image

РАЗГОВОРЫ С ЕВГЕНИЕМ(CONVERSATIONS WITH EVGUENY), ЕВГЕНИЙ И РИК - КАК Я ИЗУЧАЛ АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК

ЕВГЕНИЙ И РИК -  КАК Я ИЗУЧАЛ АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК

Евгений: - Добрый день, Рик!

Рик:- Добрый день, как у вас сегодня там, в Петербурге?

-          Всё хорошо, весна наступила. Температура +20 градусов, люди, наконец, могут ходить в летней одежде. Это приятно, да?..

-          Мне кажется – это чудесно. У нас тоже хорошая погода, я думаю, что, может быть, 25 сегодня будет.

-          Ага.

-          Ну вот хорошо. В последний раз мы говорили о немецком языке. Я узнал, что начал учиться немецкому языку с бабушкой.

-          Да.

-          Это совсем другое дело, конечно.

-          Конечно.

-          Но дело в том, что я знаю хорошо, что вы говорите отлично по-английски. А это значит, что ты был должен... учить (английский язык) я не знаю – в школе или в университете. Может быть, ты можешь нам рассказать, как ты изучал английский язык.

-          Да, хорошо, это действительно интересно, потому что дело в том, что в 9-м классе я… моя семья еще жила в Казахстане, сначала в Туркмении, потом в Казахстане, в Семипалатинске – и в 9-м классе мои родители послали меня к тете, это сестра отца, которая жила здесь, ну тогда в Ленинграде, в школу. И в этой школе они изучали английский язык, то есть я был…ну это было прекрасно, это было так, что в принципе мы начинаем изучать иностранные языки с 5-го класса, значит 5-й, 6-й, 7-й, 8-й класс – четыре класса они изучали английский язык, а я пришел в 9-й…

-          О, ужасно!..

-          И первые два месяца – это было ужасно!.. То есть моя тетя взяла мне репетитора, и первые 2 месяца я занимался с репетитором. Ну, это была женщина, она была учительницей…хорошая учительница, (мы занимались) почти каждый день, то есть 4 раза в неделю, но затем репетитор не смогла дальше заниматься, что-то у неё там случилось дома и так далее… И в результате все равно я был брошен (смех)…

-          Ты был брошен?..

-          Я был брошен, но, конечно, начало у меня было положено, это уже хорошо… Но через два с половиной месяца мне пришлось заниматься самому, то есть я все равно почти каждый день, (после того когда) я приходил домой, примерно час я пытался разобраться по учебникам. Тогда еще не было ни Интернета, ни каких-нибудь интерактивных курсов, то есть по старым учебникам я пытался понять. Иногда, конечно, я произносил неправильно, потому что никто мне уже не помогал. Но всё-таки мне было интересно, мне хотелось догнать моих учеников. И в результате через 4 месяца я их догнал, то есть то, что они сделали за 4 года, я сделал за 4 месяца. Но мне это так понравилось, что я, даже догнав их, продолжал почти каждый день заниматься английским.

-          Ага.

-          И в результате к концу года я их перегнал (смех).

-          Ну, это подвиг.

-          Да… но это было интересно, это было как по-английски говорят –challenge. И это было интересно все-таки… и поэтому, когда я вернулся… я только год учился (тогда в Ленинграде), к сожалению в этой школе, потом я должен был вернуться еще на 2 года в Казахстан, это 10-й и 11-й классы. И там не было английского опять.

-          Жалко.

-          То есть опять немецкий, но я все равно продолжал заниматься немного английским (самостоятельно).

-          Но это был британский английский или американский английский?

-          Ну ты знаешь, мы тогда не могли делить… Я не мог сказать… Конечно, это был больше британский английский, но с другой стороны, так как мне особенно никто не помогал ставить произношение, то, конечно, произношение моё до сих пор не совсем…может быть, не 100-процентное британское или американское.

-          Твоё произношение, это понятно…

-          Да, но, по крайней мере, набор слов, то есть vocabulary и грамматику основные моменты я уже понял, и мне было интересно, я начал читать… Сначала я начал, конечно, читать такие, очень адаптированные вещи, а потом я уже начал читать Джека Лондона.

-          Да, конечно.

-          Мне очень нравились рассказы Джека Лондона об Аляске. Также я начал читать Хемингуэя.

-          Хемингуэй был популярным.

-          И тоже он тогда был популярный, и самое главное, что у него были маленькие рассказы, что было легче.

-          Да, маленькие рассказы о Париже, очень интересные, да?..

-          Да, да. Потому что я не был готов читать целый роман, скажем.

-          Это тяжело. Но его рассказы о том времени, когда он жил в Париже и в Майями, очень интересные.

-          Да, очень интересные рассказы.

-          А что Марк Твен?..

-          А Марк Твен тоже… прежде всего Марк Твен - это, конечно, Том Сойер.

-          Том Сойер и Геккельберри Финн.

-          И Геккельберри Финн. Да, да, там они такие не очень сложные, по крайней мере,Том Сойер.

-          Том Сойер, да.

-          И также я помню, конечно, очень много я тогда читал О’Генри.

-          O’Henry.

-          О’Генри по-русски.

-          O’Henry, потому что рассказы, да?..

-          Да, это тоже были рассказы. Они у него такие… с неожиданным концом часто, поэтому это тоже нравилось.

-          Очень иронические рассказы.

-          Да, и тоже очень ироничные.

-          Кстати,O’Henry…этот автор, он был пьяницей.

-          Да, он был, конечно, пьяницей, конечно, у него были сложности, он, к сожалению, умер рано, но все равно его рассказы интересны до сих пор… они (важная) часть американской литературы, мне кажется.

-          Конечно, безусловно.

-          Да.

А из английской литературы я читал «Портрет Дориана Грея» Оскара Уальда.

-          Оскар Уайльд, смешно, да…

-          Да, но он так оригинально пишет, у него много такой иронии тоже. Ну и в результате, конечно, когда я учился в университете, у меня… я учился на русском отделении и на немецком отделении, но на немецком отделении второй язык был английским.

-          Да.

-          К сожалению, он там не преподавался как главный язык, поэтому там главное было только чтение.

-          Чтение, да…А были пластинки тогда?.. Была возможность слушать?

-          Да, были пластинки, их было возможно слушать. Были кассеты уже первые.

-          Кассеты, да.

-          И я помню, у нас при университете была такая лаборатория – лингафонный кабинет назывался.

-          Я вспоминаю.

-          И я, по крайней мере, не каждый день, может быть, но несколько раз в неделю я заходил в этот кабинет, и я слушал как раз прежде всего английский, немножко немецкий, ну и, конечно, английский.

-          Но там были какие студенты? Те, которые говорили по-английски нормально тогда?

-          Ты знаешь как раз у нас уже было довольно много немецких студентов, то есть…

-          Да, из ГДР.

-          Да, с которыми я мог говорить. Английских было мало, то есть были англо-говорящие, но они были из Африки.

-          Ну, это совсем другое дело…

-          И это совсем другое( дело). Они говорили (бегло), но их произношение, может было еще хуже, чем  у меня. Но они, конечно, могли говорить обо всём. У них набор слов был больше, но произношение было своеобразное, да?..

-          Да.

-          И поэтому, конечно, это прежде всего…это были кассеты и книги. Ну и, конечно, когда я вот сейчас всё-таки связан с этой школой LingQ- интернет школой, конечно, я здесь слушаю. И я здесь слушаю и, конечно, это тоже мне помогает, я, например, какие-то вещи, которые я читал когда-то, я теперь слушаю, это и Диккенса некоторые вещи, и также Жюль Верна…

-          А что Шекспира?..

-          Шекспира, конечно, очень интересно слушать, но в то же время, конечно, я не знаю, у тебя, наверное, тоже сложности. Там все-таки много слов, которые сейчас уже мало употребляются.

-          Да, конечно.

-          Но в то же время он, конечно, очень интересный писатель, и у него каждое второе предложение стало пословицей, да?..

-          Да, конечно.

-          Поэтому это тоже интересно, вот. Но главное, я, так сказать, думаю, что главное… когда меня спрашивают, что главное  в изучении иностранного языка, я думаю, главное – это регулярность.

-          Ага.

-          То есть методы могут быть самые разные, но главное, чтобы не бояться сложностей и регулярно продолжать идти (вперед).

-          Каждый день, да.

-          Каждый день желательно, но если не каждый день, то может, 4 раза в неделю, по крайней мере, на первом этапе. И я думаю, что важно идти сначала от слов к словосочетаниям, то есть к тому, о чем говорят ‘word combinations'.

-          Да.

-          От них к фразам для того, чтобы уменьшить перевод, а увеличить вот этот автоматизм в речи, да?..

-          Да,да.

-          И поэтому я думаю, что в принципе каждый может изучить, ну я не знаю, один-два-четыре языка, это, наверное, зависит уже от (способностей) человека, но, по крайней мере, один иностранный язык знать очень хорошо – это возможно.

-          Ну я думаю, что да… А какой был метод тогда в Советском Союзе изучения?..

-          Ну там метод был, конечно, грамматический.

-          Грамматический?..

-          Метод вот в школе, например, даже  когда я говорю, я учился этот год (в Ленинграде). Грамматический, но я подозреваю, что грамматический метод был не только потому, что он тогда был главным, но потому что учителя немножко сами боялись говорить…

-          Они тоже боялись говорить?..

-          Да, они не чувствовали себя уверенными в разговоре, и поэтому им было легче спросить там(например):»Назови формы глагола ‘speak': 'speak-spoke-spoken'»

-           Они знали:  ‘speak-spoke-spoken'…Знаешь что, когда я начал учиться испанскому языку, мне было 12 лет, мы говорим в седьмом году или седьмом классе.

-          В седьмом классе.

-          Да, в седьмом классе. У нас не было никаких учебников. Это был только разговор. Только разговор…

-          Может быть, это и хорошо.

-          Ну, я не знаю, может быть это было (хорошо). Но конечно, через год или в 9-м классе у нас были нормальные учебники. Но мы уже говорили.

-          А!..

-          Была возможность немножко разговаривать между собой- «Добрый день! Здравствуйте! Как у вас сегодня? – и это было систематически.

-          Да.

-          Ну я не знаю, я думаю, что это лучше…

-          Да, да, я тоже думаю. Нет, какие-то основы грамматики, конечно, нужно знать.

-          Конечно.

-          Но, по крайней мере, грамматика не должна быть самым важным элементом.

-          Может быть, потом, может быть, постепенно.

-          Да, постепенно, и главное, чтобы именно…как сказать?.. был какой-то виден прогресс…ты должен как-то контролировать себя, что ты умеешь, ты знаешь эту тему, ну, не знаю, например, - ‘Family', потом перейти к другой теме, там – ‘House', еще к другой теме… и потом, имея вот эти вот такие небольшие темы, а потом уже можно переходить и к очень уже серьёзным темам, например, связанным с политикой, с экономикой и с искусством, да?..

-          У тебя была возможность путешествовать в ГДР (DDR-Deutsche Demokratische Republik)?..

-          Да, как раз это было уже «окончание» ГДР, это был 1990-й год. И это интересно тоже… но это уже, может, не столько язык, сколько (сама ситуация). Это был 90-й год, это было время между…уже было понятно, что ГДР станет частью общей Германии. И поэтому все эти пограничники на границе, скажем, Восточного Берлина и Западного Берлина, они были немножко ‘lazy' скажем, 'ленивые'. И короче говоря, когда я подошёл и спросил по-немецки: « Я могу туда идти? (имеется в виду-Западный Берлин)», он сказал: »Ну, если хочешь, давай!..» (смех) « Если тебя пропустят западные (пограничники)»- Ну и там я подошел тоже, кстати, это был американский сектор,  и там был такой, мы называем «негр», но можно сказать «афроамериканец»- скажем более политкорректно…

-          Да,да…

-          Он говорит: «Куда идёшь?» (Where are you going?) Я говорю: «Я хочу, я никогда не был в Западном Берлине, я очень хочу»- ну я по-немецки и по-английски ему стал говорить. Он говорит: «Ты откуда?.. Из Советского Союза?..» Он так подумал, подумал, с кем-то там посоветовался, потом говорит: «Давай мне свой паспорт. Иди гуляй, я работаю до 6 часов (смех). До 6 часов ты должен вернуться.» И так я был без спроса, без всяких виз в Западном Берлине. Это было очень интересно. (смех)

-          Отлично, отлично!..

-          Да.

-          Это было странное время, да.

-          Да, это было странное такое, ну по-немецки- Übergangszeit– значит: «переходное время», да, поэтому…

-          Переходное время. Но ты никогда не был в Австрии?..

-          Нет, я в Австрии был много раз, но потом уже, уже в 90-е годы.

-          Потом уже, не раньше?..

-          Да,да… Нет, раньше я был только в… то, что нам было можно… это была Польша, Болгария и Восточная Германия.

-          А ты был в Восточной Германии во время коммунизма, да?..

-          Я был 2 раза. Один раз… ну это уже был 89-90-й годы…1989 год – это уже были первые, так сказать, народные выступления, как раз я был в Дрездене, там тоже было (народное волнение) и второй раз вот в Берлине, когда я посетил Западный Берлин.

-          Очень интересно. Это вообще интересно. Ну вот, хорошо, это много, да?...

-          Да, да, ну много, конечно, всяких впечатлений. Я думаю, что в следующий раз мы можем продолжить.

-          Конечно, с удовольствием.

-          Ну ладно, тогда до свидания.

-          Ну ладно, пока!

-          Пока! Всего тебе доброго!



Want to learn a language?


Learn from this text and thousands like it on LingQ.

  • A vast library of audio lessons, all with matching text
  • Revolutionary learning tools
  • A global, interactive learning community.

Language learning online @ LingQ

ЕВГЕНИЙ И РИК -  КАК Я ИЗУЧАЛ АНГЛИЙСКИЙ ЯЗЫК

Евгений: - Добрый день, Рик!

Рик:- Добрый день, как у вас сегодня там, в Петербурге?

-          Всё хорошо, весна наступила. Температура +20 градусов, люди, наконец, могут ходить в летней одежде. Это приятно, да?..

-          Мне кажется – это чудесно. У нас тоже хорошая погода, я думаю, что, может быть, 25 сегодня будет.

-          Ага.

-          Ну вот хорошо. В последний раз мы говорили о немецком языке. Я узнал, что начал учиться немецкому языку с бабушкой.

-          Да.

-          Это совсем другое дело, конечно.

-          Конечно.

-          Но дело в том, что я знаю хорошо, что вы говорите отлично по-английски. А это значит, что ты был должен... учить (английский язык) я не знаю – в школе или в университете. Может быть, ты можешь нам рассказать, как ты изучал английский язык.

-          Да, хорошо, это действительно интересно, потому что дело в том, что в 9-м классе я… моя семья еще жила в Казахстане, сначала в Туркмении, потом в Казахстане, в Семипалатинске – и в 9-м классе мои родители послали меня к тете, это сестра отца, которая жила здесь, ну тогда в Ленинграде, в школу. И в этой школе они изучали английский язык, то есть я был…ну это было прекрасно, это было так, что в принципе мы начинаем изучать иностранные языки с 5-го класса, значит 5-й, 6-й, 7-й, 8-й класс – четыре класса они изучали английский язык, а я пришел в 9-й…

-          О, ужасно!..

-          И первые два месяца – это было ужасно!.. То есть моя тетя взяла мне репетитора, и первые 2 месяца я занимался с репетитором. Ну, это была женщина, она была учительницей…хорошая учительница, (мы занимались) почти каждый день, то есть 4 раза в неделю, но затем репетитор не смогла дальше заниматься, что-то у неё там случилось дома и так далее… И в результате все равно я был брошен (смех)…

-          Ты был брошен?..

-          Я был брошен, но, конечно, начало у меня было положено, это уже хорошо… Но через два с половиной месяца мне пришлось заниматься самому, то есть я все равно почти каждый день, (после того когда) я приходил домой, примерно час я пытался разобраться по учебникам. Тогда еще не было ни Интернета, ни каких-нибудь интерактивных курсов, то есть по старым учебникам я пытался понять. Иногда, конечно, я произносил неправильно, потому что никто мне уже не помогал. Но всё-таки мне было интересно, мне хотелось догнать моих учеников. И в результате через 4 месяца я их догнал, то есть то, что они сделали за 4 года, я сделал за 4 месяца. Но мне это так понравилось, что я, даже догнав их, продолжал почти каждый день заниматься английским.

-          Ага.

-          И в результате к концу года я их перегнал (смех).

-          Ну, это подвиг.

-          Да… но это было интересно, это было как по-английски говорят –challenge. И это было интересно все-таки… и поэтому, когда я вернулся… я только год учился (тогда в Ленинграде), к сожалению в этой школе, потом я должен был вернуться еще на 2 года в Казахстан, это 10-й и 11-й классы. И там не было английского опять.

-          Жалко.

-          То есть опять немецкий, но я все равно продолжал заниматься немного английским (самостоятельно).

-          Но это был британский английский или американский английский?

-          Ну ты знаешь, мы тогда не могли делить… Я не мог сказать… Конечно, это был больше британский английский, но с другой стороны, так как мне особенно никто не помогал ставить произношение, то, конечно, произношение моё до сих пор не совсем…может быть, не 100-процентное британское или американское.

-          Твоё произношение, это понятно…

-          Да, но, по крайней мере, набор слов, то есть vocabulary и грамматику основные моменты я уже понял, и мне было интересно, я начал читать… Сначала я начал, конечно, читать такие, очень адаптированные вещи, а потом я уже начал читать Джека Лондона.

-          Да, конечно.

-          Мне очень нравились рассказы Джека Лондона об Аляске. Также я начал читать Хемингуэя.

-          Хемингуэй был популярным.

-          И тоже он тогда был популярный, и самое главное, что у него были маленькие рассказы, что было легче.

-          Да, маленькие рассказы о Париже, очень интересные, да?..

-          Да, да. Потому что я не был готов читать целый роман, скажем.

-          Это тяжело. Но его рассказы о том времени, когда он жил в Париже и в Майями, очень интересные.

-          Да, очень интересные рассказы.

-          А что Марк Твен?..

-          А Марк Твен тоже… прежде всего Марк Твен - это, конечно, Том Сойер.

-          Том Сойер и Геккельберри Финн.

-          И Геккельберри Финн. Да, да, там они такие не очень сложные, по крайней мере,Том Сойер.

-          Том Сойер, да.

-          И также я помню, конечно, очень много я тогда читал О’Генри.

-          O’Henry.

-          О’Генри по-русски.

-          O’Henry, потому что рассказы, да?..

-          Да, это тоже были рассказы. Они у него такие… с неожиданным концом часто, поэтому это тоже нравилось.

-          Очень иронические рассказы.

-          Да, и тоже очень ироничные.

-          Кстати,O’Henry…этот автор, он был пьяницей.

-          Да, он был, конечно, пьяницей, конечно, у него были сложности, он, к сожалению, умер рано, но все равно его рассказы интересны до сих пор… они (важная) часть американской литературы, мне кажется.

-          Конечно, безусловно.

-          Да.

А из английской литературы я читал «Портрет Дориана Грея» Оскара Уальда.

-          Оскар Уайльд, смешно, да…

-          Да, но он так оригинально пишет, у него много такой иронии тоже. Ну и в результате, конечно, когда я учился в университете, у меня… я учился на русском отделении и на немецком отделении, но на немецком отделении второй язык был английским.

-          Да.

-          К сожалению, он там не преподавался как главный язык, поэтому там главное было только чтение.

-          Чтение, да…А были пластинки тогда?.. Была возможность слушать?

-          Да, были пластинки, их было возможно слушать. Были кассеты уже первые.

-          Кассеты, да.

-          И я помню, у нас при университете была такая лаборатория – лингафонный кабинет назывался.

-          Я вспоминаю.

-          И я, по крайней мере, не каждый день, может быть, но несколько раз в неделю я заходил в этот кабинет, и я слушал как раз прежде всего английский, немножко немецкий, ну и, конечно, английский.

-          Но там были какие студенты? Те, которые говорили по-английски нормально тогда?

-          Ты знаешь как раз у нас уже было довольно много немецких студентов, то есть…

-          Да, из ГДР.

-          Да, с которыми я мог говорить. Английских было мало, то есть были англо-говорящие, но они были из Африки.

-          Ну, это совсем другое дело…

-          И это совсем другое( дело). Они говорили (бегло), но их произношение, может было еще хуже, чем  у меня. Но они, конечно, могли говорить обо всём. У них набор слов был больше, но произношение было своеобразное, да?..

-          Да.

-          И поэтому, конечно, это прежде всего…это были кассеты и книги. Ну и, конечно, когда я вот сейчас всё-таки связан с этой школой LingQ- интернет школой, конечно, я здесь слушаю. И я здесь слушаю и, конечно, это тоже мне помогает, я, например, какие-то вещи, которые я читал когда-то, я теперь слушаю, это и Диккенса некоторые вещи, и также Жюль Верна…

-          А что Шекспира?..

-          Шекспира, конечно, очень интересно слушать, но в то же время, конечно, я не знаю, у тебя, наверное, тоже сложности. Там все-таки много слов, которые сейчас уже мало употребляются.

-          Да, конечно.

-          Но в то же время он, конечно, очень интересный писатель, и у него каждое второе предложение стало пословицей, да?..

-          Да, конечно.

-          Поэтому это тоже интересно, вот. Но главное, я, так сказать, думаю, что главное… когда меня спрашивают, что главное  в изучении иностранного языка, я думаю, главное – это регулярность.

-          Ага.

-          То есть методы могут быть самые разные, но главное, чтобы не бояться сложностей и регулярно продолжать идти (вперед).

-          Каждый день, да.

-          Каждый день желательно, но если не каждый день, то может, 4 раза в неделю, по крайней мере, на первом этапе. И я думаю, что важно идти сначала от слов к словосочетаниям, то есть к тому, о чем говорят ‘word combinations'.

-          Да.

-          От них к фразам для того, чтобы уменьшить перевод, а увеличить вот этот автоматизм в речи, да?..

-          Да,да.

-          И поэтому я думаю, что в принципе каждый может изучить, ну я не знаю, один-два-четыре языка, это, наверное, зависит уже от (способностей) человека, но, по крайней мере, один иностранный язык знать очень хорошо – это возможно.

-          Ну я думаю, что да… А какой был метод тогда в Советском Союзе изучения?..

-          Ну там метод был, конечно, грамматический.

-          Грамматический?..

-          Метод вот в школе, например, даже  когда я говорю, я учился этот год (в Ленинграде). Грамматический, но я подозреваю, что грамматический метод был не только потому, что он тогда был главным, но потому что учителя немножко сами боялись говорить…

-          Они тоже боялись говорить?..

-          Да, они не чувствовали себя уверенными в разговоре, и поэтому им было легче спросить там(например):»Назови формы глагола ‘speak': 'speak-spoke-spoken'»

-           Они знали:  ‘speak-spoke-spoken'…Знаешь что, когда я начал учиться испанскому языку, мне было 12 лет, мы говорим в седьмом году или седьмом классе.

-          В седьмом классе.

-          Да, в седьмом классе. У нас не было никаких учебников. Это был только разговор. Только разговор…

-          Может быть, это и хорошо.

-          Ну, я не знаю, может быть это было (хорошо). Но конечно, через год или в 9-м классе у нас были нормальные учебники. Но мы уже говорили.

-          А!..

-          Была возможность немножко разговаривать между собой- «Добрый день! Здравствуйте! Как у вас сегодня? – и это было систематически.

-          Да.

-          Ну я не знаю, я думаю, что это лучше…

-          Да, да, я тоже думаю. Нет, какие-то основы грамматики, конечно, нужно знать.

-          Конечно.

-          Но, по крайней мере, грамматика не должна быть самым важным элементом.

-          Может быть, потом, может быть, постепенно.

-          Да, постепенно, и главное, чтобы именно…как сказать?.. был какой-то виден прогресс…ты должен как-то контролировать себя, что ты умеешь, ты знаешь эту тему, ну, не знаю, например, - ‘Family', потом перейти к другой теме, там – ‘House', еще к другой теме… и потом, имея вот эти вот такие небольшие темы, а потом уже можно переходить и к очень уже серьёзным темам, например, связанным с политикой, с экономикой и с искусством, да?..

-          У тебя была возможность путешествовать в ГДР (DDR-Deutsche Demokratische Republik)?..

-          Да, как раз это было уже «окончание» ГДР, это был 1990-й год. И это интересно тоже… но это уже, может, не столько язык, сколько (сама ситуация). Это был 90-й год, это было время между…уже было понятно, что ГДР станет частью общей Германии. И поэтому все эти пограничники на границе, скажем, Восточного Берлина и Западного Берлина, они были немножко ‘lazy' скажем, 'ленивые'. И короче говоря, когда я подошёл и спросил по-немецки: « Я могу туда идти? (имеется в виду-Западный Берлин)», он сказал: »Ну, если хочешь, давай!..» (смех) « Если тебя пропустят западные (пограничники)»- Ну и там я подошел тоже, кстати, это был американский сектор,  и там был такой, мы называем «негр», но можно сказать «афроамериканец»- скажем более политкорректно…

-          Да,да…

-          Он говорит: «Куда идёшь?» (Where are you going?) Я говорю: «Я хочу, я никогда не был в Западном Берлине, я очень хочу»- ну я по-немецки и по-английски ему стал говорить. Он говорит: «Ты откуда?.. Из Советского Союза?..» Он так подумал, подумал, с кем-то там посоветовался, потом говорит: «Давай мне свой паспорт. Иди гуляй, я работаю до 6 часов (смех). До 6 часов ты должен вернуться.» И так я был без спроса, без всяких виз в Западном Берлине. Это было очень интересно. (смех)

-          Отлично, отлично!..

-          Да.

-          Это было странное время, да.

-          Да, это было странное такое, ну по-немецки- Übergangszeit– значит: «переходное время», да, поэтому…

-          Переходное время. Но ты никогда не был в Австрии?..

-          Нет, я в Австрии был много раз, но потом уже, уже в 90-е годы.

-          Потом уже, не раньше?..

-          Да,да… Нет, раньше я был только в… то, что нам было можно… это была Польша, Болгария и Восточная Германия.

-          А ты был в Восточной Германии во время коммунизма, да?..

-          Я был 2 раза. Один раз… ну это уже был 89-90-й годы…1989 год – это уже были первые, так сказать, народные выступления, как раз я был в Дрездене, там тоже было (народное волнение) и второй раз вот в Берлине, когда я посетил Западный Берлин.

-          Очень интересно. Это вообще интересно. Ну вот, хорошо, это много, да?...

-          Да, да, ну много, конечно, всяких впечатлений. Я думаю, что в следующий раз мы можем продолжить.

-          Конечно, с удовольствием.

-          Ну ладно, тогда до свидания.

-          Ну ладно, пока!

-          Пока! Всего тебе доброго!


×

We use cookies to help make LingQ better. By visiting the site, you agree to our cookie policy.