×

Мы используем cookie-файлы, чтобы сделать работу LingQ лучше. Находясь на нашем сайте, вы соглашаетесь на наши правила обработки файлов «cookie».


image

Гарри Поттер и узник Азкабана, Глава 10. Карта мародеров

Глава 10. Карта мародеров

Глава 10. Карта мародеров

По настоянию мадам Помфри Гарри пролежал в больнице все выходные. Он ни на что не жаловался, не спорил, но не позволил ей выкинуть щепки и прутики, оставшиеся от «Нимбуса». Он знал, что это глупо, что метлу не починить, но ничего не мог с собой поделать: как будто потерял самого лучшего друга.

Гарри навещали друзья, старались приободрить. В субботу вечером Хагрид прислал охапку желтых цветов, похожих на кочаны капусты. Джинни Уизли, отчаянно краснея, подарила самодельную открытку с пожеланием скорейшего выздоровления. Открытка сама собой раскрывалась и пела истошным голосом, так что Гарри пришлось придавить ее вазой с фруктами. В воскресенье утром в палату ввалилась вся факультетская команда, и Оливер Вуд замогильным голосом сообщил, что ни в чем Гарри не винит. Рон и Гермиона сидели у Гарри с утра до ночи. А Гарри по-прежнему был в подавленном состоянии, и никто не догадывался, что дело не только в метле или проигрыше.

Он никому не рассказал о Гриме, даже Рону с Гермионой. Рон испугается, а Гермиона фыркнет: она не верила предсказаниям профессора Трелони. Но никуда не денешься: Грим уже дважды являлся, и дважды Гарри едва не погиб. Первый раз чуть не попал под волшебный автобус, теперь вот упал с такой высоты. Похоже, призрак пса не отстанет, пока Гарри не свернет себе шею. Что же, так всю жизнь и оглядываться с опаской, нет ли Грима поблизости?

И дементоры… Мерзко на душе и стыдно. Их все боятся, но кто еще при их появлении слышит голоса погибших родителей и падает в обморок?

Гарри догадался, что это кричит мама. Ночью он долго не мог уснуть, глядел на полосы лунного света на потолке и ему все слышался ее голос. Когда дементоры приблизились к нему, он услышал последние минуты ее жизни; она пыталась защитить его от Волан-де-Морта, а тот, убивая ее, смеялся. Гарри задремывал, но ему снились полусгнившие осклизлые руки и отчаянная мольба; Гарри просыпался и в ушах снова стоял крик матери.

В понедельник Гарри вернулся в школу. В школьном шуме и суете думать о голосе было некогда. Правда, приходилось сносить насмешки Драко Малфоя. Малфой был на седьмом небе от счастья, что гриффиндорцы проиграли матч. Он снял бинты и на радостях, что обе руки здоровы, вдохновенно изображал, как Гарри упал с метлы. На уроке зельеварения Малфой развлекался тем, что изображал дементора. Рон не выдержал и запустил ему в лицо огромное влажное крокодилье сердце. Снегг вычел у Гриффиндора пятьдесят баллов.

— Если защиту от темных искусств опять ведет Снегг, я притворюсь, что болен, и не пойду, — сказал Рон после обеда. — Гермиона, погляди, кто в классе.

Гермиона заглянула в дверь и сказала:

— Заходи, не бойся.

За учительским столом сидел профессор Люпин. Он осунулся, потрепанная одежда висела мешком, под глазами синели круги, но, когда все расселись по местам, он приветливо улыбнулся. Ученики первым делом стали жаловаться на Снегга.

— Это нечестно, он ведь только заменял вас, а задал такое домашнее задание!

— Мы ничего не знаем об оборотнях…

— …целых два свитка!

— Нужно было сказать профессору Снеггу, что вы еще оборотней не проходили. — Люпин слегка нахмурился.

Класс загалдел громче:

— Да мы сказали, а он говорит, мы очень отстали…

— Он и слушать ничего не хотел…

— Целых два свитка!! !

Общее возмущение было велико, но Люпин только улыбнулся.

— Ничего, я поговорю с профессором Снеггом. А его задание можете не делать.

— Ну, вот! — огорчилась Гермиона. — А я уже сделала.

Урок прошел замечательно. Люпин принес стеклянный ящик с болотным фонарником. Это хрупкое и безобидное на вид одноногое существо, казалось, было составлено из струек дыма.

— Заманивает людей в болото, — диктовал Люпин. — Видите у него в руке фонарь? Он с ним прыгает по кочкам, путник идет на свет, он все дальше… А с трясиной шутки плохи…

При этих словах фонарник изо всех сил скребнул ногой по стеклу, не хуже чем ножом, так что весь класс передернуло.

Прозвенел звонок. Собрав сумки, все двинулись к выходу.

— Одну минуточку, Гарри, мне нужно тебе что-то сказать.

Гарри вернулся, Люпин накрыл тряпкой ящик с болотным чудищем.

— Слышал о вашем матче. — Люпин стал запихивать в портфель книги. — Жаль твоей метлы. Ее можно починить?

— Нет, — ответил Гарри. — От нее только щепки остались.

Люпин вздохнул.

— Гремучую иву посадили в тот год, когда я поступил в Хогвартс. Помню, мы придумали игру: кто первый подбежит к ней и коснется ствола. Одному мальчику, по имени Дэйви Гаджен, она чуть не выбила глаз, и нам запретили к ней подходить. Ее лучше не трогать. Никакая метла бы не уцелела.

— Вы и о дементорах слышали? — с трудом проговорил Гарри.

Люпин бросил на него внимательный взгляд.

— Да. Профессора Дамблдора в такой ярости еще не видели. Дементоры уже давно проявляли недовольство… разъярились, что их не пускают на территорию школы… Ты из-за них упал?

— Да, — признался Гарри. И, сам того не ожидая, спросил: — Ну почему? Почему из-за них я падаю в обморок? Я что…

Люпин словно прочитал его мысли.

— Нет, ты не трус. Дементоры так сильно действуют на тебя, потому что ты пережил такое, чего другим и в страшном сне не снилось, — сказал Люпин.

На его молодое, хоть и в глубоких морщинах лицо, обрамленное седыми волосами, упал косой луч зимнего солнца.

— Дементоры — самые отвратительные существа на свете. Они живут там, где тьма и гниль, приносят уныние и гибель. Они отовсюду высасывают счастье, надежду, мир. Даже маглы чувствуют их присутствие, хотя и не видят их. Когда ты рядом с дементором, в тебе исчезают все добрые чувства и счастливые воспоминания. Это их пища. Они съедают все хорошее, что есть в человеке, и тот становится таким же, как они, воплощением зла. В нем остаются только самые страшные воспоминания. Если, конечно, это длится достаточно долго. Так что нет ничего удивительного, Гарри, что ты при их виде падаешь в обморок — страшнее того, что ты испытал, трудно придумать. Любой бы на твоем месте упал. И стыдиться тут нечего.

— Когда они рядом, — Гарри опустил глаза, в горле у него стоял комок, — я слышу, как Волан-де-Морт убивает маму.

Рука Люпина дернулась, будто он хотел взять Гарри за плечо, но передумал.

— И зачем только они явились на матч? — понурился Гарри.

— Они голодны, — ответил Люпин и защелкнул портфель. — Дамблдор не пускает их в школу, и им не из кого сосать радость — они ведь ею питаются… А на стадионе собралось столько болельщиков! Ликование, радость, для дементоров это настоящий пир. Они и не удержались.

— В Азкабане, должно быть, ужасно, — глухо сказал Гарри.

Люпин нахмурился и кивнул.

— Да, крепость стоит в море на маленьком островке, но дементорам не нужны ни толстые стены, ни вода, узники и так не сбегут: они заточены в темнице собственных мыслей. Почти все очень скоро сходят с ума.

— Но ведь Сириус Блэк сбежал…

Портфель Люпина соскользнул со стола, и Люпин поймал его на лету.

— Да, сбежал, — ответил он, выпрямившись. — Блэк, похоже, нашел способ с ними бороться. Ни за что бы не поверил… Дементоры высасывают из волшебника магические способности, если он надолго остается в их власти…

— А ведь вы прогнали дементора тогда, в поезде, — вспомнил вдруг Гарри.

— Есть… особые приемы… Да и потом, в поезде был только один дементор. Чем их больше, тем труднее с ними бороться.

— Научите меня этим приемам. Пожалуйста.

— Я, Гарри, вообще-то не мастер сражаться с дементорами…

— А вдруг они снова придут на матч?

Люпин нерешительно поглядел на умоляющее лицо Гарри.

— Ну ладно, — сказал он. — Я тебе помогу. Только, боюсь, придется подождать следующего полугодия, у меня очень много дел. И угораздило же меня заболеть в самое неподходящее время!

Гарри повеселел: Люпин научит его отгонять дементоров, и, стало быть, он больше не будет слышать маминого предсмертного крика, от которого разрывается сердце. В ноябре когтевранцы наголову разбили пуффендуйцев, и у Гриффиндора еще оставалась надежда выиграть Кубок школы, нельзя только проиграть следующий матч. Вуд неистово тренировал команду, несмотря на холодный дождь, который исправно лил в декабре изо дня в день. Дементоры больше не появлялись: гнев Дамблдора был так велик, что они не осмеливались уходить со своих постов.

За две недели до начала каникул небо прояснилось, стало светло-опаловым, ударил легкий морозец, и, проснувшись как-то утром, студенты увидели на траве кружево инея. Замок окутывал знакомый аромат Рождества. Профессор заклинаний Флитвик украсил свой класс мерцающими огоньками, которые вдруг обернулись настоящими летающими феями. Студенты в предвкушении каникул обсуждали, что будут делать дома. Рон и Гермиона решили остаться в замке. Рон клялся, что не вынесет две недели дома с Перси, а Гермиона уверяла, что ей нужно порыться в библиотеке, но Гарри-то отлично понял, что они остаются ради него, и был им за это благодарен.

К радости всех, кроме Гарри, объявили, что последний выходной семестра можно провести в Хогсмиде.

— Вот здорово! — захлопала в ладоши Гермиона. — Там и запасемся подарками к Рождеству. Мама с папой очень обрадуются волшебным гостинцам!

Гарри снова весь день предстояло быть в замке единственным третьекурсником. Чтобы убить время, он взял у Вуда каталог «Выбери себе метлу». Он тренировался сейчас на допотопной школьной метле — медленном, тряском «Метеоре» и понимал, что нужна собственная новая метла.

В воскресенье утром Гарри проводил Рона и Гермиону до холла, помахал им из дверей и побрел по мраморной лестнице в свою башню. За окнами падали крупные хлопья снега, в замке было все спокойно и тихо.

— Гарри, — кто-то тихонько позвал его, когда он шел по коридору четвертого этажа.

Гарри обернулся и увидел за статуей горбатой одноглазой ведьмы Джорджа и Фреда.

— Почему вы здесь? — удивился Гарри. — Я думал, вы ушли со всеми в Хогсмид.

— Мы хотим сделать тебе праздничный подарок, чтобы ты не скучал, — ответил Фред и лукаво подмигнул. — Иди сюда… — И он кивнул на открытую дверь пустого класса.

Гарри вошел вслед за близнецами, Джордж тихонько закрыл дверь и сияющими глазами взглянул на Гарри.

— Вот тебе наш подарок на Рождество. — Он вытащил из-под мантии большой квадратный лист старого пергамента и торжественно протянул Гарри.

Пергамент был совершенно чист, на нем не было ни единой строчки, и Гарри решил, что это очередная шутка близнецов.

— И что же это такое?

— Это, Гарри, секрет нашего успеха, — ответил Джордж и нежно погладил пергамент.

— Нелегко с ним расстаться, — сказал Фред. — Но мы решили, что тебе он нужнее.

— Мы-то его наизусть знаем, — прибавил Джордж. — Поэтому и вручаем тебе. Нам он больше ни к чему.

— И что я буду делать с куском старого пергамента?

— С куском старого пергамента?! — Фред зажмурился и скорчил рожу, как будто Гарри смертельно его обидел. — Объясни ему, Джордж.

— Когда мы учились на первом курсе, Гарри, мы тогда были совсем еще зеленые, беззаботные и невинные…

Гарри хмыкнул.

— Во всяком случае, более невинные, чем сейчас. Ну так вот, мы как-то рассорились с Филчем.

— Взорвали в коридоре грязевую бомбу, а Филч почему-то на нас разозлился…

— …затащил в свой кабинет и, как водится, стал грозить…

— … наказанием…

— … четвертованием…

— … мы слушали, слушали и вдруг заметили особый ящик с табличкой: «Конфисковано, очень опасно».

— Только не говорите… — улыбнулся Гарри.

— Ну, а как бы ты поступил на нашем месте? — пожал плечами Фред. — Джордж кинул еще одну бомбу, и, пока Филч суетился, я открыл ящик и взял вот этот кусок пергамента.

— Что тут плохого? — прибавил Джордж. — Филч не знал, как с ним обращаться. Хотя, раз отобрал его, наверное, догадывался, что это такое.

— И вы знаете, что с ним делать?

— Знаем. — Фред самодовольно улыбнулся. — Этот свиток научил нас такому, чему не научит ни один учитель.

— Ого!

— Что, здорово? То-то!

Фред достал волшебную палочку, слегка коснулся ею пергамента и произнес:

— Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость.

Тотчас на пергаменте, в том месте, которого коснулся Джордж, одна за другой стали появляться тоненькие чернильные линии. Линии соединялись, пересекались, расползались как паутина по краям пергамента, и скоро наверху распустились, как цветы, выведенные зелеными чернилами слова:

Господа Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост!

Поставщики вспомогательных средств для волшебников-шалунов с гордостью представляют свое новейшее изобретение —

КАРТУ МАРОДЕРОВ.

На карте были видны все до единого закоулки замка и территория на много миль вокруг. Но, что самое удивительное, по ней двигались крошечные чернильные точки, каждая была подписана. Гарри в восхищении склонился над картой. В левом верхнем углу профессор Дамблдор вышагивал в своем кабинете; миссис Норрис, кошка завхоза, кралась на четвертом этаже, полтергейст Пивз носился в Зале почета. Были там еще закоулки и потайные ходы, где он никогда не был. Некоторые из ходов вели…

— Прямо в Хогсмид. — Фред указал один из них. — Таких ходов семь. Филч знает об этих вот четырех, об остальных — только мы. В тот, что за зеркалом на пятом этаже, можешь не ходить. Мы сунулись было прошлой зимой, а там потолок обвалился. И вот сюда тоже лучше не ходить: прямо над выходом Гремучая ива. Зато этот ведет прямо в подвал «Сладкого королевства». Мы этим ходом частенько лазаем, он, кстати, начинается в горбу старой карги за дверью.

— Спасибо нашим предшественникам, — вздохнул Джордж и дружески похлопал по названию карты.

— Благородные, славные помощники новому поколению проказников, — провозгласил Фред.

— Верно. Да, Гарри, не забывай стирать карту… — предупредил Джордж.

— … а то кто-нибудь еще узнает ее секрет, — закончил за Джорджа Фред.

— Дотронься до нее волшебной палочкой и скажи: «Славная вышла шалость!» — и карта исчезнет.

— Ну, дорогой Гарри, — сказал Фред голосом Перси, — веди себя хорошо.

— Увидимся в «Сладком королевстве», — подмигнул на прощанье Джордж.

И близнецы, довольные собой, удалились.

Гарри любовался чудесной картой. Вот крохотная точка, миссис Норрис, повернула налево и принюхалась к чему-то на полу. Если Филч и вправду не знает… а мимо дементоров — то проходить теперь и не надо…

Гарри не помнил себя от восторга, но тут ему на память пришли слова мистера Уизли: «Не доверяй вещам, которые умеют думать; кто знает, что у них на уме?»

Волшебная карта как раз из таких опасных вещей… «вспомогательные средства для волшебников-шалунов»… А так хочется в Хогсмид! Что он, украсть что-нибудь хочет или обидеть кого? Да и Фред с Джорджем вон сколько лет картой пользуются — и ничего…

Гарри провел указательным пальцем вдоль тайного хода от замка до «Сладкого королевства».

Потом быстро, будто кто ему приказал, свернул карту, сунул под мантию, подошел к двери и сквозь щелку выглянул в коридор. Пусто. Гарри осторожно вышел из класса и спрятался за статуей одноглазой ведьмы.

Что теперь? Гарри вынул карту из-под мантии и с удивлением обнаружил новую фигурку с подписью: «Гарри Поттер». Фигурка стояла как раз в том месте, где стоял сам Гарри, — посредине коридора на четвертом этаже. Фигурка малюсенькой палочкой стукнула статую. Гарри торопливо сделал то же, но ничего не произошло. Он снова поглядел на карту. У головы фигурки появилась надпись: «Диссендиум!».

— Диссендиум! — прошептал Гарри и снова тронул статую.

Горб старухи открылся, и появилось отверстие, как раз такое, чтобы в него пролез мальчик. Гарри огляделся по сторонам, спрятал карту и нырнул в статую вниз головой.

Каменный склон скоро кончился земляной площадкой, и Гарри встал на ноги. Темно, хоть глаз выколи. Гарри достал палочку, произнес «Люмос!», и холодное пламя осветило низкий и узкий земляной коридор. Гарри поднес пергамент к глазам, тронул кончиком волшебной палочки, сказал: «Славная вышла шалость!» — и карта исчезла. Он осторожно свернул пергамент, спрятал под мантию и с замирающим сердцем пошел по коридору.

Коридор петлял словно нора гигантского кролика. Гарри держал палочку с пламенем на конце над головой, но то и дело спотыкался.

Идти пришлось долго, и он уже подумывал, не вернуться ли, но вспоминал про «Сладкое королевство» и шел дальше. Ему стало казаться, что он идет уже целый час. Наконец коридор пошел вверх. Гарри прибавил шагу, сердце у него забилось, лицо пылало, а вот ногам было холодно.

Скоро показались ступеньки, вырубленные прямо в земле, некоторые из них обвалились. Гарри стал подниматься, глядя под ноги, — как бы не упасть и не наделать шуму. Он принялся считать ступени, но скоро сбился со счету и вдруг стукнулся головой обо что-то твердое.

Похоже было на люк. Потирая макушку, Гарри прислушался: все тихо. Он медленно приоткрыл крышку люка.

Над ней оказался подпол, заставленный деревянными ящиками и корзинами. Гарри выбрался из подземелья и опустил крышку. Она легла так плотно, что если про нее не знать, то и не догадаешься, что в этом месте начинается подземный ход. На цыпочках прокрался к деревянной лестнице. Наверху отчетливо слышались голоса, скрип входной двери и звон колокольчика.

Гарри не решался идти дальше, но вдруг дверь в подпол распахнулась, и кто-то стал спускаться.

— И не забудь коробку желатиновых червячков, дорогой… — крикнул кому-то вдогонку женский голос.

Гарри притаился за большой корзиной, кто-то прошел мимо и стал передвигать ящики в дальнем конце подпола. «Пора», — решил Гарри.

Тихонько вышел из-за корзины и поднялся по лестнице, глянул вниз: в ящике роется толстяк с блестящей лысиной. Гарри проскользнул сквозь полураскрытую дверь и очутился за прилавком «Сладкого королевства», пригнулся, выполз из-за прилавка и выпрямился во весь рост.

«Сладкое королевство» было битком набито учениками Хогвартса, никто не обратил на Гарри внимания, и он стал разглядывать полки со сладостями. Дадли перекосило бы от зависти, знай он, где сейчас Гарри.

Чего только не было на полках! Огромные куски нуги, грильяж с дробленым кокосовым орехом, толстые медовые ириски, штабели всевозможных плиток шоколада. Посреди магазина громадный бочонок драже разных вкусов «Берти Боттс», бочонок сахарных свистулек, воздушное мороженое, о котором говорил Рон. Целый стеллаж «потешных угощений»: взрывающаяся жевательная резинка «Друбблс» (из нее можно выдувать огромные синие пузыри, которые потом несколько дней летают по комнате), мятные нитки для чистки зубов, перечные чертики в пакетах с надписью «Дохни огнем!», мороженое «Зубом застучи, мышью запищи», мятная помадка в форме лягушат — «В желудке прыгают, ногами дрыгают», хрупкие сахарные перья и карамельные бомбы.

Гарри протиснулся сквозь толпу шестикурсников. В дальнем углу магазина под надписью: «О вкусах не спорят!» — стояли Рон с Гермионой и разглядывали леденцы. Гарри незаметно подкрался и встал позади.

— Фу, — поморщилась Гермиона, — гадость какая! Гарри они уж точно не понравятся. И цвет, и вкус скорее для упырей, чем для людей

— А может, возьмем вот это? — Рон сунул под нос Гермионе банку с тараканами.

— Еще чего! — возмутился Гарри. Рон чуть не выронил банку.

— Гарри! — Гермиона вздрогнула от неожиданности. — Ты что тут делаешь? Как ты сюда…

— Вот это да! — Рон раскрыл от удивления рот. — Ты что, научился трансгрессировать?

— Нет, конечно, — ответил Гарри и шепотом — рядом стояли шестикурсники — рассказал друзьям о Карте Мародеров.

— Надо же, мне Джордж с Фредом ни разу ее не показали! — обиделся Рон. — А я им все-таки брат.

— Какая разница? — пожала плечами Гермиона. — Гарри все равно не оставит карту у себя, он отдаст ее профессору МакГонагалл. Верно, Гарри?

— Ну нет! — ответил Гарри.

— Ты что, спятила? — выпучил глаза Рон. — Отдать такую ценность!

— Если ее отдать, придется объяснить, откуда она у меня, — сказал Гарри. — И Фреду с Джорджем влетит от Филча.

— А вдруг Сириус Блэк знает тайные ходы в замок? — не унималась Гермиона. — Нужно предупредить учителей!

— Никого предупреждать не нужно, — возразил Гарри. — На карте семь тайных ходов. По словам Фреда и Джорджа, Филч знает четыре. Из трех других один завален, у входа во второй Гремучая ива. А тот, через который пришел я, он… откуда Блэку знать, что вход в него в подсобке магазина?

Гарри подумал: «А что, если Блэк все же знает о потайном ходе?» Рон важно кашлянул и указал на объявление на двери магазина:

ПО УКАЗУ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ

Сообщаем покупателям, что дементорам приказано каждую ночь после заката солнца обходить улицы Хогсмида. Эту временную меру предосторожности отменят после поимки Сириуса Блэка. Советуем покупателям после захода солнца оставаться дома. Счастливого Рождества!

— Хотел бы я поглядеть, как Блэк проникнет в «Сладкое королевство», ведь в деревне дементоры кишмя кишат. Да и хозяева услышат шум, попробуй он сюда вломиться. Они живут во втором этаже.

— Но ведь… Но ведь… — Гермиона подыскивала возражение, которое воззвало бы к благоразумию друзей. — Гарри не дали разрешения ходить в Хогсмид. Если кто-нибудь узнает, что он здесь, его могут даже исключить. И солнце еще не село, вдруг Блэк нагрянет в Хогсмид сегодня? Прямо сейчас?

— Да он в такую метель Гарри и не разглядит. — Рон кивнул в сторону улицы, за окнами магазина валил густой снег. — Будет тебе, Гермиона. Рождество на носу, что, Гарри хуже других, что ли?

Гермиона в тревоге закусила губу.

— Ты на меня наябедничаешь? — улыбнулся Гарри.

— Ну что ты! Нет, конечно. Но все-таки, Гарри…

— Гарри, ты свистульки видел? — перебил Гермиону Рон, схватил Гарри за руку и потащил к бочонку с конфетами. — А желатиновые червячки? А кислые шипучки? Помню, Фред дал мне одну, мне было тогда семь лет, она мне язык насквозь прожгла. Мама его тогда здорово метлой отлупила! — Рон задумчиво уставился на корзину с шипучками. — А что, если угостить Фреда тараканьей гроздью и сказать, что это засахаренный арахис, он поверит?

Рон с Гермионой заплатили за сладости, и друзья вышли на завьюженную улицу.

Хогсмид походил на рождественскую открытку. Сказочные домики под соломенными крышами, магазины в снежных шапках, на дверях венки из остролиста, кроны деревьев украшены гирляндами волшебных свечек.

Гарри оставил мантию в замке и теперь ежился от холода. Друзья шли по улице навстречу ветру, Рон и Гермиона сквозь шарфы кричали:

— Здесь почта…

— А там магазин «Зонко»…

— Можно пойти в Визжащую хижину…

— Пойдемте лучше в «Три метлы», выпьем сливочного пива, — предложил Рон, стуча зубами от холода.

Гарри обрадовался: дул пронизывающий ветер, и у него совсем закоченели руки, было бы очень кстати посидеть в тепле. Друзья перешли на другую сторону улицы и вошли в уютный паб — первый этаж крохотной гостиницы.

В пабе было людно, шумно и дымно. За стойкой расположилась компания весельчаков, они смеялись и громко разговаривали, полная миловидная женщина едва успевала наполнять бокалы.

— Это мадам Розмерта, — сообщил Рон. — Пойду принесу нам всем по кружке, — прибавил он и слегка покраснел.

Гарри и Гермиона уселись за маленький столик в дальнем углу между окном и нарядной рождественской елкой. Рядом потрескивал камин, было очень тепло и празднично. Рон принес три кружки пива. Оно было горячее и дымилось.

— Счастливого Рождества! — весело пожелал Рон и поднял кружку.

Гарри пил большими глотками: чудесный напиток согревал все тело до кончиков пальцев. Вдруг входная дверь отворилась, и сквозняк взъерошил волосы на голове Гарри. Он глянул в сторону двери и чуть не захлебнулся.

В бар вошли МакГонагалл и Флитвик, за ними — Хагрид с министром магии Корнелиусом Фаджем, толстячком в темно-зеленом котелке и полосатой мантии. Все четверо увлеченно о чем-то беседовали.

В мгновение ока Рон с Гермионой оба нажали ладонями на макушку Гарри. Гарри соскользнул со стула и очутился под столом, вылив на себя остатки пива. Сжимая в руках кружку, он видел ноги вошедшей компании: вот они подошли к стойке бара, постояли немного и, развернувшись, двинулись прямо к нему.

Гермиона над его головой прошептала:

— Мобилиарбус!

Рождественская елка оторвалась от пола и, плавно покачиваясь, полетела. С глухим стуком приземлилась возле их столика и загородила его пушистыми ветками. Сквозь ее нижние лапы Гарри видел, как к соседнему столику придвинулись восемь пар ножек четырех стульев, и на стулья — кто крякнув, кто вздохнув — сели учителя и лесничий с Фаджем.

К ним сейчас же приблизились лаковые туфли бирюзового цвета на высоком каблуке.

— Маленькая кружка минеральной… — спросил женский голос.

— Это мне, — ответила профессор МакГонагалл.

— Горячий грог…

— Спасибо, Розмерта, — пробасил Хагрид.

— Содовая с вишневым сиропом и зонтиком…

— М-м-м… — чмокнул губами профессор Флитвик и протянул руку за бокалом.

— Стало быть, вам, господин министр, смородиновый ром.

— Спасибо, Розмерта. Рад вас видеть! Посидите с нами?

— Благодарю, господин министр, с удовольствием.

Блестящие каблуки ушли и снова вернулись. У Гарри сердце ушло в пятки: как это он забыл, что у учителей сегодня тоже выходной? Они еще, чего доброго, здесь дотемна засидятся. А ведь ему еще надо вернуться в «Сладкое королевство», а то и в школу не попадешь… Гермиона думала о том же и нервно постукивала ногой.

— Каким ветром вас сюда занесло, господин министр? — спросила мадам Розмерта.

Гарри увидел, как задвигалась нижняя часть упитанного туловища. Фадж, похоже, обернулся посмотреть, не подслушивает ли кто.

— Ясно каким. Сириуса Блэка, дорогая моя, ищем. Вы ведь слышали, что он учинил в школе на Хэллоуин?

— Слышала, слышала.

— Вы, Хагрид, всем успели рассказать, всему пабу? — с укоризной спросила МакГонагалл.

— Думаете, Блэк все еще поблизости? — тревожно спросила хозяйка гостиницы.

— Уверен.

— Дементоры уже дважды обыскивали мой паб, распугали всех клиентов, одни убытки…

— Розмерта, дорогая, мне и самому дементоры не по душе. Но что ж поделать? Как иначе прикажете вас охранять? Раз ваша гостиница стоит именно здесь, значит, дементоры еще не раз к вам зайдут. Я только что с ними встречался, они в бешенстве: Дамблдор не пускает их в школу.

— И правильно делает, — вступилась за директора школы МакГонагалл. — Как мы стали бы преподавать в присутствии таких чудовищ?

— Верно, верно, — тоненьким голоском поддержал коллегу малыш Флитвик, не достававший ногами до пола.

— Что поделаешь… — сдержанно заметил Фадж. — Они охраняют вас от злодея. Блэк способен на все…

— А мне как-то не верится, что Сириус Блэк мог переметнуться на сторону Темного Лорда. Это на него не похоже… — задумчиво сказала мадам Розмерта. — Помню его студентом Хогвартса… Скажи мне тогда кто-нибудь, что из него выйдет черный маг, я бы подумала, что этот человек выпил слишком много медовухи.

— Вы, Розмерта, и половины всего не знаете, — угрюмо ответил министр. — Люди не знают самых страшных его дел.

— Что может быть страшнее убийства невинных людей? — удивилась хозяйка.

— Кое-что может.

— Сомневаюсь.

— Вы, Розмерта, говорите, что помните его студентом, — заметила профессор МакГонагалл. — А помните, кто был его лучший друг?

— Ну, как же? — Розмерта усмехнулась. — Два неразлучных приятеля. Они часто бывали здесь. Столько от них было веселья! Друзья — не разлей вода. Так и стоят перед глазами — Сириус Блэк и Джеймс Поттер.

Гарри выронил кружку, и она грохнулась на пол. Рон ткнул его ногой.

— Верно, — подтвердила МакГонагалл. — Блэк и Поттер. Зачинщики всевозможных проказ. Оба блестящие ученики, на редкость блестящие, но отчаянные сорвиголовы! Таких ни раньше, ни позже не было!

— Ну это еще неизвестно, — промычал Хагрид. — Фред с Джорджем Уизли, пожалуй, дадут им фору.

— И они были как братья, — вставил Флитвик. — Как два неразлучных брата.

— Именно, — подтвердил Фадж. — Поттер никому не доверял так, как Блэку. Они и после школы дружили. Блэк был шафером на свадьбе Джеймса и Лили. Потом родился Гарри, и Блэк стал его крестным отцом. Гарри, конечно, ничего об этом не знает. Узнает, будет очень страдать.

— Из-за того, что Блэк стал сподвижником Сами-Знаете-Кого? — прошептала мадам Розмерта.

— Хуже… — Фадж понизил голос. — Не многим тогда было известно, что Поттеры знают: Вы-Знаете-Кто за ними охотится. У Дамблдора, который, разумеется, всегда боролся против Вы-Знаете-Кого, было много тайных агентов, и один из них сообщил, что Джеймсу и Лили грозит опасность. Дамблдор тут же дал им знать и посоветовал спрятаться в тайном укрытии. А для верности подсказал воспользоваться заклятием Доверия.

— Что это такое? — Мадам Розмерта слушала, затаив дыхание.

Профессор Флитвик откашлялся и стал тонким голосом объяснять:

— Заклятие Доверия — одно из самых сложных, оно запечатывает тайну в сердце человека — Хранителя Тайны, как его называют. Эту тайну раскрыть невозможно, разве что сам Хранитель ее выдаст. Вы-Знаете-Кто мог годами искать Лили и Джеймса и не нашел, даже если бы сунул нос в окно их дома.

— Значит, Блэк был Хранителем Тайны Поттеров? — догадалась мадам Розмерта.

— Да. Джеймс Поттер говорил Дамблдору, что Блэк скорее сам погибнет, чем их выдаст, что он и сам подумывает об укрытии, — ответила профессор МакГонагалл. — Но Дамблдор все равно за них тревожился. Он даже сам себя предложил в Хранители Тайны.

— Значит, он подозревал Блэка?

— Не то чтобы подозревал, но ему сообщили, что кто-то из друзей Поттеров переметнулся на сторону Вы-Знаете-Кого и сообщает ему об их передвижениях. Он уже какое-то время знал, что среди нас завелся предатель.

— Но Джеймс Поттер настоял на своем?

— Да, настоял, — вздохнул Фадж. — Заклинание Доверия применили, а две недели спустя…

— Блэк предал их? — выдохнула мадам Розмерта.

— Да. Ему надоело быть двойным агентом, он хотел открыто объявить, на чьей он стороне, потому и выдал Поттеров. А дальше вы знаете: Тот-Кого-Нельзя-Называть убил Джеймса и Лили. Хотел убить и малыша Гарри, но лишился волшебной силы. Мощь его исчезла, и он бежал. Блэк остался ни с чем: его патрон сгинул как раз, когда предательство его обнаружилось. Оставалось только спасаться бегством…

— Гнусный, смердящий душепродавец! — прорычал Хагрид на весь бар.

Соседи притихли и повернулись в их сторону. МакГонагалл зашикала на него.

— Я тогда его видел. — Хагрид понизил голос. — Наверное, самый последний перед тем убийством. Это я спас Гарри, вынес его из развалин, Лили-то с Джеймсом уже погибли. Я его тогда вытащил, а у него на лбу рана… а тут этот… Сириус Блэк на своем мотоцикле. Я-то тогда не знал, чего он явился… что он Хранитель Тайны. Я подумал, он… э-э… прилетел помочь. Бледный как смерть, весь трясется. А я-то, я-то! Я его утешать стал! — Хагрид разрыдался.

— Хагрид, пожалуйста, умерьте голос, — взмолилась МакГонагалл.

— Откуда мне было знать, что ему наплевать на Лили и Джеймс, что он шпион. А он еще говорит: «Я крестный Гарри, отдайте его мне, я, мол, о нем позабочусь…» Ха! Я Гарри не отдал, Дамблдор велел мне отвезти его к тетке. Блэк поспорил-поспорил и согласился. И дал мне свой мотоцикл отвезти Гарри: «Мне, говорит, он больше не нужен». И как это я не догадался! С чего это он отдает любимый мотоцикл? И как это он больше не нужен? Эх, дубина я, дубина! Дамблдор-то знал, что Блэк — Хранитель Джеймса. Блэк думал улизнуть в ту ночь, думал, у него есть часа два, пока Министерство узнает. А отдай я ему Гарри!.. Он бы повез его на мотоцикле да и кинул бы в море. Сына-то лучшего друга! Да чо уж там, переметнулся волшебник на сторону темных сил, нет для него ни свата, ни брата…

Хагрид замолчал, и никто долго не решался заговорить.

— Но далеко он не убежал, — произнесла удовлетворенно мадам Розмерта. — Министерство магии сцапало его на другой день.

— Увы! — вздохнул Фадж. — Не мы его нашли, к сожалению. Его нашел друг Поттера Питер Петтигрю. Он чуть с ума не сошел от горя. Знал, что Блэк — Хранитель Тайны Поттеров, и сам стал искать Блэка.

— Петтигрю, Петтигрю… уж не тот ли толстячок, что еще в Хогвартсе всюду таскался за Поттером и Блэком? — припомнила мадам Розмерта.

— Он самый, — подтвердила профессор МакГонагалл. — Он души не чаял в Блэке и Поттере. Он им был, конечно, не ровня, не те способности, а я была чересчур строга с ним. Как я теперь раскаиваюсь… — МакГонагалл всхлипнула.

— Ну будет, будет, Минерва, — похлопал ее по плечу Фадж. — Петтигрю умер как герой. Очевидцы, маглы — мы потом стерли им память, — уверяли, что Петтигрю со слезами укорял Блэка: «Как ты мог, Сириус! Лили и Джеймс наши друзья!» Потянулся за волшебной палочкой, но Блэк, разумеется, опередил его. От Петтигрю почти ничего не осталось…

Профессор МакГонагалл высморкалась и сказала севшим голосом:

— Глупый, глупый мальчишка… Дуэли никогда у него не получались! Зачем только он сам… Ведь есть же Министерство…

— Эх, добраться бы мне до Блэка раньше Петтигрю! — взревел Хагрид. — Уж я бы с ним не канителился, я бы его голыми руками на куски…

— Нет, Хагрид, вы бы с ним не справились, — покачал головой Фадж. — Схватить его могла бы только полиция маглов. Я в те времена был заместителем главы Департамента чрезвычайных ситуаций и прибыл на место происшествия одним из первых. Никогда не забуду того, что я там увидел: посреди улицы глубокая воронка, всюду искореженные трупы, маглы кричат, а Блэк стоит и хохочет над тем, что осталось от Петтигрю — кучкой окровавленной одежды и… и… каких-то фрагментов…

Фадж замолчал. Все пятеро достали носовые платки.

— Вот, Розмерта, что содеял Блэк, — глухо продолжал министр. — Блэка забрал оттуда патруль волшебной полиции, Петтигрю посмертно получил орден Мерлина первого класса — слабое утешение для его бедной матери. А Блэка упрятали в Азкабан.

Мадам Розмерта протяжно вздохнула.

— А правда, что он лишился рассудка?

— По-моему, нет, — ответил министр, растягивая слова. — Могу одно сказать: поражение хозяина временно помутило его рассудок. Убийство Петтигрю и всех тех маглов, жестокое, бессмысленное, было действием отчаявшегося, загнанного в угол человека. Но недавно я был в Азкабане и разговаривал с ним. Все заключенные там явно безумны, сидят в темноте, что-то бормочут, а Блэк… он выглядит и говорит как нормальный. Даже мурашки по коже. Вид у него человека, которому все надоело. Увидел у меня газету, спросил, прочитал ли я ее и не могу ли дать ему, сказал, что соскучился по кроссвордам. Дементоры круглые сутки дежурят у двери, а ему хоть бы что.

— Как по-вашему, господин министр, зачем он сбежал из тюрьмы? — поинтересовалась мадам Розмерта. — Уж не хочет ли он вернуть Вы-Знаете-Кому силы и примкнуть к нему?

— Думаю, что это его… э-э… конечная цель, — уклончиво ответил Фадж. — Но мы надеемся поймать Блэка раньше. Вы-Знаете-Кто сейчас один, но… дайте ему преданного и способного слугу… Подумать страшно, что будет…

За соседним столиком помолчали. Гарри услышал, как кто-то поставил на стол свой бокал.

— Нам пора в замок, Корнелиус, — заметила профессор МакГонагалл. — Вы ведь не хотите опоздать на ужин к директору.

Стулья отодвинулись, запахнулись полы мантий, блестящие каблуки мадам Розмерты вернулись за стойку. Слышно было, как открылась входная дверь, в бар ворвался вихрь снега, и вся компания вышла.

— Гарри!

Рон с Гермионой заглянули под стол, все трое молча смотрели друг на друга, не находя слов.


Глава 10. Карта мародеров

Глава 10. Карта мародеров

По настоянию мадам Помфри Гарри пролежал в больнице все выходные. Он ни на что не жаловался, не спорил, но не позволил ей выкинуть щепки и прутики, оставшиеся от «Нимбуса». He didn't complain about anything, he didn't argue, but he didn't let her throw away the wood chips and twigs left over from the Nimbus. Он знал, что это глупо, что метлу не починить, но ничего не мог с собой поделать: как будто потерял самого лучшего друга. He knew it was stupid that the broom could not be fixed, but he could not help himself: as if he had lost his best friend.

Гарри навещали друзья, старались приободрить. Friends visited Harry, tried to cheer him up. В субботу вечером Хагрид прислал охапку желтых цветов, похожих на кочаны капусты. On Saturday evening, Hagrid sent a bunch of yellow flowers that looked like cabbages. Джинни Уизли, отчаянно краснея, подарила самодельную открытку с пожеланием скорейшего выздоровления. Ginny Weasley, blushing furiously, gave her a homemade get well card. Открытка сама собой раскрывалась и пела истошным голосом, так что Гарри пришлось придавить ее вазой с фруктами. The card opened on its own and sang in a heart-rending voice, so Harry had to press down on it with a bowl of fruit. В воскресенье утром в палату ввалилась вся факультетская команда, и Оливер Вуд замогильным голосом сообщил, что ни в чем Гарри не винит. On Sunday morning, the entire faculty team burst into the ward, and Oliver Wood announced in a sepulchral voice that Harry was not to blame for anything. Рон и Гермиона сидели у Гарри с утра до ночи. А Гарри по-прежнему был в подавленном состоянии, и никто не догадывался, что дело не только в метле или проигрыше. And Harry was still depressed, and no one guessed that it was not only a broomstick or a loss.

Он никому не рассказал о Гриме, даже Рону с Гермионой. He didn't tell anyone about Grim, not even Ron and Hermione. Рон испугается, а Гермиона фыркнет: она не верила предсказаниям профессора Трелони. Ron will be scared, and Hermione will snort: she did not believe Professor Trelawney's predictions. Но никуда не денешься: Грим уже дважды являлся, и дважды Гарри едва не погиб. But you can't get away: Grim has already appeared twice, and twice Harry almost died. Первый раз чуть не попал под волшебный автобус, теперь вот упал с такой высоты. The first time I almost fell under a magic bus, now I fell from such a height. Похоже, призрак пса не отстанет, пока Гарри не свернет себе шею. Looks like the ghost of the dog won't stop until Harry breaks his neck. Что же, так всю жизнь и оглядываться с опаской, нет ли Грима поблизости? Well, so all my life and look around with caution, is Grim nearby?

И дементоры… Мерзко на душе и стыдно. And the Dementors... It's disgusting and ashamed. Их все боятся, но кто еще при их появлении слышит голоса погибших родителей и падает в обморок? Everyone is afraid of them, but who else, when they appear, hears the voices of their dead parents and faints?

Гарри догадался, что это кричит мама. Harry guessed it was his mother screaming. Ночью он долго не мог уснуть, глядел на полосы лунного света на потолке и ему все слышался ее голос. At night, he could not sleep for a long time, looked at the stripes of moonlight on the ceiling, and he could still hear her voice. Когда дементоры приблизились к нему, он услышал последние минуты ее жизни; она пыталась защитить его от Волан-де-Морта, а тот, убивая ее, смеялся. As the Dementors approached him, he heard the last moments of her life; she tried to protect him from Voldemort, and he, killing her, laughed. Гарри задремывал, но ему снились полусгнившие осклизлые руки и отчаянная мольба; Гарри просыпался и в ушах снова стоял крик матери. Harry dozed off, but he dreamed of half-rotted, slimy hands and a desperate plea; Harry woke up and his mother screamed again in his ears.

В понедельник Гарри вернулся в школу. В школьном шуме и суете думать о голосе было некогда. In the school hustle and bustle, there was no time to think about the voice. Правда, приходилось сносить насмешки Драко Малфоя. True, I had to endure Draco Malfoy's ridicule. Малфой был на седьмом небе от счастья, что гриффиндорцы проиграли матч. Malfoy was over the moon that the Gryffindors had lost the match. Он снял бинты и на радостях, что обе руки здоровы, вдохновенно изображал, как Гарри упал с метлы. He took off the bandages and, glad that both hands were healthy, imitated with inspiration how Harry fell off the broom. На уроке зельеварения Малфой развлекался тем, что изображал дементора. In Potions class, Malfoy had fun pretending to be a Dementor. Рон не выдержал и запустил ему в лицо огромное влажное крокодилье сердце. Ron broke down and threw a huge wet crocodile heart in his face. Снегг вычел у Гриффиндора пятьдесят баллов. Snape deducted fifty points from Gryffindor.

— Если защиту от темных искусств опять ведет Снегг, я притворюсь, что болен, и не пойду, — сказал Рон после обеда. "If Snape is doing the Defense Against the Dark Arts again, I'll pretend to be sick and not go," said Ron after dinner. — Гермиона, погляди, кто в классе. "Hermione, look who's in the class."

Гермиона заглянула в дверь и сказала: Hermione looked through the door and said:

— Заходи, не бойся. - Come on, don't be afraid.

За учительским столом сидел профессор Люпин. Professor Lupine sat at the teacher's table. Он осунулся, потрепанная одежда висела мешком, под глазами синели круги, но, когда все расселись по местам, он приветливо улыбнулся. He was haggard, his shabby clothes hung in a bag, circles were blue under his eyes, but when everyone sat down in their places, he smiled affably. Ученики первым делом стали жаловаться на Снегга. The students first of all began to complain about Snape.

— Это нечестно, он ведь только заменял вас, а задал такое домашнее задание! - This is not fair, he only replaced you, but he gave such homework!

— Мы ничего не знаем об оборотнях… We don't know anything about werewolves...

— …целых два свитка! - ... as many as two scrolls!

— Нужно было сказать профессору Снеггу, что вы еще оборотней не проходили. "You should have told Professor Snape that you haven't gone through werewolves yet." — Люпин слегка нахмурился. Lupine frowned slightly.

Класс загалдел громче: The class cheered louder.

— Да мы сказали, а он говорит, мы очень отстали… - Yes, we said, but he says, we are very behind ...

— Он и слушать ничего не хотел… He didn't want to hear anything...

— Целых два свитка!! !

Общее возмущение было велико, но Люпин только улыбнулся. The general outrage was great, but Lupine only smiled.

— Ничего, я поговорю с профессором Снеггом. "Nothing, I'll talk to Professor Snape." А его задание можете не делать. And you can't do his job.

— Ну, вот! - Here you go! — огорчилась Гермиона. — А я уже сделала. - I already did.

Урок прошел замечательно. The lesson went great. Люпин принес стеклянный ящик с болотным фонарником. Lupine brought a glass case containing a swamp lantern. Это хрупкое и безобидное на вид одноногое существо, казалось, было составлено из струек дыма. This fragile and harmless-looking one-legged creature seemed to be made up of wisps of smoke.

— Заманивает людей в болото, — диктовал Люпин. "Lures people into the swamp," Lupine dictated. — Видите у него в руке фонарь? Do you see the lantern in his hand? Он с ним прыгает по кочкам, путник идет на свет, он все дальше… А с трясиной шутки плохи… He jumps with him over bumps, the traveler goes into the light, he goes further ... But jokes are bad with the quagmire ...

При этих словах фонарник изо всех сил скребнул ногой по стеклу, не хуже чем ножом, так что весь класс передернуло. At these words, the lantern scratched the glass with all his might, no worse than a knife, so that the whole class shuddered.

Прозвенел звонок. The bell rang. Собрав сумки, все двинулись к выходу. Collecting bags, everyone moved to the exit.

— Одну минуточку, Гарри, мне нужно тебе что-то сказать. "Wait a minute, Harry, I need to tell you something."

Гарри вернулся, Люпин накрыл тряпкой ящик с болотным чудищем. Harry returned, Lupine covered the box with the swamp monster with a rag.

— Слышал о вашем матче. — Heard about your match. — Люпин стал запихивать в портфель книги. Lupine began stuffing books into his briefcase. — Жаль твоей метлы. Ее можно починить? Can it be repaired?

— Нет, — ответил Гарри. — От нее только щепки остались. “Only chips are left of it.

Люпин вздохнул. Lupine sighed.

— Гремучую иву посадили в тот год, когда я поступил в Хогвартс. “The Whomping Willow was planted the year I entered Hogwarts. Помню, мы придумали игру: кто первый подбежит к ней и коснется ствола. I remember we came up with a game: who will be the first to run up to her and touch the trunk. Одному мальчику, по имени Дэйви Гаджен, она чуть не выбила глаз, и нам запретили к ней подходить. One boy, named Davey Gudgeon, had her eye gouged out, and we were forbidden to go near her. Ее лучше не трогать. It's better not to touch her. Никакая метла бы не уцелела. No broom would have survived.

— Вы и о дементорах слышали? Have you heard of the Dementors? — с трудом проговорил Гарри. Harry spoke with difficulty.

Люпин бросил на него внимательный взгляд. Lupine gave him a sharp look.

— Да. - Yes. Профессора Дамблдора в такой ярости еще не видели. Professor Dumbledore has never been seen in such a rage. Дементоры уже давно проявляли недовольство… разъярились, что их не пускают на территорию школы… Ты из-за них упал? The Dementors have long been dissatisfied… furious that they are not allowed on the school grounds… Did you fall because of them?

— Да, — признался Гарри. И, сам того не ожидая, спросил: — Ну почему? And, not expecting it himself, he asked: - Well, why? Почему из-за них я падаю в обморок? Why do they make me faint? Я что… I what…

Люпин словно прочитал его мысли. Lupine seemed to read his mind.

— Нет, ты не трус. “No, you are not a coward. Дементоры так сильно действуют на тебя, потому что ты пережил такое, чего другим и в страшном сне не снилось, — сказал Люпин. The Dementors are affecting you so much because you've been through something no one else could even dream about,” Lupin said.

На его молодое, хоть и в глубоких морщинах лицо, обрамленное седыми волосами, упал косой луч зимнего солнца. A slanting ray of the winter sun fell on his young, albeit deeply wrinkled face, framed by gray hair.

— Дементоры — самые отвратительные существа на свете. Dementors are the most disgusting creatures in the world. Они живут там, где тьма и гниль, приносят уныние и гибель. They live where there is darkness and rot, they bring despondency and death. Они отовсюду высасывают счастье, надежду, мир. They suck happiness, hope, peace from everywhere. Даже маглы чувствуют их присутствие, хотя и не видят их. Even Muggles feel their presence, although they do not see them. Когда ты рядом с дементором, в тебе исчезают все добрые чувства и счастливые воспоминания. When you are near a Dementor, all good feelings and happy memories disappear in you. Это их пища. This is their food. Они съедают все хорошее, что есть в человеке, и тот становится таким же, как они, воплощением зла. They eat all the good that is in a person, and he becomes the same as they are, the embodiment of evil. В нем остаются только самые страшные воспоминания. Only the most terrible memories remain in it. Если, конечно, это длится достаточно долго. If, of course, it lasts long enough. Так что нет ничего удивительного, Гарри, что ты при их виде падаешь в обморок — страшнее того, что ты испытал, трудно придумать. So it's not surprising, Harry, that you faint at the sight of them - it's hard to think of a scarier thing than what you experienced. Любой бы на твоем месте упал. Anyone in your place would fall. И стыдиться тут нечего. And there is nothing to be ashamed of.

— Когда они рядом, — Гарри опустил глаза, в горле у него стоял комок, — я слышу, как Волан-де-Морт убивает маму. “When they are around,” Harry lowered his eyes, there was a lump in his throat, “I hear Voldemort killing my mother.

Рука Люпина дернулась, будто он хотел взять Гарри за плечо, но передумал.

— И зачем только они явились на матч? - And why did they come to the match? — понурился Гарри. said Harry.

— Они голодны, — ответил Люпин и защелкнул портфель. "They're hungry," Lupin replied, snapping the briefcase shut. — Дамблдор не пускает их в школу, и им не из кого сосать радость — они ведь ею питаются… А на стадионе собралось столько болельщиков! "Dumbledore doesn't let them go to school, and they have no one to suck joy from - they feed on it ... And there are so many fans in the stadium! Ликование, радость, для дементоров это настоящий пир. Exultation, joy, for the Dementors this is a real feast. Они и не удержались.

— В Азкабане, должно быть, ужасно, — глухо сказал Гарри. "Azkaban must be terrible," Harry said in a low voice.

Люпин нахмурился и кивнул. Lupine frowned and nodded.

— Да, крепость стоит в море на маленьком островке, но дементорам не нужны ни толстые стены, ни вода, узники и так не сбегут: они заточены в темнице собственных мыслей. - Yes, the fortress stands in the sea on a small island, but the Dementors do not need thick walls or water, the prisoners will not escape anyway: they are imprisoned in the dungeon of their own thoughts. Почти все очень скоро сходят с ума. Almost everyone goes crazy very soon.

— Но ведь Сириус Блэк сбежал… “But Sirius Black escaped…”

Портфель Люпина соскользнул со стола, и Люпин поймал его на лету. Lupin's briefcase slid off the table and Lupine caught it in mid-air.

— Да, сбежал, — ответил он, выпрямившись. “Yes, he ran away,” he replied, straightening up. — Блэк, похоже, нашел способ с ними бороться. “Black seems to have found a way to fight them. Ни за что бы не поверил… Дементоры высасывают из волшебника магические способности, если он надолго остается в их власти… I wouldn't believe it for anything... The Dementors suck magical abilities out of a wizard if he remains in their power for a long time...

— А ведь вы прогнали дементора тогда, в поезде, — вспомнил вдруг Гарри. "But you drove the Dementor away on the train," Harry suddenly remembered.

— Есть… особые приемы… Да и потом, в поезде был только один дементор. “There are…special tricks…Besides, there was only one Dementor on the train. Чем их больше, тем труднее с ними бороться. The more there are, the harder it is to deal with them.

— Научите меня этим приемам. “Teach me these tricks. Пожалуйста. Please.

— Я, Гарри, вообще-то не мастер сражаться с дементорами… “I, Harry, aren’t really good at fighting Dementors…”

— А вдруг они снова придут на матч? - What if they come to the match again?

Люпин нерешительно поглядел на умоляющее лицо Гарри. Lupine looked hesitantly at Harry's pleading face.

— Ну ладно, — сказал он. — Я тебе помогу. Только, боюсь, придется подождать следующего полугодия, у меня очень много дел. Only, I'm afraid, I'll have to wait for the next six months, I have a lot to do. И угораздило же меня заболеть в самое неподходящее время! And I managed to get sick at the most inopportune time!

Гарри повеселел: Люпин научит его отгонять дементоров, и, стало быть, он больше не будет слышать маминого предсмертного крика, от которого разрывается сердце. Harry cheered up: Lupine would teach him to drive away the Dementors, and, therefore, he would no longer hear his mother's death cry, from which the heart breaks. В ноябре когтевранцы наголову разбили пуффендуйцев, и у Гриффиндора еще оставалась надежда выиграть Кубок школы, нельзя только проиграть следующий матч. In November, the Ravenclaws had beaten the Hufflepuffs head-on, and Gryffindor still had hope of winning the School Cup, only losing the next match. Вуд неистово тренировал команду, несмотря на холодный дождь, который исправно лил в декабре изо дня в день. Wood coached the team furiously, despite the cold rain that came down every day in December. Дементоры больше не появлялись: гнев Дамблдора был так велик, что они не осмеливались уходить со своих постов. The Dementors did not appear again: Dumbledore's anger was so great that they did not dare to leave their posts.

За две недели до начала каникул небо прояснилось, стало светло-опаловым, ударил легкий морозец, и, проснувшись как-то утром, студенты увидели на траве кружево инея. Two weeks before the start of the holidays, the sky cleared up, became light opal, a slight frost hit, and, waking up one morning, the students saw a lace of frost on the grass. Замок окутывал знакомый аромат Рождества. Профессор заклинаний Флитвик украсил свой класс мерцающими огоньками, которые вдруг обернулись настоящими летающими феями. Студенты в предвкушении каникул обсуждали, что будут делать дома. Рон и Гермиона решили остаться в замке. Рон клялся, что не вынесет две недели дома с Перси, а Гермиона уверяла, что ей нужно порыться в библиотеке, но Гарри-то отлично понял, что они остаются ради него, и был им за это благодарен.

К радости всех, кроме Гарри, объявили, что последний выходной семестра можно провести в Хогсмиде. To the delight of everyone except Harry, it was announced that the last weekend of term could be spent in Hogsmeade.

— Вот здорово! — захлопала в ладоши Гермиона. — Там и запасемся подарками к Рождеству. Мама с папой очень обрадуются волшебным гостинцам!

Гарри снова весь день предстояло быть в замке единственным третьекурсником. Чтобы убить время, он взял у Вуда каталог «Выбери себе метлу». Он тренировался сейчас на допотопной школьной метле — медленном, тряском «Метеоре» и понимал, что нужна собственная новая метла.

В воскресенье утром Гарри проводил Рона и Гермиону до холла, помахал им из дверей и побрел по мраморной лестнице в свою башню. On Sunday morning Harry escorted Ron and Hermione to the hall, waved them out of the door, and walked up the marble stairs to his tower. За окнами падали крупные хлопья снега, в замке было все спокойно и тихо.

— Гарри, — кто-то тихонько позвал его, когда он шел по коридору четвертого этажа. "Harry," someone called softly to him as he walked down the fourth floor hallway.

Гарри обернулся и увидел за статуей горбатой одноглазой ведьмы Джорджа и Фреда. Harry turned around and saw George and Fred behind the statue of a hunchbacked one-eyed witch.

— Почему вы здесь? — удивился Гарри. — Я думал, вы ушли со всеми в Хогсмид.

— Мы хотим сделать тебе праздничный подарок, чтобы ты не скучал, — ответил Фред и лукаво подмигнул. “We want to give you a holiday gift so that you don’t get bored,” Fred answered and winked slyly. — Иди сюда… — И он кивнул на открытую дверь пустого класса.

Гарри вошел вслед за близнецами, Джордж тихонько закрыл дверь и сияющими глазами взглянул на Гарри.

— Вот тебе наш подарок на Рождество. — Он вытащил из-под мантии большой квадратный лист старого пергамента и торжественно протянул Гарри. He pulled a large square sheet of old parchment from under his robes and solemnly held it out to Harry.

Пергамент был совершенно чист, на нем не было ни единой строчки, и Гарри решил, что это очередная шутка близнецов. The parchment was completely clean, there was not a single line on it, and Harry decided that this was another joke of the twins.

— И что же это такое? — And what is it?

— Это, Гарри, секрет нашего успеха, — ответил Джордж и нежно погладил пергамент.

— Нелегко с ним расстаться, — сказал Фред. — Но мы решили, что тебе он нужнее.

— Мы-то его наизусть знаем, — прибавил Джордж. — Поэтому и вручаем тебе. Нам он больше ни к чему. We don't need him anymore.

— И что я буду делать с куском старого пергамента? “And what am I going to do with a piece of old parchment?”

— С куском старого пергамента?! — With a piece of old parchment?! — Фред зажмурился и скорчил рожу, как будто Гарри смертельно его обидел. Fred closed his eyes and made a face, as if Harry had mortally offended him. — Объясни ему, Джордж. “Tell him, George.

— Когда мы учились на первом курсе, Гарри, мы тогда были совсем еще зеленые, беззаботные и невинные… “When we were in our first year, Harry, we were still very green, carefree and innocent then ...

Гарри хмыкнул. Harry chuckled.

— Во всяком случае, более невинные, чем сейчас. “In any case, more innocent than now. Ну так вот, мы как-то рассорились с Филчем. Well, we had a falling out with Filch.

— Взорвали в коридоре грязевую бомбу, а Филч почему-то на нас разозлился… “They set off a mud bomb in the hallway, and for some reason Filch got mad at us…”

— …затащил в свой кабинет и, как водится, стал грозить… - ... dragged him into his office and, as usual, began to threaten ...

— … наказанием… “…punishment…”

— … четвертованием… - ... quartering ...

— … мы слушали, слушали и вдруг заметили особый ящик с табличкой: «Конфисковано, очень опасно». - ... we listened, listened and suddenly noticed a special box with a sign: "Confiscated, very dangerous."

— Только не говорите… — улыбнулся Гарри. "Don't tell me…" Harry smiled.

— Ну, а как бы ты поступил на нашем месте? “Well, what would you do in our place?” — пожал плечами Фред. Fred shrugged. — Джордж кинул еще одну бомбу, и, пока Филч суетился, я открыл ящик и взял вот этот кусок пергамента. “George dropped another bomb, and while Filch was bustling about, I opened the drawer and took out this piece of parchment.

— Что тут плохого? - What's wrong with that? — прибавил Джордж. George added. — Филч не знал, как с ним обращаться. Filch didn't know how to handle him. Хотя, раз отобрал его, наверное, догадывался, что это такое. Although, since he took it, he probably guessed what it was.

— И вы знаете, что с ним делать? "And you know what to do with it?"

— Знаем. - We know. — Фред самодовольно улыбнулся. Fred smiled smugly. — Этот свиток научил нас такому, чему не научит ни один учитель. “This scroll has taught us things that no teacher can teach.

— Ого!

— Что, здорово? - What, great? То-то! That's it!

Фред достал волшебную палочку, слегка коснулся ею пергамента и произнес: Fred took out his wand, lightly touched the parchment with it, and said:

— Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость. “I solemnly swear that I am plotting a prank, and only a prank.

Тотчас на пергаменте, в том месте, которого коснулся Джордж, одна за другой стали появляться тоненькие чернильные линии. Immediately on the parchment, in the place that George had touched, one after another, thin ink lines began to appear. Линии соединялись, пересекались, расползались как паутина по краям пергамента, и скоро наверху распустились, как цветы, выведенные зелеными чернилами слова: Lines connected, crossed, spread like cobwebs along the edges of the parchment, and soon blossomed at the top like flowers, written in green ink:

Господа Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост! Lord Lunatic, Tramp, Prongs and Tail!

Поставщики вспомогательных средств для волшебников-шалунов с гордостью представляют свое новейшее изобретение — The purveyors of aids for mischievous wizards are proud to present their latest invention -

КАРТУ МАРОДЕРОВ. MAP OF THE MARAUDERS.

На карте были видны все до единого закоулки замка и территория на много миль вокруг. The map showed every single nook and cranny of the castle and the area for miles around. Но, что самое удивительное, по ней двигались крошечные чернильные точки, каждая была подписана. But, most surprisingly, tiny ink dots moved across it, each signed. Гарри в восхищении склонился над картой. Harry bent over the map in admiration. В левом верхнем углу профессор Дамблдор вышагивал в своем кабинете; миссис Норрис, кошка завхоза, кралась на четвертом этаже, полтергейст Пивз носился в Зале почета. At the top left, Professor Dumbledore was pacing in his office; Mrs. Norris, the caretaker's cat, was sneaking up on the fourth floor; the poltergeist Peeves was running around in the Hall of Honor. Были там еще закоулки и потайные ходы, где он никогда не был. There were also nooks and crannies where he had never been. Некоторые из ходов вели… Some of the moves led...

— Прямо в Хогсмид. “Straight to Hogsmeade. — Фред указал один из них. Fred pointed out one of them. — Таких ходов семь. There are seven such moves. Филч знает об этих вот четырех, об остальных — только мы. Filch knows about these four, the rest - only we. В тот, что за зеркалом на пятом этаже, можешь не ходить. You don't have to go to the one behind the mirror on the fifth floor. Мы сунулись было прошлой зимой, а там потолок обвалился. We poked our head in last winter, and then the ceiling collapsed. И вот сюда тоже лучше не ходить: прямо над выходом Гремучая ива. And it’s better not to go here either: right above the Whomping Willow exit. Зато этот ведет прямо в подвал «Сладкого королевства». But this one leads straight to the basement of the Sweet Kingdom. Мы этим ходом частенько лазаем, он, кстати, начинается в горбу старой карги за дверью. We often climb this move, by the way, it starts in the hump of an old hag outside the door.

— Спасибо нашим предшественникам, — вздохнул Джордж и дружески похлопал по названию карты. "Thanks to our predecessors," George sighed and patted the name of the map in a friendly manner.

— Благородные, славные помощники новому поколению проказников, — провозгласил Фред. “Noble, glorious assistants to a new generation of pranksters,” Fred proclaimed.

— Верно. Да, Гарри, не забывай стирать карту… — предупредил Джордж. Yes, Harry, don't forget to erase the map…” George warned.

— … а то кто-нибудь еще узнает ее секрет, — закончил за Джорджа Фред. “…otherwise someone else will know her secret,” Fred finished for George.

— Дотронься до нее волшебной палочкой и скажи: «Славная вышла шалость!» — и карта исчезнет. - Touch her with a magic wand and say: "Glorious prank came out!" and the card will disappear.

— Ну, дорогой Гарри, — сказал Фред голосом Перси, — веди себя хорошо. "Well, dear Harry," said Fred in Percy's voice, "behave yourself."

— Увидимся в «Сладком королевстве», — подмигнул на прощанье Джордж. “See you at the Sweet Kingdom,” George said with a wink.

И близнецы, довольные собой, удалились. And the twins, pleased with themselves, withdrew.

Гарри любовался чудесной картой. Harry admired the wonderful map. Вот крохотная точка, миссис Норрис, повернула налево и принюхалась к чему-то на полу. Here is a tiny dot, Mrs. Norris, turned left and sniffed at something on the floor. Если Филч и вправду не знает… а мимо дементоров — то проходить теперь и не надо… If Filch really doesn't know... and past the Dementors, then there's no need to go through now...

Гарри не помнил себя от восторга, но тут ему на память пришли слова мистера Уизли: «Не доверяй вещам, которые умеют думать; кто знает, что у них на уме?» Harry was beside himself with delight, but then Mr. Weasley's words came to his mind: “Do not trust things that can think; who knows what they have in mind?

Волшебная карта как раз из таких опасных вещей… «вспомогательные средства для волшебников-шалунов»… А так хочется в Хогсмид! A magic map is just one of those dangerous things... "auxiliary aids for mischievous wizards"... I really want to go to Hogsmeade! Что он, украсть что-нибудь хочет или обидеть кого? Does he want to steal something or offend someone? Да и Фред с Джорджем вон сколько лет картой пользуются — и ничего… Yes, and Fred and George have been using the card for how many years - and nothing ...

Гарри провел указательным пальцем вдоль тайного хода от замка до «Сладкого королевства».

Потом быстро, будто кто ему приказал, свернул карту, сунул под мантию, подошел к двери и сквозь щелку выглянул в коридор. Then quickly, as if someone had ordered him, he folded the map, put it under his robe, went to the door and peered out into the corridor through the crack. Пусто. Гарри осторожно вышел из класса и спрятался за статуей одноглазой ведьмы. Harry carefully walked out of the classroom and hid behind the statue of the one-eyed witch.

Что теперь? Now what? Гарри вынул карту из-под мантии и с удивлением обнаружил новую фигурку с подписью: «Гарри Поттер». Harry pulled out a map from under his robes and was surprised to find a new figurine labeled "Harry Potter". Фигурка стояла как раз в том месте, где стоял сам Гарри, — посредине коридора на четвертом этаже. The figurine stood exactly where Harry himself stood, in the middle of the corridor on the fourth floor. Фигурка малюсенькой палочкой стукнула статую. The figurine tapped the statue with a tiny stick. Гарри торопливо сделал то же, но ничего не произошло. Harry hastily did the same, but nothing happened. Он снова поглядел на карту. У головы фигурки появилась надпись: «Диссендиум!». At the head of the figurine appeared the inscription: "Dissendium!".

— Диссендиум! — Dissendium! — прошептал Гарри и снова тронул статую. Harry whispered and touched the statue again.

Горб старухи открылся, и появилось отверстие, как раз такое, чтобы в него пролез мальчик. The old woman's hump opened, and a hole appeared, just large enough for the boy to crawl through. Гарри огляделся по сторонам, спрятал карту и нырнул в статую вниз головой.

Каменный склон скоро кончился земляной площадкой, и Гарри встал на ноги. The stone slope soon ended in an earthen platform, and Harry got to his feet. Темно, хоть глаз выколи. It's dark, gouge out your eyes. Гарри достал палочку, произнес «Люмос!», и холодное пламя осветило низкий и узкий земляной коридор. Harry took out his wand, said "Lumos!" and the cold flame lit up the low and narrow earthen corridor. Гарри поднес пергамент к глазам, тронул кончиком волшебной палочки, сказал: «Славная вышла шалость!» — и карта исчезла. Harry raised the parchment to his eyes, touched it with the tip of his wand, said: "A nice prank came out!" and the map is gone. Он осторожно свернул пергамент, спрятал под мантию и с замирающим сердцем пошел по коридору. He carefully folded the parchment, tucked it under his robe, and with a beating heart, walked down the corridor.

Коридор петлял словно нора гигантского кролика. The corridor twisted like a giant rabbit's hole. Гарри держал палочку с пламенем на конце над головой, но то и дело спотыкался. Harry held a wand with a flame on the end above his head, but every now and then he stumbled.

Идти пришлось долго, и он уже подумывал, не вернуться ли, но вспоминал про «Сладкое королевство» и шел дальше. It took a long time to walk, and he was already thinking about whether to return, but he remembered the "Sweet Kingdom" and moved on. Ему стало казаться, что он идет уже целый час. It seemed to him that he had been walking for an hour. Наконец коридор пошел вверх. Finally the corridor went up. Гарри прибавил шагу, сердце у него забилось, лицо пылало, а вот ногам было холодно. Harry quickened his pace, his heart racing, his face hot, but his feet cold.

Скоро показались ступеньки, вырубленные прямо в земле, некоторые из них обвалились. Soon steps appeared, cut right into the ground, some of them collapsed. Гарри стал подниматься, глядя под ноги, — как бы не упасть и не наделать шуму. Harry began to rise, looking down at his feet, lest he fall and make a noise. Он принялся считать ступени, но скоро сбился со счету и вдруг стукнулся головой обо что-то твердое. He began to count the steps, but soon lost count and suddenly hit his head on something hard.

Похоже было на люк. It looked like a hatch. Потирая макушку, Гарри прислушался: все тихо. Rubbing the top of his head, Harry listened: everything was quiet. Он медленно приоткрыл крышку люка. He slowly opened the hatch cover.

Над ней оказался подпол, заставленный деревянными ящиками и корзинами. Above it was a cellar lined with wooden crates and baskets. Гарри выбрался из подземелья и опустил крышку. Harry climbed out of the dungeon and lowered the lid. Она легла так плотно, что если про нее не знать, то и не догадаешься, что в этом месте начинается подземный ход. She lay down so tightly that if you don’t know about her, then you won’t guess that an underground passage begins in this place. На цыпочках прокрался к деревянной лестнице. I tiptoed to the wooden stairs. Наверху отчетливо слышались голоса, скрип входной двери и звон колокольчика. Voices could be heard distinctly upstairs, the creaking of the front door and the ringing of a bell.

Гарри не решался идти дальше, но вдруг дверь в подпол распахнулась, и кто-то стал спускаться. Harry did not dare to go further, but suddenly the door to the cellar opened, and someone began to descend.

— И не забудь коробку желатиновых червячков, дорогой… — крикнул кому-то вдогонку женский голос. “And don’t forget the box of gelatinous worms, dear…” a woman’s voice shouted after someone.

Гарри притаился за большой корзиной, кто-то прошел мимо и стал передвигать ящики в дальнем конце подпола. Harry crouched behind a large basket as someone walked past and began to move boxes at the far end of the cellar. «Пора», — решил Гарри. It's time, Harry decided.

Тихонько вышел из-за корзины и поднялся по лестнице, глянул вниз: в ящике роется толстяк с блестящей лысиной. Quietly he stepped out from behind the basket and climbed the stairs, looked down: a fat man with a shiny bald head was rummaging through the drawer. Гарри проскользнул сквозь полураскрытую дверь и очутился за прилавком «Сладкого королевства», пригнулся, выполз из-за прилавка и выпрямился во весь рост. Harry slipped through the half-open door and found himself behind the counter of the Sweet Kingdom, crouched, crawled out from behind the counter and straightened up to his full height.

«Сладкое королевство» было битком набито учениками Хогвартса, никто не обратил на Гарри внимания, и он стал разглядывать полки со сладостями. The Sweet Kingdom was packed with Hogwarts students, no one paid attention to Harry, and he began to look at the shelves with sweets. Дадли перекосило бы от зависти, знай он, где сейчас Гарри. Dudley would have squirmed with envy if he knew where Harry was now.

Чего только не было на полках! What was not on the shelves! Огромные куски нуги, грильяж с дробленым кокосовым орехом, толстые медовые ириски, штабели всевозможных плиток шоколада. Посреди магазина громадный бочонок драже разных вкусов «Берти Боттс», бочонок сахарных свистулек, воздушное мороженое, о котором говорил Рон. In the middle of the store is a huge keg of Bertie Botts in various flavors, a keg of sugar whistles, the popsicles that Ron was talking about. Целый стеллаж «потешных угощений»: взрывающаяся жевательная резинка «Друбблс» (из нее можно выдувать огромные синие пузыри, которые потом несколько дней летают по комнате), мятные нитки для чистки зубов, перечные чертики в пакетах с надписью «Дохни огнем!», мороженое «Зубом застучи, мышью запищи», мятная помадка в форме лягушат — «В желудке прыгают, ногами дрыгают», хрупкие сахарные перья и карамельные бомбы. A whole rack of "fun treats": exploding Drubbles chewing gum (you can blow huge blue bubbles out of it, which then fly around the room for several days), mint floss for cleaning your teeth, pepper devils in bags that say "Die fire!", ice cream “Take the tooth, squeak with the mouse”, mint fudge in the form of frogs - “Jumping in the stomach, kicking with their feet”, fragile sugar feathers and caramel bombs.

Гарри протиснулся сквозь толпу шестикурсников. Harry pushed his way through the crowd of sixth years. В дальнем углу магазина под надписью: «О вкусах не спорят!» — стояли Рон с Гермионой и разглядывали леденцы. In the far corner of the store under the inscription: "Tastes differ!" said Ron and Hermione, looking at the lollipops. Гарри незаметно подкрался и встал позади. Harry crept up unnoticed and stood behind.

— Фу, — поморщилась Гермиона, — гадость какая! "Ugh," Hermione grimaced, "that's disgusting!" Гарри они уж точно не понравятся. Harry certainly wouldn't like them. И цвет, и вкус скорее для упырей, чем для людей Both color and taste are more for ghouls than for people.

— А может, возьмем вот это? “Maybe we should take this?” — Рон сунул под нос Гермионе банку с тараканами. Ron shoved a jar of cockroaches under Hermione's nose.

— Еще чего! - What more! — возмутился Гарри. said Harry. Рон чуть не выронил банку. Ron nearly dropped the can.

— Гарри! — Harry! — Гермиона вздрогнула от неожиданности. Hermione flinched in surprise. — Ты что тут делаешь? Как ты сюда… How are you here...

— Вот это да! - Blimey! — Рон раскрыл от удивления рот. Ron opened his mouth in surprise. — Ты что, научился трансгрессировать? “Have you learned to transgress?”

— Нет, конечно, — ответил Гарри и шепотом — рядом стояли шестикурсники — рассказал друзьям о Карте Мародеров. "Of course not," Harry replied, and in a whisper—sixth years standing nearby—told his friends about the Marauder's Map.

— Надо же, мне Джордж с Фредом ни разу ее не показали! “Wow, George and Fred never showed it to me!” — обиделся Рон. Ron was offended. — А я им все-таки брат. But I'm still their brother.

— Какая разница? - Who cares? — пожала плечами Гермиона. Hermione shrugged. — Гарри все равно не оставит карту у себя, он отдаст ее профессору МакГонагалл. "Harry won't keep the map anyway, he'll give it to Professor McGonagall." Верно, Гарри?

— Ну нет! — ответил Гарри.

— Ты что, спятила? — Are you crazy? — выпучил глаза Рон. Ron rolled his eyes. — Отдать такую ценность! - To give such value!

— Если ее отдать, придется объяснить, откуда она у меня, — сказал Гарри. "If you give it back, you'll have to explain how I got it," said Harry. — И Фреду с Джорджем влетит от Филча. “And Fred and George will get hit by Filch.

— А вдруг Сириус Блэк знает тайные ходы в замок? "What if Sirius Black knows the secret passages to the castle?" — не унималась Гермиона. Hermione didn't hesitate. — Нужно предупредить учителей! "We need to warn the teachers!"

— Никого предупреждать не нужно, — возразил Гарри. "You don't need to warn anyone," said Harry. — На карте семь тайных ходов. There are seven secret passages on the map. По словам Фреда и Джорджа, Филч знает четыре. According to Fred and George, Filch knows four. Из трех других один завален, у входа во второй Гремучая ива. Of the other three, one is littered, at the entrance to the second Whomping Willow. А тот, через который пришел я, он… откуда Блэку знать, что вход в него в подсобке магазина? And the one I came through, he… how would Black know that the entrance to it was in the back of the store?

Гарри подумал: «А что, если Блэк все же знает о потайном ходе?» Рон важно кашлянул и указал на объявление на двери магазина: Harry thought, What if Black does know about the secret passage? Ron coughed importantly and pointed to the sign on the shop door.

ПО УКАЗУ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ BY DECREE OF THE MINISTRY OF MAGIC

Сообщаем покупателям, что дементорам приказано каждую ночь после заката солнца обходить улицы Хогсмида. We inform buyers that the Dementors are ordered to walk around the streets of Hogsmeade every night after sunset. Эту временную меру предосторожности отменят после поимки Сириуса Блэка. This temporary precautionary measure will be lifted once Sirius Black is captured. Советуем покупателям после захода солнца оставаться дома. We advise customers to stay at home after sunset. Счастливого Рождества! Merry Christmas!

— Хотел бы я поглядеть, как Блэк проникнет в «Сладкое королевство», ведь в деревне дементоры кишмя кишат. “I would like to see Black get into the Sweet Kingdom, because the village is full of Dementors. Да и хозяева услышат шум, попробуй он сюда вломиться. Yes, and the owners will hear the noise, try to break in here. Они живут во втором этаже. They live on the second floor.

— Но ведь… Но ведь… — Гермиона подыскивала возражение, которое воззвало бы к благоразумию друзей. "But…But…" Hermione searched for an objection that would appeal to the prudence of her friends. — Гарри не дали разрешения ходить в Хогсмид. "Harry wasn't given permission to go to Hogsmeade. Если кто-нибудь узнает, что он здесь, его могут даже исключить. If anyone finds out he's here, he might even be expelled. И солнце еще не село, вдруг Блэк нагрянет в Хогсмид сегодня? And the sun hasn't set yet, what if Black comes to Hogsmeade tonight? Прямо сейчас? Right now?

— Да он в такую метель Гарри и не разглядит. “He won’t be able to see Harry in such a snowstorm.” — Рон кивнул в сторону улицы, за окнами магазина валил густой снег. Ron nodded towards the street, thick snow fell outside the shop windows. — Будет тебе, Гермиона. "You will, Hermione." Рождество на носу, что, Гарри хуже других, что ли? Christmas is on the nose, what, Harry is worse than the others, or what?

Гермиона в тревоге закусила губу. Hermione bit her lip in dismay.

— Ты на меня наябедничаешь? — Are you snitching on me? — улыбнулся Гарри. Harry smiled.

— Ну что ты! - Well, what are you! Нет, конечно. Of course not. Но все-таки, Гарри… But still, Harry...

— Гарри, ты свистульки видел? "Harry, have you seen the whistles?" — перебил Гермиону Рон, схватил Гарри за руку и потащил к бочонку с конфетами. Ron interrupted Hermione, grabbing Harry by the arm and dragging him towards the candy keg. — А желатиновые червячки? What about gelatin worms? А кислые шипучки? What about sour pops? Помню, Фред дал мне одну, мне было тогда семь лет, она мне язык насквозь прожгла. I remember Fred gave me one, I was then seven years old, it burned through my tongue. Мама его тогда здорово метлой отлупила! Mom then beat him with a broom! — Рон задумчиво уставился на корзину с шипучками. Ron stared thoughtfully at the basket of popsicles. — А что, если угостить Фреда тараканьей гроздью и сказать, что это засахаренный арахис, он поверит? “What if you give Fred a bunch of cockroaches and say it’s candied peanuts, will he believe it?”

Рон с Гермионой заплатили за сладости, и друзья вышли на завьюженную улицу. Ron and Hermione paid for the sweets, and the friends went out into the snowy street.

Хогсмид походил на рождественскую открытку. Hogsmeade looked like a Christmas card. Сказочные домики под соломенными крышами, магазины в снежных шапках, на дверях венки из остролиста, кроны деревьев украшены гирляндами волшебных свечек. Fairy-tale houses under thatched roofs, shops in snow caps, wreaths of holly on the doors, tree crowns are decorated with garlands of magic candles.

Гарри оставил мантию в замке и теперь ежился от холода. Harry had left his robes in the castle and was now shivering in the cold. Друзья шли по улице навстречу ветру, Рон и Гермиона сквозь шарфы кричали: Friends walked down the street into the wind, Ron and Hermione shouted through scarves:

— Здесь почта… - This is the post office...

— А там магазин «Зонко»… - And there is the Zonko store ...

— Можно пойти в Визжащую хижину… “We can go to the Shrieking Hut…”

— Пойдемте лучше в «Три метлы», выпьем сливочного пива, — предложил Рон, стуча зубами от холода. "Let's go to the Three Broomsticks for some butterbeer," Ron suggested, teeth chattering from the cold.

Гарри обрадовался: дул пронизывающий ветер, и у него совсем закоченели руки, было бы очень кстати посидеть в тепле. Harry was delighted: the piercing wind was blowing, and his hands were completely numb, it would be very useful to sit in the warmth. Друзья перешли на другую сторону улицы и вошли в уютный паб — первый этаж крохотной гостиницы. The friends crossed the street and entered a cozy pub, the first floor of a tiny hotel.

В пабе было людно, шумно и дымно. The pub was crowded, noisy and smoky. За стойкой расположилась компания весельчаков, они смеялись и громко разговаривали, полная миловидная женщина едва успевала наполнять бокалы. Behind the counter was a company of merry fellows, they were laughing and talking loudly, a plump, pretty woman barely had time to fill the glasses.

— Это мадам Розмерта, — сообщил Рон. "This is Madame Rosmerta," said Ron. — Пойду принесу нам всем по кружке, — прибавил он и слегка покраснел. "I'll go get us all a mug," he added, and blushed a little.

Гарри и Гермиона уселись за маленький столик в дальнем углу между окном и нарядной рождественской елкой. Harry and Hermione sat down at a small table in the far corner between the window and the ornate Christmas tree. Рядом потрескивал камин, было очень тепло и празднично. A fireplace crackled nearby, it was very warm and festive. Рон принес три кружки пива. Ron brought three beers. Оно было горячее и дымилось. It was hot and smoking.

— Счастливого Рождества! - Merry Christmas! — весело пожелал Рон и поднял кружку. said Ron cheerfully and raised his mug.

Гарри пил большими глотками: чудесный напиток согревал все тело до кончиков пальцев. Harry drank in long gulps, the wonderful drink warming his entire body to the tips of his fingers. Вдруг входная дверь отворилась, и сквозняк взъерошил волосы на голове Гарри. Suddenly the front door opened and a draft ruffled Harry's hair. Он глянул в сторону двери и чуть не захлебнулся. He glanced towards the door and nearly choked.

В бар вошли МакГонагалл и Флитвик, за ними — Хагрид с министром магии Корнелиусом Фаджем, толстячком в темно-зеленом котелке и полосатой мантии. McGonagall and Flitwick entered the bar, followed by Hagrid with Minister for Magic Cornelius Fudge, a fat man in a dark green bowler hat and striped robes. Все четверо увлеченно о чем-то беседовали. All four of them were talking enthusiastically about something.

В мгновение ока Рон с Гермионой оба нажали ладонями на макушку Гарри. In the blink of an eye, Ron and Hermione both pressed their palms on the top of Harry's head. Гарри соскользнул со стула и очутился под столом, вылив на себя остатки пива. Harry slid off his chair and found himself under the table, spilling the rest of the beer all over himself. Сжимая в руках кружку, он видел ноги вошедшей компании: вот они подошли к стойке бара, постояли немного и, развернувшись, двинулись прямо к нему. Clutching a mug in his hands, he saw the feet of the company that entered: now they approached the bar, stood a little and, turning around, moved straight towards him.

Гермиона над его головой прошептала: Hermione whispered over his head.

— Мобилиарбус!

Рождественская елка оторвалась от пола и, плавно покачиваясь, полетела. The Christmas tree took off from the floor and, swaying smoothly, flew away. С глухим стуком приземлилась возле их столика и загородила его пушистыми ветками. With a thud, she landed near their table and blocked it with fluffy branches. Сквозь ее нижние лапы Гарри видел, как к соседнему столику придвинулись восемь пар ножек четырех стульев, и на стулья — кто крякнув, кто вздохнув — сели учителя и лесничий с Фаджем. Through her lower paws, Harry saw the eight pairs of legs of four chairs move up to the next table, and the teachers and the gamekeeper and Fudge sat down on the chairs, some grunting some, some sighing.

К ним сейчас же приблизились лаковые туфли бирюзового цвета на высоком каблуке. Patent turquoise high-heeled shoes immediately approached them.

— Маленькая кружка минеральной… — спросил женский голос. “A small mug of mineral…” a female voice asked.

— Это мне, — ответила профессор МакГонагалл. "That's for me," said Professor McGonagall.

— Горячий грог… - Hot grog...

— Спасибо, Розмерта, — пробасил Хагрид. "Thank you, Rosemerta," said Hagrid in a bass voice.

— Содовая с вишневым сиропом и зонтиком… — Soda with cherry syrup and an umbrella…

— М-м-м… — чмокнул губами профессор Флитвик и протянул руку за бокалом. “Mmm…” Professor Flitwick smacked his lips and held out his hand for the glass.

— Стало быть, вам, господин министр, смородиновый ром. - So, you, Mr. Minister, currant rum.

— Спасибо, Розмерта. Рад вас видеть! Glad to see you! Посидите с нами?

— Благодарю, господин министр, с удовольствием. - Thank you, Mr. Minister, with pleasure.

Блестящие каблуки ушли и снова вернулись. Shiny heels are gone and back again. У Гарри сердце ушло в пятки: как это он забыл, что у учителей сегодня тоже выходной? Harry's heart sank: how did he forget that the teachers also have a day off today? Они еще, чего доброго, здесь дотемна засидятся. They still, what good, here until dark will sit up. А ведь ему еще надо вернуться в «Сладкое королевство», а то и в школу не попадешь… Гермиона думала о том же и нервно постукивала ногой. But he still has to go back to the Sweet Kingdom, otherwise you won’t get to school ... Hermione thought about the same thing and tapped her foot nervously.

— Каким ветром вас сюда занесло, господин министр? — What wind brought you here, Mr. Minister? — спросила мадам Розмерта. asked Madame Rosmerta.

Гарри увидел, как задвигалась нижняя часть упитанного туловища. Harry saw the lower half of his well-fed torso move. Фадж, похоже, обернулся посмотреть, не подслушивает ли кто. Fudge seemed to turn around to see if anyone was eavesdropping.

— Ясно каким. - Clearly what. Сириуса Блэка, дорогая моя, ищем. Sirius Black, my dear, we are looking for. Вы ведь слышали, что он учинил в школе на Хэллоуин? You heard what he did at school on Halloween, didn't you?

— Слышала, слышала.

— Вы, Хагрид, всем успели рассказать, всему пабу? “Did you manage to tell everyone, Hagrid, the whole pub?” — с укоризной спросила МакГонагалл. McGonagall asked reproachfully.

— Думаете, Блэк все еще поблизости? Do you think Black is still around? — тревожно спросила хозяйка гостиницы.

— Уверен.

— Дементоры уже дважды обыскивали мой паб, распугали всех клиентов, одни убытки… “The Dementors have already ransacked my pub twice, scared away all the customers, nothing but losses ...

— Розмерта, дорогая, мне и самому дементоры не по душе. “Rosmerta, dear, I don't like Dementors myself. Но что ж поделать? But what can you do? Как иначе прикажете вас охранять? How else would you order to protect you? Раз ваша гостиница стоит именно здесь, значит, дементоры еще не раз к вам зайдут. Since your hotel is right here, it means that the Dementors will come to you more than once. Я только что с ними встречался, они в бешенстве: Дамблдор не пускает их в школу. I just met with them, they are furious: Dumbledore won't let them into the school.

— И правильно делает, — вступилась за директора школы МакГонагалл. “And rightly so,” McGonagall stood up for the headmaster. — Как мы стали бы преподавать в присутствии таких чудовищ? "How would we teach in the presence of such monsters?"

— Верно, верно, — тоненьким голоском поддержал коллегу малыш Флитвик, не достававший ногами до пола. “That’s right, that’s right,” little Flitwick, who did not reach the floor with his feet, supported his colleague in a thin voice.

— Что поделаешь… — сдержанно заметил Фадж. “What can you do…” Fudge said sternly. — Они охраняют вас от злодея. They protect you from the villain. Блэк способен на все… Blake can do anything...

— А мне как-то не верится, что Сириус Блэк мог переметнуться на сторону Темного Лорда. “Somehow I can’t believe that Sirius Black could have gone over to the side of the Dark Lord. Это на него не похоже… — задумчиво сказала мадам Розмерта. It doesn't look like him…" said Madame Rosemerta thoughtfully. — Помню его студентом Хогвартса… Скажи мне тогда кто-нибудь, что из него выйдет черный маг, я бы подумала, что этот человек выпил слишком много медовухи. “I remember him as a student at Hogwarts… If someone told me then that he would make a black magician, I would have thought that this person drank too much mead.

— Вы, Розмерта, и половины всего не знаете, — угрюмо ответил министр. “You don’t even know half of everything, Rozmerta,” the minister replied sullenly. — Люди не знают самых страшных его дел. “People don’t know the worst of his deeds.

— Что может быть страшнее убийства невинных людей? What could be worse than killing innocent people? — удивилась хозяйка.

— Кое-что может. - Something can.

— Сомневаюсь. - I doubt.

— Вы, Розмерта, говорите, что помните его студентом, — заметила профессор МакГонагалл. "You, Rozmerta, say you remember him as a student," said Professor McGonagall. — А помните, кто был его лучший друг? Do you remember who his best friend was?

— Ну, как же? — Well, how? — Розмерта усмехнулась. Rozmerta chuckled. — Два неразлучных приятеля. - Two inseparable friends. Они часто бывали здесь. They were here often. Столько от них было веселья! So much fun from them! Друзья — не разлей вода. Friends - do not spill water. Так и стоят перед глазами — Сириус Блэк и Джеймс Поттер. So they stand before my eyes - Sirius Black and James Potter.

Гарри выронил кружку, и она грохнулась на пол. Harry dropped his mug and it crashed to the floor. Рон ткнул его ногой. Ron kicked him.

— Верно, — подтвердила МакГонагалл. "Yes," McGonagall confirmed. — Блэк и Поттер. Зачинщики всевозможных проказ. Instigators of all sorts of mischief. Оба блестящие ученики, на редкость блестящие, но отчаянные сорвиголовы! Both brilliant students, extremely brilliant, but desperate daredevils! Таких ни раньше, ни позже не было!

— Ну это еще неизвестно, — промычал Хагрид. “Well, we don’t know yet,” said Hagrid. — Фред с Джорджем Уизли, пожалуй, дадут им фору. “Fred and George Weasley will probably give them a head start.

— И они были как братья, — вставил Флитвик. "And they were like brothers," Flitwick put in. — Как два неразлучных брата. Like two inseparable brothers.

— Именно, — подтвердил Фадж. "Exactly," Fudge confirmed. — Поттер никому не доверял так, как Блэку. “Potter trusted no one more than Black. Они и после школы дружили. They were friends after school. Блэк был шафером на свадьбе Джеймса и Лили. Black was best man at James and Lily's wedding. Потом родился Гарри, и Блэк стал его крестным отцом. Then Harry was born, and Black became his godfather. Гарри, конечно, ничего об этом не знает. Harry, of course, knows nothing about this. Узнает, будет очень страдать. He knows he will suffer a lot.

— Из-за того, что Блэк стал сподвижником Сами-Знаете-Кого? "Because Black became an associate of You-Know-Who?" — прошептала мадам Розмерта.

— Хуже… — Фадж понизил голос. — Не многим тогда было известно, что Поттеры знают: Вы-Знаете-Кто за ними охотится. “Not many knew then that the Potters knew You-Know-Who was after them. У Дамблдора, который, разумеется, всегда боролся против Вы-Знаете-Кого, было много тайных агентов, и один из них сообщил, что Джеймсу и Лили грозит опасность. Dumbledore, who of course always fought against You-Know-Who, had many secret agents, and one of them reported that James and Lily were in danger. Дамблдор тут же дал им знать и посоветовал спрятаться в тайном укрытии. Dumbledore immediately let them know and advised them to hide in a secret hiding place. А для верности подсказал воспользоваться заклятием Доверия. And for fidelity, he suggested using the spell of Trust.

— Что это такое? — Мадам Розмерта слушала, затаив дыхание. Madame Rosemerta listened with bated breath.

Профессор Флитвик откашлялся и стал тонким голосом объяснять: Professor Flitwick cleared his throat and began to explain in a thin voice:

— Заклятие Доверия — одно из самых сложных, оно запечатывает тайну в сердце человека — Хранителя Тайны, как его называют. - The Trust Spell is one of the most difficult, it seals the secret in the heart of a person - the Keeper of the Secret, as he is called. Эту тайну раскрыть невозможно, разве что сам Хранитель ее выдаст. It is impossible to reveal this secret, unless the Guardian himself reveals it. Вы-Знаете-Кто мог годами искать Лили и Джеймса и не нашел, даже если бы сунул нос в окно их дома. You-Know-Who could have been looking for Lily and James for years and couldn't find it even if you stuck your nose in the window of their house.

— Значит, Блэк был Хранителем Тайны Поттеров? "So Black was the Potter Secret Keeper?" — догадалась мадам Розмерта. said Madame Rosemerta.

— Да. Джеймс Поттер говорил Дамблдору, что Блэк скорее сам погибнет, чем их выдаст, что он и сам подумывает об укрытии, — ответила профессор МакГонагалл. James Potter told Dumbledore that Black would rather die himself than betray them, that he himself was thinking about hiding, ”Professor McGonagall replied. — Но Дамблдор все равно за них тревожился. Он даже сам себя предложил в Хранители Тайны. He even offered himself to the Keepers of the Secret.

— Значит, он подозревал Блэка? “So he suspected Black?”

— Не то чтобы подозревал, но ему сообщили, что кто-то из друзей Поттеров переметнулся на сторону Вы-Знаете-Кого и сообщает ему об их передвижениях. “Not that he suspected, but he was informed that one of the Potters' friends had defected to You-Know-Who's side and was informing him of their movements. Он уже какое-то время знал, что среди нас завелся предатель. He had known for some time that there was a traitor in our midst.

— Но Джеймс Поттер настоял на своем? "But James Potter stood his ground?"

— Да, настоял, — вздохнул Фадж. "Yes, I insisted," Fudge sighed. — Заклинание Доверия применили, а две недели спустя… “The Trust Spell was cast, and two weeks later…”

— Блэк предал их? "Black betrayed them?" — выдохнула мадам Розмерта. breathed Madame Rosmerta.

— Да. Ему надоело быть двойным агентом, он хотел открыто объявить, на чьей он стороне, потому и выдал Поттеров. He was tired of being a double agent, he wanted to openly declare which side he was on, which is why he betrayed the Potters. А дальше вы знаете: Тот-Кого-Нельзя-Называть убил Джеймса и Лили. Хотел убить и малыша Гарри, но лишился волшебной силы. He wanted to kill baby Harry too, but he lost his magical powers. Мощь его исчезла, и он бежал. His power was gone and he fled. Блэк остался ни с чем: его патрон сгинул как раз, когда предательство его обнаружилось. Black was left with nothing: his patron was gone just as his treachery was discovered. Оставалось только спасаться бегством… The only thing left to do was to escape...

— Гнусный, смердящий душепродавец! "You vile, stinking soul-seller!" — прорычал Хагрид на весь бар. growled Hagrid across the bar.

Соседи притихли и повернулись в их сторону. The neighbors fell silent and turned in their direction. МакГонагалл зашикала на него. McGonagall shushed him.

— Я тогда его видел. “I saw him then. — Хагрид понизил голос. Hagrid lowered his voice. — Наверное, самый последний перед тем убийством. “Probably the last one before that murder.” Это я спас Гарри, вынес его из развалин, Лили-то с Джеймсом уже погибли. It was I who saved Harry, carried him out of the ruins, Lily and James were already dead. Я его тогда вытащил, а у него на лбу рана… а тут этот… Сириус Блэк на своем мотоцикле. I then pulled him out, and he had a wound on his forehead ... and here this ... Sirius Black on his motorcycle. Я-то тогда не знал, чего он явился… что он Хранитель Тайны. I didn't know then why he had come... that he was the Keeper of the Secret. Я подумал, он… э-э… прилетел помочь. I thought he… uh… came to help. Бледный как смерть, весь трясется. Pale as death, all shaking. А я-то, я-то! And me, me! Я его утешать стал! I began to console him! — Хагрид разрыдался. Hagrid burst into tears.

— Хагрид, пожалуйста, умерьте голос, — взмолилась МакГонагалл. "Hagrid, please tone down your voice," McGonagall pleaded.

— Откуда мне было знать, что ему наплевать на Лили и Джеймс, что он шпион. “How was I to know that he didn't care about Lily and James, that he was a spy. А он еще говорит: «Я крестный Гарри, отдайте его мне, я, мол, о нем позабочусь…» Ха! And he also says: “I’m Harry’s godfather, give him to me, I’ll take care of him, they say ...” Ha! Я Гарри не отдал, Дамблдор велел мне отвезти его к тетке. I didn't give Harry away, Dumbledore told me to take him to my aunt. Блэк поспорил-поспорил и согласился. Black argued, argued and agreed. И дал мне свой мотоцикл отвезти Гарри: «Мне, говорит, он больше не нужен». And he gave me his motorcycle to take Harry: "I, he says, he no longer needs." И как это я не догадался! And how did I not guess! С чего это он отдает любимый мотоцикл? Why is he giving away his favorite bike? И как это он больше не нужен? And how is it no longer needed? Эх, дубина я, дубина! Oh, I'm a cudgel, a cudgel! Дамблдор-то знал, что Блэк — Хранитель Джеймса. Dumbledore knew that Black was James' Keeper. Блэк думал улизнуть в ту ночь, думал, у него есть часа два, пока Министерство узнает. Black thought he'd sneak out that night, thought he'd have two hours before the Ministry found out. А отдай я ему Гарри!.. Give him Harry! Он бы повез его на мотоцикле да и кинул бы в море. He would take him on a motorcycle and throw him into the sea. Сына-то лучшего друга! The son of your best friend! Да чо уж там, переметнулся волшебник на сторону темных сил, нет для него ни свата, ни брата… Why, the wizard has gone over to the side of the dark forces, there is no matchmaker or brother for him ...

Хагрид замолчал, и никто долго не решался заговорить. Hagrid fell silent, and no one dared to speak for a long time.

— Но далеко он не убежал, — произнесла удовлетворенно мадам Розмерта. "But he didn't get far," Madame Rosmerta said with satisfaction. — Министерство магии сцапало его на другой день. “The Ministry of Magic grabbed him the other day.

— Увы! — Alas! — вздохнул Фадж. Fudge sighed. — Не мы его нашли, к сожалению. We didn't find it, unfortunately. Его нашел друг Поттера Питер Петтигрю. It was found by Potter's friend Peter Pettigrew. Он чуть с ума не сошел от горя. He almost lost his mind with grief. Знал, что Блэк — Хранитель Тайны Поттеров, и сам стал искать Блэка. He knew that Black was the Keeper of the Secrets of the Potters, and he himself began to look for Black.

— Петтигрю, Петтигрю… уж не тот ли толстячок, что еще в Хогвартсе всюду таскался за Поттером и Блэком? “Pettigrew, Pettigrew… isn’t that fat guy who used to follow Potter and Black around at Hogwarts?” — припомнила мадам Розмерта. Madame Rosmerta recalled.

— Он самый, — подтвердила профессор МакГонагалл. “He is,” said Professor McGonagall. — Он души не чаял в Блэке и Поттере. “He doted on Black and Potter. Он им был, конечно, не ровня, не те способности, а я была чересчур строга с ним. He was, of course, no match for them, not those abilities, and I was too strict with him. Как я теперь раскаиваюсь… — МакГонагалл всхлипнула. How sorry I am now…” McGonagall sobbed.

— Ну будет, будет, Минерва, — похлопал ее по плечу Фадж. "It will, it will, Minerva," Fudge patted her on the shoulder. — Петтигрю умер как герой. “Pettigrew died a hero. Очевидцы, маглы — мы потом стерли им память, — уверяли, что Петтигрю со слезами укорял Блэка: «Как ты мог, Сириус! Eyewitnesses, Muggles - we later erased their memory - assured that Pettigrew reproached Black with tears: “How could you, Sirius! Лили и Джеймс наши друзья!» Потянулся за волшебной палочкой, но Блэк, разумеется, опередил его. Lily and James are our friends!” He reached for his wand, but Black, of course, beat him to it. От Петтигрю почти ничего не осталось… There is almost nothing left of Pettigrew...

Профессор МакГонагалл высморкалась и сказала севшим голосом: Professor McGonagall blew her nose and said in a shrunken voice:

— Глупый, глупый мальчишка… Дуэли никогда у него не получались! “Stupid, stupid boy… Duels never worked out for him!” Зачем только он сам… Ведь есть же Министерство… Why only he himself ... After all, there is a Ministry ...

— Эх, добраться бы мне до Блэка раньше Петтигрю! “Oh, I wish I could get to Black before Pettigrew!” — взревел Хагрид. roared Hagrid. — Уж я бы с ним не канителился, я бы его голыми руками на куски… “I wouldn’t mess with him, I’d cut him to pieces with my bare hands…”

— Нет, Хагрид, вы бы с ним не справились, — покачал головой Фадж. "No, Hagrid, you couldn't handle him," Fudge shook his head. — Схватить его могла бы только полиция маглов. “Only the Muggle police could have caught him. Я в те времена был заместителем главы Департамента чрезвычайных ситуаций и прибыл на место происшествия одним из первых. At that time I was the Deputy Head of the Department of Emergency Situations and was one of the first to arrive on the scene. Никогда не забуду того, что я там увидел: посреди улицы глубокая воронка, всюду искореженные трупы, маглы кричат, а Блэк стоит и хохочет над тем, что осталось от Петтигрю — кучкой окровавленной одежды и… и… каких-то фрагментов… I will never forget what I saw there: a deep crater in the middle of the street, mangled corpses everywhere, Muggles screaming, and Black standing and laughing over what was left of Pettigrew - a pile of bloody clothes and ... and ... some fragments ...

Фадж замолчал. Все пятеро достали носовые платки. All five took out handkerchiefs.

— Вот, Розмерта, что содеял Блэк, — глухо продолжал министр. “Here, Rozmerta, what Black has done,” the Minister continued dully. — Блэка забрал оттуда патруль волшебной полиции, Петтигрю посмертно получил орден Мерлина первого класса — слабое утешение для его бедной матери. “Black was picked up by a patrol of the Magic Police, and Pettigrew was posthumously awarded the Order of Merlin First Class—poor consolation for his poor mother. А Блэка упрятали в Азкабан. And Black was taken to Azkaban.

Мадам Розмерта протяжно вздохнула. Madame Rosmerta sighed.

— А правда, что он лишился рассудка? Is it true that he lost his mind?

— По-моему, нет, — ответил министр, растягивая слова. “I don't think so,” said the Minister, drawling his words. — Могу одно сказать: поражение хозяина временно помутило его рассудок. - I can say one thing: the defeat of the owner temporarily clouded his mind. Убийство Петтигрю и всех тех маглов, жестокое, бессмысленное, было действием отчаявшегося, загнанного в угол человека. Killing Pettigrew and all those Muggles, cruel, senseless, was the act of a desperate, cornered man. Но недавно я был в Азкабане и разговаривал с ним. But recently I was in Azkaban and talked to him. Все заключенные там явно безумны, сидят в темноте, что-то бормочут, а Блэк… он выглядит и говорит как нормальный. All the prisoners there are obviously insane, sitting in the dark, muttering something, and Black ... he looks and talks like a normal person. Даже мурашки по коже. Even goosebumps. Вид у него человека, которому все надоело. He looks like a man who is tired of everything. Увидел у меня газету, спросил, прочитал ли я ее и не могу ли дать ему, сказал, что соскучился по кроссвордам. He saw a newspaper at my place, asked if I had read it and if I could give it to him, said that he missed crossword puzzles. Дементоры круглые сутки дежурят у двери, а ему хоть бы что. Dementors are on duty at the door around the clock, and at least he doesn’t care.

— Как по-вашему, господин министр, зачем он сбежал из тюрьмы? “What do you think, Mr. Minister, why did he escape from prison?” — поинтересовалась мадам Розмерта. asked Madame Rosemerta. — Уж не хочет ли он вернуть Вы-Знаете-Кому силы и примкнуть к нему? “Does he want to give You-Know-Who his powers back and join him?”

— Думаю, что это его… э-э… конечная цель, — уклончиво ответил Фадж. "I think that's his... er... end goal," Fudge said evasively. — Но мы надеемся поймать Блэка раньше. “But we hope to catch Black sooner. Вы-Знаете-Кто сейчас один, но… дайте ему преданного и способного слугу… Подумать страшно, что будет… You-Know-Who is alone now, but… give him a loyal and capable servant… It’s scary to think what will happen…

За соседним столиком помолчали. Гарри услышал, как кто-то поставил на стол свой бокал. Harry heard someone place their glass on the table.

— Нам пора в замок, Корнелиус, — заметила профессор МакГонагалл. "We've got to go to the castle, Cornelius," said Professor McGonagall. — Вы ведь не хотите опоздать на ужин к директору. “You don’t want to be late for dinner at the headmaster’s.

Стулья отодвинулись, запахнулись полы мантий, блестящие каблуки мадам Розмерты вернулись за стойку. The chairs were pushed back, the hem of the robes were pulled back, Madame Rosemerta's glittering heels returned behind the counter. Слышно было, как открылась входная дверь, в бар ворвался вихрь снега, и вся компания вышла. They could hear the front door open, a whirlwind of snow burst into the bar, and the whole company left.

— Гарри! — Harry!

Рон с Гермионой заглянули под стол, все трое молча смотрели друг на друга, не находя слов. Ron and Hermione looked under the table, all three silently looked at each other, not finding words.