный новый мир".

"Предлагаю устроить церебральный сортинг..."

"И отбирать людей по конструкции мозга - поскольку она очень изменчива - это позволит создать,

значит, людей под конкретные задачи, то есть отобрать из имеющихся".

Перспективы, который открывает идея "профессора", не ограничиваются лишь отбором одаренных людей,

Савельев обещает помощь в устройстве личной жизни.

"Там, э-э-э, человек будет с женщиной выходить замуж, а с мужчиной - жениться...

на людей, с конструкцией мозга которых более-менее похожи..."

"Они сунули голову.

Томографы им сказали: "Нет, у вас есть совпадения, но их слишком мало для того, чтобы вы прожили [вместе] десять лет".

В общем, практических применений для своей концепции Савельев может найти очень и очень много.

Она кажется весьма соблазнительной.

Вот только в ней кроется не одна, не две,

а целых 3 фундаментальных ошибки.

Во-первых, идея о локализации сложных психических процессов, талантов и способностей

в конкретных, строго очерченных участках нашего мозга далеко не нова.

Еще в начале 19 века Франц Йозеф Галль высказал мысль

о тесной связи способностей и размеров отдельных, строго ограниченных участков мозга, которые,

разрастаясь, образуют соответствующие выпуклости на черепе.

Анализ этих выпуклостей якобы позволял определить таланты человека.

Галль назвал эту идею френологией, и первые френологические карты даже имели какой-то успех,

но вскоре исследователи того времени разочаровались в данном подходе, и на смену ему пришли иные,

вроде как более научные попытки выделить функциональные зоны коры на основании наблюдения

за поведением человека после повреждения определенных участков мозга.

Период 1870-х годов отличился тем, что множество исследователей нашли множество зон ограниченной локализации функций в коре головного мозга:

центр понятий, центр счета, центр письма, центр ориентировки в пространстве и т.д., и т.п.

На основании этих данных сторонники узкого локализационизма

создали целый ряд гипотетических карт локализации функций в коре головного мозга.

Например, немецкий психиатр, Клейст в 1934 году опубликовал одну из подробнейших карт такого рода.

Но подобные представления были далеко не у всех ученых того времени.

Уже в 1 половине 20 века ряд неврологов указал на то, что принцип узкой локализации отлично применим

к элементарным физиологическим функциям, однако его едва ли можно перенести на формы

сложной психической деятельности, характерные для человека.

Со временем специалисты пересмотрели свой подход, и на смену понятия "функция" пришло понятие "функциональная система",

обозначающая, что даже такие сравнительно простые физиологические процессы, как дыхание, не являются следствием работы лишь ОДНОГО звена.

По этому поводу в контексте рассуждения о, так называемом, дыхательном центре высказался один из самых известных физиологов России - Павлов.

"Павлов, хех, и Бехтерев, ха-ха-ха-ха...

довольно смешные персонажи".

Ну, да, куда им до нашего великого "профессора"?

Ну, а более современные исследования также показывают реализацию этого принципа функциональных систем.

Даже если мы возьмем самый популярный хрестоматийный пример -

реализацию речевых функций, то узнаем, что с 19 века считалось, будто за это отвечают лишь 2 области:

область Вернике и Брока, но сегодня мы знаем, что в реализацию речевых функций также вовлечены:

мост, часть стриатума, базальные ядра и мозжечок - картина УЖЕ становится значительно сложнее.

Так что подобный подход позволил продвинуть очень и очень далеко наше понимание о связи функций головного мозга и поведения.

А с момента открытия такой структуры, как ретикулярная формация, никто всерьез и не рассматривал попытки найти

локализацию сложных психических процессов лишь на аппаратах коры головного мозга.

Исследователи, получив новые сведения, отказались от узкого локализационизма.

Возьмем для примера такой симптом повреждения мозга, как апраксия,

заключающийся в нарушении целенаправленных движений при сохранении их элементарных форм.

Новый подход подразумевал рассмотрение произвольных движений не как деятельности отдельного сектора коры,

а как итога работы функциональной СИСТЕМЫ.

Ведь для самого обычного произвольного движения мозгу необходимо:

1) обработать кинестетические импульсы, которые сообщают о положении движущейся конечности:

если такие чувствительные импульсы, идущие к постцентральной области коры, выпадают, мы уже будем наблюдать одну из форм апраксии;

2) далее нашему мозгу необходимо координировать движение в пространстве, что обеспечивается участием третичных теменно-затылочных отделов коры,

куда стекаются импульсы от зрительного, вестибулярного и кожно-кинестетического анализаторов.

При нарушении данного функционального звена мы вновь будем наблюдать апраксию.

Кроме того, нашему мозгу необходимо: 3) организовать ряд последовательных актов движения при выполнении того или иного сложного действия,

и тут работают как базальные двигательные узлы, так и примоторные отделы коры.

И поражение этих отделов также будет вызывать свою апраксию.

Но мало того, для выполнения сложного произвольного движения нам также необходимо: 4) поставить цель,

а, как известно, это происходит при непосредственном участии лобных долей мозга.

И, понимаете, это всего лишь ОДНО сложное произвольное движение,

которое, как и ЛЮБОЕ действие, разные люди могут выполнять с ОДИНАКОВОЙ эффективностью, задействовав в разной степени разные области коры.

А теперь представьте последовательность тех звеньев, что участвует в реализации сложных психических функций.

Представьте, насколько сложны наши когнитивные процессы.

Прибавьте к этому молекулярно-генетические факторы:

например, найдено как минимум 70 областей на хромосомах, ассоциированных с образовательными достижениями,

и Вы поймете, почему рассуждение "профессора" не только не соответствует

установленным закономерностям реализации процессов высшей нервной деятельности,

но и в корне своем являются не более, чем примитивными фантазиями, очень близкими к идеям первых френологов.

Во-вторых, высшие формы психической деятельности человека не существуют

изолированно, сами по себе, они опираются на вспомогательные средства, такие, как язык или система счисления,

ведь, как известно, психика человека формируется социально опосредованно.

Глупо было бы не учитывать влияние средовых факторов,

которые невероятно сильно вовлечены в формирование и реализацию наших умений и навыков.

Так, например, хорошо всем знакомый стереотип о математических способностях мальчиков, превосходящих таковые у девочек,

проявляется у детей уже во 2 классе, что, безусловно, влияет на их специализацию и самооценку в зависимости от пола даже тогда,

когда никакой разницы в успеваемости по математике еще НЕТ.

И удивительным образом этот гендерный разрыв в математике очень сильно разнится от страны к стране.

Там, где стереотип наименее поощряется образовательной системой, например,

Норвегия или страны Азии, мы вообще перестаем его наблюдать.

Все это говорит об очень серьезном влиянии даже МНЕНИЯ нашего окружения на проявление и реализацию тех или иных способностей.

Более того, не только ментальные вспомогательные средства вроде языка, но также и внешние

технологические инструменты играют свою роль в формировании сознательной деятельности человека.

Я проиллюстрирую: например, "ментальные калькуляторы", то есть люди с выдающимися способностями к вычислению очень больших чисел,

невероятно сильно ценились в крупнейшей лаборатории физических исследований, ЦЕРН, но так было до изобретения нами

электронного калькулятора, а затем и компьютера, который позволил освободить целые ГРУППЫ людей, задействованных для рутинных вычислений.

Серьезно, с 17 века до появления доступных компьютеров

большие объемы вычислений выполнял целый поток, эдакий "конвейер живых душ", каждая из которых производила однотипные операции.

В конце концов, современное человечество никогда бы не достигло таких высот без технологических средств:

от примитивных счетов до современных суперкомпьютеров - все это вещи,

которые также участвуют в формировании высших видов сознательной деятельности человека.

Ну, и, наконец, в-третьих,

люди о-очень изменчивые, локализация высших психических функций не постоянна, она изменяется в зависимости от возраста, обучения тому или иному навыку,

травм, всего нашего предшествующего опыта - все это было хорошо известно уже множеству советских исследователей.

Опыты с так называемыми "вызванными потенциалами", ясно показывающие изменения в активности коры головного мозга по мере освоения того или иного навыка,

воспроизводились очень многими советскими учеными, а клинические примеры восстановления нарушенных в результате повреждений мозга психических функций

вообще стали чуть ли не хрестоматийными.

Все это подтверждается и современными исследованиями пластичности нервной системы (или нейропластичности),

ясно показывающими, что наш сенсорный опыт способен не только изменять метаболическую активность нейронов,

экспрессию генов, структурно перестраивать старые и организовывать новые нейронные цепи, но также, по-видимому,

влияет на анатомическую структуру областей коры головного мозга и объем гиппокампа.

"Они задают те вопросы, на которые дал ответ еще 200 лет назад Франц Йосиф Галль".

Так что Савельев с его... назовем это новой френологией,

предлагает нам вернуться к устаревший неврологической концепции, но мало того, еще и и использовать ее для

построения человеческого общества, что просто немыслимо даже не столько этически

- мы и сейчас вполне успешно отбираем людей с разными способностями и задатками к той или иной деятельности:

спорт и образование тому примеры - сколько учитывая весь тот научный опыт

накопленный еще с 20 века, который никак не соотносится с идеями "профессора".

Впрочем, это не мешает фанатам Савельева оправдывать его некой научной компетенцией,

которая, как мы убедились еще в первой части, не более, чем пиар-пузырь,

что лопается при анализе его "научных достижений".

Но даже если мы забудем об этом моменте и предположим, что "профессор"

действительно разбирается в своей предметной области очень и очень хорошо, то встает другой вопрос:

а с чего вы взяли, что человек, чьей предметной областью является лишь строение головного мозга

и его морфология, вдруг становится специалистом в поведении и реализации психических функций человека?

Разве слесарь Вася, что паяет схемы на московском электроламповом заводе,

много вам может рассказать о современных языках программирования?

Вряд ли. Но я знаю того, чья компетенция несравнимо выше.

Александр Романович Лурия.

Если Вы - целевая аудитория Савельева, то вряд ли Вы о нем слышали, а меж тем этот человек заложил основы современной нейропсихологии -

дисциплины, изучающей функции и строение мозга в контексте связи с психическими процессами и поведением.

Начало трудам Лурии в этой области было положено еще в 1940-х годах.

Он разработал новый подход к проблеме локализации высших психических функций,

а его работы по углубленному анализу функционирования различных областей мозга и интегративных процессов в мозге в целом

цитируют в научной среде ДО СИХ ПОР.

Многочисленные международные нейропсихологические конференции называют в его честь в знак признательности за то наследие, что он оставил.

Если вас реально интересует проблема связи функций мозга и психической деятельности человека, то

"Основы нейропсихологии" - это то, с чего, пожалуй, стоит начать.

Сведения в том числе и из этой его книги я приводил ранее для иллюстрации фундаментальной невозможности реализации идей Савельева.

Основное достижение Лурии состоит в установлении того факта, что любая психическая деятельность

является сложной функциональной системой, в осуществление которой вовлекается целый комплекс совместно работающих зон

мозговой коры и подкорковых структур, во многих случаях делающих проявления нашей психики очень разнородными, но все так же эффективными.

И, кстати, это одна из причин, почему рассуждения о половых различиях в строении головного мозга,

якобы доказывающие худшую приспособленность женщин к решению интеллектуальных задач,

и тому подобный нейросексизм являются лишь спекуляцией.

К слову о спекуляциях, рассуждения "профессора" в области эволюции полов заслуживают отдельного упоминания.

"Поэтому женщины носят каблучки, потому что они интуитивно такие же точно мартышки, да.

Вот и пытаются объединить ноги для того, чтобы вызвать инстинктивную половую реакцию у мальчиков".

А значит ли это, что мужчины,

которые с таким энтузиазмом носили каблуки в 18 веке,

на самом деле хотели вызвать

"...инстинктивную половую реакцию у мальчиков"?

Мда-а, ну, а про инстинкты у человека, которые 'доктор биологических наук', по-видимому,

регулярно путает с РЕФЛЕКСАМИ, я просто промолчу.

"Это врожденная система инстинктов.

Поясню: никто ж вас не учил дышать, то есть, это врожденная форма то, что они требуют никакого ума, ничего..."

"...таких врожденных инстинктов очень много".

А чего стоит его высказывание об интеллекте женщин?

М-м-м, просто сказка!

"У женщин другая задача, не интеллектуальная, а женщины - это основная цель, репродуктивная..."

"Женский мозг всегда меньше мужского. А в чем конкретно, за счет чего женский мозг меньше?

За счет ассоциативных зон, которые располагаются у нас в лобной и нижней теменной области,

эти зоны определяют творческие способности, то есть тот самый интеллектуальный потенциал их не беспокоит,

сказать, о том, что будет с планетой через 2 миллиарда лет; их беспокоит, как хорошо накормить ребенка,

как его вырастить, как добыть мужа: непьющего, трезвого, желательно, идиота и богатого".

Э-эх, во-первых, откуда Савельев взял эту информацию о меньших ассоциативных зонах, совершенно неясно,

ибо среди всех тех различий, что так скрупулезно искали сотни исследователей с применением самых последних методик и технологий,

подобной разницы в фронтальной и нижней теменной области не было обнаружено, даже напротив:

в метаанализе 2014 года на тему половых различий в мозге сообщается, что