×

We use cookies to help make LingQ better. By visiting the site, you agree to our cookie policy.


image

Sherlock Holmes - Пусто́й дом - with with strе́ss а́ccents, Пусто́й дом - 09

Пусто́й дом - 09

Мо́жете себе́ предста́вить, с каки́м внима́нием чита́л я англи́йские газе́ты, когда́ был во Фра́нции: я наде́ялся найти́ хоть како́й-нибу́дь шанс посади́ть его́ за решётку. Ведь пока́ он разгу́ливал в Ло́ндоне на свобо́де, я не мог и ду́мать о возвраще́нии. Днём и но́чью э́та угро́за омрача́ла бы мою́ жизнь, и так и́ли ина́че он нашёл бы слу́чай уби́ть меня́. Что же мне бы́ло де́лать? Застрели́ть его́ при встре́че я не мог: ведь я и сам очути́лся бы тогда́ на скамье́ подсуди́мых. Обраща́ться в суд то́же была́ бесполе́зно: суд не име́ет пра́ва возбужда́ть де́ло на основа́нии одни́х то́лько недока́занных подозре́ний, а доказа́тельств у меня́ не́ было. Так что я был бесси́лен что-ли́бо предприня́ть. Но я неуста́нно следи́л за хро́никой преступле́ний, так как был твёрдо уве́рен, что ра́но и́ли по́здно мне уда́стся его́ излови́ть. И вот произошло́ э́то уби́йство Ро́нальда Адэра. Наконе́ц-то мой час наста́л! Зна́я то, что я знал, мог ли я сомнева́ться, что его́ уби́л и́менно полко́вник Моран? Он игра́л с ю́ношей в ка́рты, он пошёл за ним сле́дом по́сле клу́ба, он застрели́л его́ че́рез откры́тое окно́. Да, сомне́ний быть не могло́. Одна́ пу́ля могла́ стать доста́точной ули́кой, что́бы отпра́вить полко́вника Морана на ви́селицу. Я то́тчас прие́хал в Ло́ндон. Дозо́рный полко́вника уви́дел меня́ и, разуме́ется, сообщи́л ему́ об э́том. Тот не мог не связа́ть мой внеза́пный прие́зд со свои́м преступле́нием и, коне́чно, си́льно встрево́жился. Я был убеждён, что он сде́лает попы́тку неме́дленно устрани́ть меня́ и для э́того прибе́гнет к своему́ смертоно́сному ору́жию. Поэ́тому я пригото́вил ему́ в окне́ моего́ кабине́та безукори́зненную мише́нь, предупреди́л поли́цию, что мне мо́жет пона́добиться её по́мощь (кста́ти, Уо́тсон, вы свои́м зо́рким взгля́дом сра́зу разгляде́ли двух полисме́нов в том подъе́зде), и за́нял пост, показа́вшийся мне удо́бным для наблюде́ния, хотя́, уверя́ю вас, мне и не сни́лось, что мой проти́вник вы́берет для нападе́ния то же са́мое ме́сто. Вот и всё, ми́лый Уо́тсон. Тепе́рь, я ду́маю, вам всё я́сно?

— Нет, — отве́тил я. — Вы ещё не объясня́ли мне, заче́м пона́добилось полко́внику Морану убива́ть сэ́ра Ро́нальда Адэра.

— Ну, друг мой, здесь уж мы вступа́ем в о́бласть дога́док, а в э́той о́бласти одно́й ло́гики мало́. Ка́ждый мо́жет на основа́нии име́ющихся фа́ктов созда́ть свою́ со́бственную гипо́тезу, и ва́ша име́ет сто́лько же ша́нсов быть пра́вильной, как и моя́.

— Ста́ло быть, ва́ша гипо́теза уже́ со́здана?

— Что ж, по-мо́ему, объясни́ть существу́ющие фа́кты не так уж тру́дно. Сле́дствием бы́ло устано́влено, что незадо́лго до уби́йства полко́вник Моран и молодо́й Адэр, бу́дучи партнёрами, вы́играли поря́дочную су́мму де́нег. Но Моран, без сомне́ния, игра́л нечи́сто — я давно́ знал, что он шу́лер. По всей вероя́тности, в день уби́йства Адэр заме́тил, что Моран плуту́ет. Он поговори́л с полко́вником с гла́зу на́ глаз и пригрози́л разоблачи́ть его́, е́сли он доброво́льно не вы́йдет из чле́нов клу́ба и не даст сло́во навсегда́ бро́сить игру́. Едва́ ли тако́й юне́ц, как Адэр, сра́зу реши́лся бы публи́чно бро́сить э́то сканда́льное обвине́ние челове́ку, кото́рый значи́тельно ста́рше его́ и прито́м занима́ет ви́дное положе́ние в о́бществе. Скоре́е всего́ он поговори́л с полко́вником наедине́, без свиде́телей. Но для Морана, кото́рый существова́л то́лько на те де́ньги, кото́рые ему́ удава́лось добыва́ть свои́ми шу́лерскими приёмами, исключе́ние из клу́ба бы́ло равноси́льно разоре́нию. Поэ́тому он и уби́л Адэра, уби́л в тот са́мый моме́нт, когда́ молодо́й челове́к, не жела́я по́льзоваться результа́тами нече́стной игры́ своего́ партнёра, подсчи́тывал, какова́ была́ его́ до́ля вы́игрыша и ско́лько де́нег он до́лжен был возврати́ть проигра́вшим. А что́бы мать и сестра́ не заста́ли его́ за э́тим подсчётом и не на́чали расспра́шивать, что означа́ют все э́ти имена́ на бума́ге и сто́лбики моне́т на столе́, он запёрся на ключ… Ну что, правдоподо́бно, по-ва́шему, моё объясне́ние?

— Не сомнева́юсь, что вы попа́ли в то́чку.

— Сле́дствие пока́жет, прав я и́ли нет. Так и́ли ина́че, полко́вник Моран бо́льше не бу́дет беспоко́ить нас, знамени́тое духово́е ружьё фон Хердера укра́сит колле́кцию музе́я Скотленд-Я́рда, и отны́не никто́ не помеша́ет ми́стеру Ше́рлоку Хо́лмсу занима́ться разга́дкой тех интере́сных ма́леньких зага́док, кото́рыми так бога́та сло́жная ло́ндонская жизнь.


Пусто́й дом - 09

Мо́жете себе́ предста́вить, с каки́м внима́нием чита́л я англи́йские газе́ты, когда́ был во Фра́нции: я наде́ялся найти́ хоть како́й-нибу́дь шанс посади́ть его́ за решётку. "You may think that I read the papers with some attention during my sojourn in France, on the look-out for any chance of laying him by the heels. Ведь пока́ он разгу́ливал в Ло́ндоне на свобо́де, я не мог и ду́мать о возвраще́нии. So long as he was free in London, my life would really not have been worth living. Днём и но́чью э́та угро́за омрача́ла бы мою́ жизнь, и так и́ли ина́че он нашёл бы слу́чай уби́ть меня́. Night and day the shadow would have been over me, and sooner or later his chance must have come. Что же мне бы́ло де́лать? What could I do? Застрели́ть его́ при встре́че я не мог: ведь я и сам очути́лся бы тогда́ на скамье́ подсуди́мых. I could not shoot him at sight, or I should myself be in the dock. Обраща́ться в суд то́же была́ бесполе́зно: суд не име́ет пра́ва возбужда́ть де́ло на основа́нии одни́х то́лько недока́занных подозре́ний, а доказа́тельств у меня́ не́ было. There was no use appealing to a magistrate. They cannot interfere on the strength of what would appear to them to be a wild suspicion. Так что я был бесси́лен что-ли́бо предприня́ть. So I could do nothing. Но я неуста́нно следи́л за хро́никой преступле́ний, так как был твёрдо уве́рен, что ра́но и́ли по́здно мне уда́стся его́ излови́ть. But I watched the criminal news, knowing that sooner or later I should get him. И вот произошло́ э́то уби́йство Ро́нальда Адэра. Then came the death of this Ronald Adair. Наконе́ц-то мой час наста́л! My chance had come at last. Зна́я то, что я знал, мог ли я сомнева́ться, что его́ уби́л и́менно полко́вник Моран? Knowing what I did, was it not certain that Colonel Moran had done it? Он игра́л с ю́ношей в ка́рты, он пошёл за ним сле́дом по́сле клу́ба, он застрели́л его́ че́рез откры́тое окно́. He had played cards with the lad, he had followed him home from the club, Да, сомне́ний быть не могло́. Одна́ пу́ля могла́ стать доста́точной ули́кой, что́бы отпра́вить полко́вника Морана на ви́селицу. he had shot him lets alone are enough to put his head in a noose. Я то́тчас прие́хал в Ло́ндон. I came over at once. Дозо́рный полко́вника уви́дел меня́ и, разуме́ется, сообщи́л ему́ об э́том. I was seen by the sentinel, who would, I knew, direct the colonel's attention to my presence. Тот не мог не связа́ть мой внеза́пный прие́зд со свои́м преступле́нием и, коне́чно, си́льно встрево́жился. He could not fail to connect my sudden return with his crime, and to be terribly alarmed. Я был убеждён, что он сде́лает попы́тку неме́дленно устрани́ть меня́ и для э́того прибе́гнет к своему́ смертоно́сному ору́жию. I was sure that he would make an attempt to get me out of the way at once, and would bring round his murderous weapon for that purpose. Поэ́тому я пригото́вил ему́ в окне́ моего́ кабине́та безукори́зненную мише́нь, предупреди́л поли́цию, что мне мо́жет пона́добиться её по́мощь (кста́ти, Уо́тсон, вы свои́м зо́рким взгля́дом сра́зу разгляде́ли двух полисме́нов в том подъе́зде), и за́нял пост, показа́вшийся мне удо́бным для наблюде́ния, хотя́, уверя́ю вас, мне и не сни́лось, что мой проти́вник вы́берет для нападе́ния то же са́мое ме́сто. I left him an excellent mark in the window, and, having warned the police that they might be needed--by the way, Watson, you spotted their presence in that doorway with unerring accuracy--I took up what seemed to me to be a judicious post for observation, never dreaming that he would choose the same spot for his attack. Вот и всё, ми́лый Уо́тсон. Now, my dear Watson, Тепе́рь, я ду́маю, вам всё я́сно? does anything remain for me to explain?"

— Нет, — отве́тил я. — Вы ещё не объясня́ли мне, заче́м пона́добилось полко́внику Морану убива́ть сэ́ра Ро́нальда Адэра. "You have not made it clear what was Colonel Moran's motive in murdering the Honourable Ronald Adair?"

— Ну, друг мой, здесь уж мы вступа́ем в о́бласть дога́док, а в э́той о́бласти одно́й ло́гики мало́. "Ah! my dear Watson, there we come into those realms of conjecture, where the most logical mind may be at fault. Ка́ждый мо́жет на основа́нии име́ющихся фа́ктов созда́ть свою́ со́бственную гипо́тезу, и ва́ша име́ет сто́лько же ша́нсов быть пра́вильной, как и моя́. Each may form his own hypothesis upon the present evidence, and yours is as likely to be correct as mine."

— Ста́ло быть, ва́ша гипо́теза уже́ со́здана? "You have formed one, then?"

— Что ж, по-мо́ему, объясни́ть существу́ющие фа́кты не так уж тру́дно. "I think that it is not difficult to explain the facts. Сле́дствием бы́ло устано́влено, что незадо́лго до уби́йства полко́вник Моран и молодо́й Адэр, бу́дучи партнёрами, вы́играли поря́дочную су́мму де́нег. It came out in evidence that Colonel Moran and young Adair had, between them, won a considerable amount of money. Но Моран, без сомне́ния, игра́л нечи́сто — я давно́ знал, что он шу́лер. Now, undoubtedly played foul--of that I have long been aware. По всей вероя́тности, в день уби́йства Адэр заме́тил, что Моран плуту́ет. I believe that on the day of the murder Adair had discovered that Moran was cheating. Он поговори́л с полко́вником с гла́зу на́ глаз и пригрози́л разоблачи́ть его́, е́сли он доброво́льно не вы́йдет из чле́нов клу́ба и не даст сло́во навсегда́ бро́сить игру́. Very likely he had spoken to him privately, and had threatened to expose him unless he voluntarily resigned his membership of the club, and promised not to play cards again. Едва́ ли тако́й юне́ц, как Адэр, сра́зу реши́лся бы публи́чно бро́сить э́то сканда́льное обвине́ние челове́ку, кото́рый значи́тельно ста́рше его́ и прито́м занима́ет ви́дное положе́ние в о́бществе. It is unlikely that a youngster like Adair would at once make a hideous scandal by exposing a well known man so much older than himself. Скоре́е всего́ он поговори́л с полко́вником наедине́, без свиде́телей. Probably he acted as I suggest. Но для Морана, кото́рый существова́л то́лько на те де́ньги, кото́рые ему́ удава́лось добыва́ть свои́ми шу́лерскими приёмами, исключе́ние из клу́ба бы́ло равноси́льно разоре́нию. The exclusion from his clubs would mean ruin to Moran, who lived by his ill-gotten card-gains. Поэ́тому он и уби́л Адэра, уби́л в тот са́мый моме́нт, когда́ молодо́й челове́к, не жела́я по́льзоваться результа́тами нече́стной игры́ своего́ партнёра, подсчи́тывал, какова́ была́ его́ до́ля вы́игрыша и ско́лько де́нег он до́лжен был возврати́ть проигра́вшим. He therefore murdered Adair, who at the time was endeavouring to work out how much money he should himself return, since he could not profit by his partner's foul play. А что́бы мать и сестра́ не заста́ли его́ за э́тим подсчётом и не на́чали расспра́шивать, что означа́ют все э́ти имена́ на бума́ге и сто́лбики моне́т на столе́, он запёрся на ключ… Ну что, правдоподо́бно, по-ва́шему, моё объясне́ние? He locked the door lest the ladies should surprise him and insist upon knowing what he was doing with these names and coins. Will it pass?"

— Не сомнева́юсь, что вы попа́ли в то́чку. "I have no doubt that you have hit upon the truth."

— Сле́дствие пока́жет, прав я и́ли нет. "It will be verified or disproved at the trial. Так и́ли ина́че, полко́вник Моран бо́льше не бу́дет беспоко́ить нас, знамени́тое духово́е ружьё фон Хердера укра́сит колле́кцию музе́я Скотленд-Я́рда, и отны́не никто́ не помеша́ет ми́стеру Ше́рлоку Хо́лмсу занима́ться разга́дкой тех интере́сных ма́леньких зага́док, кото́рыми так бога́та сло́жная ло́ндонская жизнь. Meanwhile, come what may, Colonel Moran will trouble us no more. The famous air-gun of Von Herder will embellish the Scotland Yard Museum, and once again Mr. Sherlock Holmes is free to devote his life to examining those interesting little problems which the complex life of London so plentifully presents."